Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
10 июля 2014, 10:55
 Евгений Филиппов 2340

Победа будет за нами!

Корреспондент «Белгородских известий» побывал в лагере обороны стрелкового взвода образца 1943 года, который воссоздан на Прохоровском поле

Победа будет за нами! Фото Вадима Заблоцкого
  • Евгений Филиппов
  • Статья

«Так, а почему это немец не работает? – услышал я зычный голос красноармейца, который тащил миномётную трубу. – Давай, помогай! А то каши не дадим». Призыв этот относился к худощавому мужчине в форме немецкого пехотинца. Он тихонько стоял в сторонке, придерживая ремень винтовки, и докуривал современную сигарету.

В лагере стрелкового взвода было шумно. За импровизированной перегородкой, а проще –  натянутой между двух деревьев брезентухой, дымил костёр. В большом закопчённом чугунке бойцы варили кашу. Рядом стояли четыре выгоревшие от солнца армейские палатки. Внутри каждой, кстати, – палатки поменьше.

«Это чтобы дождём не намочило», – объяснил мне Иван Андреев.

Командир лагеря Иван Андреев – крепкий, среднего возраста мужчина в гимнастёрке с погонами капитана Красной армии, как будто сошёл с экрана фильма о Великой Отечественной войне. Вот только зазвонивший мобильник в руке красноармейского офицера возвращал меня в настоящее.

Иван Андреев.
Иван Андреев.
Фото Вадима Заблоцкого

На Прохоровском поле, у Звонницы, где 12 июля 1943 был эпицентр крупнейшего в истории войн танкового сражения, ставшего кульминацией Курской битвы, в музее под открытым небом, оседлав стволы и башни «тридцатьчетвёрок» и ИС-2, фотографировались подростки. Люди постарше неспешно ходили вокруг боевых машин, вчитываясь в таблички с техническими характеристиками танков. Но самого интересного, на мой взгляд, они не видели. А ведь стоило лишь пройти немного вглубь ухоженного парка Победы, и они перенеслись бы на 71 год назад – в лагерь обороны стрелкового взвода образца 1943 года.

Иван Андреев, а в лагере его зовут просто Иваныч, – председатель правления Белгородской региональной общественной организации «Историко-патриотическое объединение «Поиск», силами которого восстановлен этот взводный опорный пункт.

«Весной, когда мы начали работы, – вспоминает Андреев, – прямо на этом месте, где мы с вами стоим, ребята нашли останки двух красноармейцев. К сожалению, их имена установить не удалось. А чуть дальше, в поле, откопали три линии траншей с останками 300 воинов. Некоторых опознали. Остальные так и покоятся безвестными», – вздохнул Иваныч.

В прошлом году этот лагерь стрелкового взвода стоял на хуторе Сторожевое. Тогда в гости приехали ребята из подмосковных поисковых отрядов и военно-исторических клубов, привезли свою технику.

«В прошлый раз мы делали тематические палатки – госпитальную, штабную, казарменную. В нынешнем году решили не ставить. Погода подвела. Постоянно дожди», – посетовал Андреев.

В лагере 70 человек. В основном красноармейцы, но есть и немцы. Это не пленные и не перебежчики, да и говорят они на русском языке. Это участники военно-исторической реконструкции.

Одного такого солдата вермахта зовут Руслан Дубровин. Он живёт в Губкине, работает мастером аварийной газовой службы.

– Это Иваныч попросил меня форму немецкую надеть, – как бы оправдываясь, сказал Руслан. – Немцев, говорит, у нас не хватает.

Руслан Дубровин.
Руслан Дубровин.
Фото Вадима Заблоцкого

– Что, никто не хочет быть захватчиком? – поинтересовался я.

– Для дела можно и потерпеть, – вздохнул Руслан. – Жарко в этой форме. Она же полушерстяная, и ремень тяжёлый. Вот, смотрите – этот ремень настоящий, не новодел.

На толстой и хорошо сохранившейся коже я увидел клеймо «1941» и название фирм-производителей.

– Этот ремень шили несколько скорняжных мастерских, – отметил Руслан Дубровин. – Дорого одевались немецкие солдаты.

– Сколько же стоит форма солдата вермахта? – спросил я.

– Новодел доходит до 10 тысяч рублей. А про подлинник я не знаю.

