Незабытая святыня. О чём вспоминают жители полузатопленного старооскольского села Жуково
В путешествие из настоящего в прошлое отправляемся с «Белгородскими известиями»
Старинное село Жуково близ Старого Оскола исчезло полвека назад. По подсчётам специалистов Харьковского проектного института, оно должно было полностью уйти под воду вместе с сёлами Луги и Красные Кусты. И стать дном водохранилища, создававшегося в конце 1960-х для нужд оскольских промышленных гигантов. Но где‑то в расчёты вкралась ошибка, и большая часть Жуково так и осталась незатопленной. Вместе с единственным уцелевшим в селе строением – церковью иконы Божией Матери «Знамение» XVIII века.
«В детстве эта церковь казалась мне огромной, – вспоминает 72-летняя Вера Ульшина. Вся её семья и несколько поколений предков родились и выросли в Жуково. – Но почему‑то теперь она словно бы уменьшилась».
Борьба за храм
В исторических источниках сфтарооскольское село Жуково упоминается мало. В основном в связи со строительством каменной церкви в честь Курско-Коренной иконы Божией Матери «Знамение». Это случилось в 1766 году.
Спустя несколько лет храм освятили, а к 1897 году возвели по соседству здание приходской школы. Говорится также, что к середине XIX века в Жуково насчитывалось 70 дворов и проживало почти 800 человек.
В 30-е годы ХХ века, когда гонения на церковь были в самом разгаре, приход в Жуково переживал тяжёлые времена. Накануне войны у прихожан принудительно забрали половину храма для засыпки зерна на четыре месяца. И церковный ктитор Степанида Каменева отправляла жалобу председателю Верховного Совета СССР Михаилу Калинину.
«От имени церковного совета и общины верующих я вынуждена беспокоить Вас, Михаил Иванович и обратиться к Вам с просьбой о безосновательности недопущения верующих до службы в церкви, – писала она и просила «оказать содействие в возврате церкви, на которое верующие имеют законное право». – О результатах сообщите, а то на месте мы скоро о вашем распоряжении узнать не можем, и оно долго будет мариноваться без объявления. Эта жалоба уже вторая».
Однако письмо это ответа не получило, а уже 4 июля 1940 года стало известно о решении закрыть храм. В годы Великой Отечественной войны церковь сильно пострадала: лишилась окон, пола и иконостаса, а также церковной утвари, облачения и книг. Но духовная жизнь, несмотря на запреты, здесь всё ещё теплилась. Службы изредка проводил священник Александр Герасимов.
Допотопный человек
Коренными жителями села Жуково была семья Веры Ульшиной, которая родилась здесь в 1954 году.
«Я ровесница Белгородской области», – шутит она, вспоминая, что до её рождения Жуково было частью соседней Курской области.
Сейчас Вере Владимировне 72 года, и она сохранила самые тёплые воспоминания о своей малой родине, где прошло её детство и юность.
«Жуково когда‑то было очень большим, – говорит она. – Но это было ещё до войны. А война крепко прошлась по нашему селу. Дед рассказывал, что прятал корову в окопе, а ценности, какие были, – в печке. И вот в неё‑то и попал снаряд, всё пропало. И дом ему пришлось строить заново».
Выросла Вера в доме-пятистенке, как называли такие хаты здесь. Сени, две проходные комнаты и, конечно, русская печка.
«Как в песне поётся, «и нас лечили мамы на огненной печи», – с улыбкой рассказывает Вера Ульшина. – Промочишь ноги, мама тебе их разотрёт – и на печь. Задремал в тепле, а утром проснулся и как ни в чём не бывало. Я вот начинаю об этом внучкам рассказывать, а они говорят: бабушка, ты допотопный человек».
В школу – на руках
Как вспоминает Вера Владимировна, воду тогда в селе брали из колодцев, носили коромыслами, чтобы напоить многочисленную скотину: коров, свиней, овец, птицу. Света в Жуково не было тоже. А потому по вечерам в каждой хате зажигали керосинки.
«Керосин нам привозили, – говорит бабушка. – В магазин все сразу сбегались, каждый со своей посудиной. Вечер подходит, лампу заправишь керосином, колпак начистишь и затеплишь. И всё было видно. Мама вязала, бабушка пряла, а я могла читать или учить уроки».
К тому времени в Жуково была только начальная школа. Дети занимались в небольшой комнатушке все вместе: от первого до четвёртого класса. Учительница была одна – Анна Кирилловна Ильичёва. Она и жила при школе, воспитывая по будням всех своих немногочисленных учеников.
«В пятый класс мы ходили уже в курское село Пятницкое через речку, – вспоминает Вера Владимировна. – Так‑то вроде и недалеко. Но когда река разливалась, приходилось идти в обход 10 километров. Каждый день все вместе и ходили, дружные были. А когда вода спадала, мальчишки надевали высоченные сапоги, и нас, девочек, переносили на тот берег».
Пьяный улов
С рекой у здешних мальчишек и девчонок были связаны и другие воспоминания, о которых Вера Владимировна спустя годы вспоминает с весёлой детской улыбкой.
«В этой речке мы сидели целыми днями, – смеётся она. – На той стороне, в Курской области, сеяли сахарную свёклу. И вот мы наблюдали: скрылся объездчик, мы на тот берег вылезаем и эту свёклу перетаскиваем. Всё детство в речке просидела, а плавать так и не научилась».
Вспоминает Вера Ульшина и то, как ребята ловили рыбу. Для этого не нужны были удочки или снасти, порой таскали улов голыми руками или ситом. А всё потому, что рыба по реке плыла пьяная.
«Когда спиртзавод барду по реке пускал, рыба пузом кверху плыла, – улыбается бабушка. – И так мы ловили. Сейчас, конечно, давно такого нет».
