Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
24 апреля 2020,  17:40

Только бирочки и носочки: как жить после потери ребёнка

Перинатальный психолог, белгородка Юлия Карпенко рассказывает «БелПрессе», почему и как надо помогать женщине, потерявшей ребёнка

Только бирочки и носочки: как жить после потери ребёнкаФото: Наталья Малыхина
  • Статья

Юлия работает с беременными и прекрасно понимает, что у времени до и после родов есть не только розовая сторона. С потерями детей родители тоже встречаются. Помощь психологов и поддержка близких особенно необходимы женщине.

Я и моя напарница

«После того как я прочитала книгу Анны Старобинец «Посмотри на него» (документальный роман о том, как автор пережила потерю ребёнка – прим. авт.), я поняла, что женщины, потерявшие детей, не имеют никакой поддержки. Поэтому решила: раз я помогаю беременным, то смогу немного оказаться полезной и для тех, кто потерял малыша. И вот я волонтёр благотворительного фонда «Свет в руках». 

Его создали Дмитрий и Александра Фешины четыре года назад. Они сами пережили потерю малыша и теперь помогают тем, кто столкнулся со смертью ребёнка во время беременности, в родах и сразу после. «Свет в руках» существует на гранты и за счёт волонтёрской работы психологов. Их тщательно отбирают, проводят для них обучение. Кроме того, фонд заботится, чтобы у специалистов была адекватная нагрузка и не случилось эмоционального выгорания.

В Белгороде уже год работает группа поддержки для родителей, переживших потерю малыша. Сейчас у нас всего два волонтёра – я и моя напарница. Мы проводим встречи для 3–4 человек раз в месяц. В течение 2–3 часов мамы и папы могут разделить с другими память о ребёнке, которого иногда и увидеть‑то не удалось. Иногда за разговором мы засиживаемся почти до ночи.

Одному психологу такие группы вести тяжело. Нужен коллега, который поможет в эмоционально тяжёлой ситуации. При непредвиденных обстоятельствах нам, к сожалению, некому передать группу. Отменить встречу тоже нельзя, потому что мамы могут месяцами решаться прийти. 

Женщина может не только прийти в группу поддержки, но и получить пять онлайн-консультаций. Для тех родителей, которые снова решились на ребёнка, также есть онлайн-группы поддержки».

 

Юлия Карпенко Юлия Карпенко / Фото: Наталья Малыхина

Стадии горя

«Потеря ребёнка – это не нормальная ситуация. Родители не ждут, что могут столкнуться с этим. Все бурные эмоции после случившегося – это нормальная реакция на обстоятельства. Смерть – это очень страшно, а смерть ребёнка тем более. Поэтому сложно говорить о том, что нужно делать женщине. Скорее её близкие должны помочь ей справиться с этим. Важно, чтобы чувства мамы признали, какими бы они ни были. Не нужно осуждать её за злость, обиды и другие эмоции. Ей нужно пережить все чувства, потому что они помогают справиться с горем.

В психологии есть понятие «работа горя», которая состоит из нескольких этапов. Сначала человек отрицает произошедшее. Потом приходит гнев, который может быть направлен как на себя, так и на других. Следующий этап – торг: человек думает, можно ли было что‑то изменить и как он поступил бы в подобной ситуации. Затем наступает депрессия, когда человек понимает, что ничего не исправить. Только после этого можно перейти к принятию и понимаю, что жизнь продолжается. Если препятствовать одному из этапов, то работа горя может затянуться на годы. 

Для того чтобы прийти к психологу, нужны силы. На первых стадиях проговаривать то, что тебе пришлось пережить, очень тяжело. В основном к психологу общаются на стадии депрессии, когда чувствуют, что самому справиться очень сложно. Встаёт вопрос: «А нормально ли то, что я чувствую и как себя веду, когда окружающие ожидают другого?» Кроме того, в нашей культуре не принято обращаться к психологу. Это связано с тем, что существует много специалистов, которые подорвали доверие к этой профессии». 

Те, кто остались

«Мамы страдают не только от потери ребёнка, но и от реакции окружения. Иногда можно услышать: «Ну что ты плачешь, ещё родишь». Это одна из фраз, которая не уместна. Самой женщине нужно понимать, что так говорят люди, которые не знают, что сказать в ответ на чьи‑то слёзы. Ещё другим сложно сопереживать матери, потому что они не видели ребёнка, а некоторые могли и не знать о беременности. 

Мужчина и женщина по‑разному проживают горе. Эта разница может приводить к конфликтам и обидам. В обществе существует негласный запрет для мужчин на выражение эмоций, поэтому они многое скрывают внутри. Женщине кажется, что он не горюет, и это ранит её чувства. В таком случае может быть полезными совместная и индивидуальная консультации с психологом.

В это тяжёлое время семьи часто распадаются. Чтобы этого не произошло, важно научиться говорить друг с другом обо всём. Женщины часто рассказывают, что мужчины не готовы обсуждать эту тему. Молодые пары могут ещё не уметь проговаривать тяжёлые моменты. Если разговор получается, то нужно уважительно относиться к чувствам друг друга. Человек может долго запрещать себе радоваться, чувствуя вину перед умершим. Если партнёр уже может улыбнуться, не нужно винить его за это.