За плечом у Руслана висела советская СВТ (самозарядная винтовка Токарева) образца 1938 года.

– А почему винтовка-то русская?

– Немцы часто использовали трофейные винтовки, – ответил Руслан. – Советское оружие было надёжным и неприхотливым.

Недалеко от лагеря врос в землю опорный пункт. Тот самый, который нынешней весной строили ребята из объединения «Поиск» и который 12 июля будут штурмовать немецкие солдаты.

«Он построен в соответствии с боевым уставом пехоты 1942 года, – рассказал Иван Андреев. – В него входит три окопа на стрелковое отделение, ячейка снайпера, окоп для станкового пулемёта, окоп для миномёта, универсальная ячейка для противотанкового ружья, станкового и ручного пулемётов, окоп для пушки, танка и наблюдательный пункт».

Свежеструганые доски, обрамлявшие стены окопов, гравийные дорожки и газоны с автоматическими поливалками вокруг ячеек для противотанкового ружья и ручных пулемётов, не вписывались в историческую картину крупнейшего танкового сражения всех войн. Хотя, если не обращать внимания на эти частности, наверное, так выглядели многие окопы той войны. До первого боя.

Фото Вадима Заблоцкого

Из воспоминаний командира танкового взвода 170-й танковой бригады лейтенанта Василия Брюхова:

«Горели танки. От взрывов срывались и отлетали в сторону на 20 метров пятитонные башни. Иногда срывались верхние броневые листы башни, высоко взмывая ввысь. Хлопая люками, они кувыркались в воздухе и падали, наводя страх и ужас на уцелевших танкистов.

Нередко от сильных взрывов разваливался весь танк, в момент превращаясь в груду металла. Большинство танков стояли неподвижно, скорбно опустив пушки, или горели. Жадные языки пламени лизали раскалённую броню, поднимая вверх клубы чёрного дыма. Вместе с ними горели танкисты, не сумевшие выбраться из танка. Их нечеловеческие вопли и мольбы о помощи потрясали и мутили разум. Счастливчики, выбравшиеся из горящих танков, катались по земле, пытаясь сбить пламя с комбинезонов. Многих из них настигала вражеская пуля или осколок снаряда, отнимая их надежду на жизнь».

«Основные события будут развиваться 12 июля. Мы покажем театрализованное представление боя под Прохоровкой, – рассказывает Иван Андреев. – По сценарию бойцы Красной армии займут оборону в опорном пункте, но внезапно подойдут немецкие мотоциклисты и атакуют наши позиции».

Иван Иванович так увлёкся рассказом, что невольно проговорился о результате боя:

– Первую атаку фрицев мы отобьём, но потом они обстреляют нас из миномётов и займут позицию. Нам на помощь придёт авиация. Один самолёт разбомбит засевших в траншеях немцев, а второй – высадит десант. В общем, победа будет за нами! А потом красноармейцы пройдут перед ветеранами Великой Отечественной войны.

– А какие планы у «Поиска» после участия в праздновании годовщины Прохоровского сражения? – поинтересовался я.

– Будем искать погибших на Белгородчине солдат. Да и в другие области нас приглашают.

– Поедете?

– Всё зависит от того, сколько денег удастся собрать, – ответил Иван Андреев. – Раньше ведь как было? Нас финансировали напрямую, а теперь, чтобы получить деньги, надо участвовать в торгах, в конкурсах на получение грантов. В общем, пока все этапы пройдёшь… Нам легче найти спонсоров и на их деньги достойно похоронить найденных солдат.

«Земля до сих пор хранит память о сражениях, – подключился к разговору «немец» Руслан Дубровин. – Мы, перед тем как рыть окопы, прошлись по этому месту металлоискателем. Вон там, под деревом, – он махнул рукой в сторону небольшой яблони, – лежат найденные осколки, части мин и снарядов.И ещё, – как-то внезапно добавил Руслан, – вы не подумайте, что мне приятно носить немецкую форму. Мои деды воевали в Великую Отечественную, я сам уже много лет в поисковом отряде. Жена с дочерью тоже участвуют в реконструкциях. Как только театрализованное представление закончится, я сниму эту форму и хорошенько вымоюсь…»

Больше снимков реконструкции военного лагеря – в фоторепортаже.


для комментариев используется HyperComments
Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×