Были в селе, однако, и свои блага цивилизации. Например, радио, которое в Жуково работало исправно.
«Мы по этому радио в обеденный перерыв перекрикивались, – говорит Вера Владимировна. – Дома в него кричишь, а тебе кто‑то из соседей отвечает. Говорить оно начинало в 6 утра. И дедушка мой сразу шёл слушать новости. Тут уж помалкивай, не мешай».
Особенная любовь
Сохранилось в памяти у Веры Ульшиной и ещё одно детское воспоминание. Как совсем ещё маленькой девочкой ходила вместе с бабушкой на Пасху святить куличи в Знаменский храм.
«Он был удивительно красивый, – говорит бабушка. – И для меня, для ребёнка, это было какое‑то волшебное место».
В 1960 году настоятелем в Жуково поставили иерея Владимира Отта. Он пробыл здесь всего год, но успел полюбить это место особенной любовью. Батюшка с большим рвением приступил к реставрации церкви, которая очень нуждалась в обновлении. При поддержке сына, приехавшего в отпуск из Риги, отец Владимир успел оштукатурить храм, перенести сторожку в ограду церкви и приступить к ремонту окон.
Службы настоятель проводил практически ежедневно. И, видя рвение батюшки, в церкви охотно собирались и прихожане. В письмах к сыну отец Владимир упоминает, что на праздник Преображения Господня на службе только причастников было 87 человек.
«Я помню этого настоятеля, – говорит Вера Ульшина. – Он брал у нас молоко и дружил с дедушкой. Хороший был человек».
Осенью 1961 года, несмотря на просьбы отца Владимира не переводить его из села Жуково, настоятеля отправили служить в Ильинский храм слободы Ездоцкой под Старым Осколом. Перебравшись туда, он всё так же беспокоился из‑за восстановления Знаменской церкви и писал:
«… кровью обливается сердце за оставшихся овечек. Очень жаль прихожан и храм в Жуково, который могут закрыть».
Эти слова оказались пророческими. В этом же году Знаменскую церковь действительно закрыли.
Спасённая икона
«Я ещё в школу ходила, когда храм закрывали, – делится Вера Владимировна. – Помнится, что тревожно из‑за этого было на душе. Красивый был храм, а я сама потом видела, как колонны тянули гусеничными тракторами, разрушали. Но не смогли сломать, крепкий был. Так и оставили».
Тогда же, по воспоминаниям старожилов, вывезли из храма и всю церковную утварь. Иконы, облачение и книги сжигали на кострах.
«Мой дед спас из Знаменского храма икону Николая Чудотворца, – рассказывает жительница села Федосеевка Марина Котова. – Он видел, как пытались ломать храм, как выбрасывали иконы. И вот спас один образ. С тех пор он хранится у нас дома. Если бы храм восстанавливали, я бы отнесла икону туда. Но теперь она, наверное, так у нас в семье и останется».
Эта печальная страница истории села оставила глубокий шрам на сердцах многих жителей Жуково. Но вскоре им предстояли ещё более тяжёлые испытания. В конце 1960-х начались разговоры о том, что село будут расселять и затапливать.
Без грусти
Вера Владимировна вспоминает, что, когда впервые услышала эту новость, была уже молодой женщиной и собиралась выходить замуж. Восприняла известие о расселении спокойно.
«Ходили люди, описывали дома, – говорит она. – У кого какие фруктовые деревья и так далее. Всё планировали сносить. А жителей выселять в Федосеевку. Честно сказать, молодёжь понимала, что так будет лучше. Потому что в Жуково не было ни света, ни воды, автобус не ходил, работы почти не было. Да и население – практически одни старики».
Как вспоминает Вера Владимировна, в Федосеевку её семья перебралась в 1974 году, когда формально окончилось и создание Старооскольского водохранилища.
А спустя год у неё родилась старшая дочь. Из‑за большого притока людей Федосеевка быстро разрослась. И в скором времени здесь построили детский сад и обновили школу.
Сама Вера Ульшина большую часть своей жизни проработала главным бухгалтером в местной администрации. У неё трое детей, внуки и правнуки. Когда вся семья – 20 человек – собирается вместе, накрывают столы во дворе дома. Иногда Вера Владимировна вспоминает молодость.
«Мы с семьёй бываем в Жуково, – говорит она. – Показываем внукам храм, ходим на кладбище. Оно тоже уцелело. Знаю, что до сих пор в церковь приезжают люди, везут иконы, свечи, проводят там даже обряды венчания. А я понимаю, это моя жизнь, моё детство и юность, и вспоминаю эти места без грусти, но с большим душевным теплом».
Что ожидает нас впереди
В 2015 году издание «Православное Осколье» писало, что заброшенную Знаменскую церковь взяли под своё крыло прихожане Ильинской церкви, той самой, в которой служил когда‑то бывший жуковский священник Владимир Отт.
Нынешний настоятель этого храма, Василий Истомин, вместе с учениками воскресной школы и другими прихожанами неоднократно посещал заброшенный жуковский храм. Совместными усилиями здесь наводили порядок, косили траву, чистили сохранившийся рядом с церковью колодец. Тогда же за алтарём церкви установили поклонный крест. Отец Василий совершил панихиду о почивших настоятелях и прихожанах храма.
«Может быть, Господь устроит так, что через некоторое время здесь возобновится и жизнь в этом заброшенном селе, и службы в храме, – говорил тогда батюшка. – Неизвестно, что ожидает нас впереди, но с добрыми намерениями мы решили тут потрудиться, поддержать храм. Заботиться даже о покинутых и разрушенных святынях – наш долг».
Анастасия Состина