Есть ещё другие члены семьи, которые тоже переживают. Нельзя сказать, что раз это случилось не с ними, то они не могут переживать. Старшим детям тоже надо рассказать о том, что произошло. Они и сами почувствуют, что что‑то не так. Можно аккуратно объяснить ребёнку, что их братика или сестрички больше нет, что родителям пока тяжело. Если есть взрослая дочка, важно не напугать её происходящим, ведь она тоже когда‑то будет мамой.

Один из самых тяжёлых случаев – потеря одного из близнецов. Маме одновременно нужно радоваться одному ребёнку и в то же время оплакивать другого. Из‑за того что ей надо ухаживать за малышом, у неё нет времени переживать и плакать. Иногда в стадии гнева эмоции могут быть направлены на живого ребёнка. Близким надо постараться взять на себя заботу о малыше, чтобы у мамы иногда было время побыть одной и оплакать потерю.

Это горе касается также друзей и знакомых. Когда человек встречает подругу, которая была беременной, ему хочется спросить, кто родился. Маме приходится сообщить, что ребёнок умер. Растерянность от такой новости – это нормально. Единственное, что может сделать человек, – это обнять и сказать, что ему очень жаль. У фонда «Свет в руках» есть горячая линия, куда может позвонить каждый, кто имеет отношение к родителю, потерявшему ребенка».

 

Только бирочки и носочки: как жить после потери ребёнка - Изображение Фото: pixabay.com

«Мне жаль»

«Врач тоже переживает потерю, как и мама. Холодность в общении может быть защитной реакцией психики на происходящее. Врач УЗИ часто первым узнаёт о том, что ребёнок умер. У него стадии переживания горя запускаются раньше, чем у мамы. Из‑за этой разницы может возникнуть неприятная ситуация. Женщина просит посмотреть ещё раз, находясь на стадии отрицания, а врач уже на стадии гнева обрушивается на неё с упрёками, что она поздно приехала или не следовала советам врача. И тот, и другой действует как может в этой ситуации. Но в итоге женщина уходит без поддержки и с огромным чувством вины. За границей у врачей есть чёткий алгоритм, как себя вести: простая фраза «мне очень жаль» помогает женщинам пережить эту новость. 

Иногда врачи настаивают на прерывании беременности, если ребёнок имеет пороки. По отношению к женщине гуманно дать самой принять решение. Врач должен полностью информировать её о состоянии малыша, но не решать за маму. В некоторых роддомах Москвы психологи помогают докторам правильно сообщать о тяжёлых ситуациях. 

Психологи фонда «Свет в руках» проводят семинары для врачей, где разбирают, как действовать в случае утраты. Например, какие слова подобрать и что делать, когда женщина кричит, не идёт на контакт или хочет написать жалобу. Врачи быстро выгорают. Им самим нужна психологическая помощь и забота. На семинаре в Белгороде некоторые врачи были очень благодарны за то, что на их чувства и трудности в работе обратили внимание».

 

Только бирочки и носочки: как жить после потери ребёнка - Изображение Фото: pixabay.com

Цикл, который не завершился

«Иногда женщина во время беременности узнаёт, что ребёнок может родиться мёртвым. Даже если знаешь заранее, к этому невозможно подготовиться. Так получается, что женщина переживает потерю два раза: когда узнаёт о пороке, несовместимом с жизнью, и когда ребёнок умирает. Если женщина решает родить, то она чувствует, что сделала всё для малыша, и встретилась с ним. Но каждая мама вправе сама выбирать, рожать в срок или прерывать такую беременность. 

Когда роды случились раньше 22 недель, ребёнка не отдают маме. Если мама молодая, то потеря ребёнка может быть первой встречей со смертью, и это очень тяжело. Поэтому не все родители готовы заниматься похоронами. Хорошо, если в такой ситуации помогут близкие. 

Беременность – это цикл. Когда женщина теряет ребёнка, цикл остаётся как бы незавершённым. Поэтому встреча с малышом важна даже в такой тяжёлой ситуации. Когда мама видит ребёнка, ей легче принять то, что он умер. Многие женщины жалеют, что у них не осталось даже образа в памяти. Намного лучше чувствуют себя те, у которых есть хоть что‑то связанное с ребёнком.

За границей есть протокол, по которому маме сообщают, что она может подержать ребёнка, сфотографировать, попрощаться с ним в специальной комнате и оставить что‑то на память. Об этом опыте фонд также рассказывает нашим врачам.

Но если мама не хочет увидеть ребёнка, её нельзя заставлять. Врачи сами или с помощью мужа рассказывают, как выглядит малыш, а женщина сама принимает решение, хочет ли она увидеть его».

 

Только бирочки и носочки: как жить после потери ребёнка - Изображение Фото: pixabay.com

Носочки и УЗИ на память

«Многие женщины признают, что им помогают прикосновения к вещам ребёнка. УЗИ, бирочки из роддома делают память о ребёнке живой. Носочки, которые были на ребёнке, могут годами сохранять его запах, если мама хранит их в вакуумном пакете.

Если ничего не осталось, мы предлагаем что‑то создать: посадить дерево или нарисовать картину. Иногда мамы сохраняют грудное молоко как единственную связь с малышом и замораживают молоко на память. За границей из него делают браслеты. Можно сделать памятную коробочку о ребёнке и обращаться к ней в периоды грусти. Со временем мамы заглядывают в неё всё реже.

Иногда родные убирают кроватку и все вещи малыша к возвращению мамы из роддома. Это очень ранит женщину. Она сама должна решить, когда нужно прощаться с вещами».

Жизнь продолжается

«Порой женщины хотят забеременеть снова, как только всё случилось. Вначале за этим стоит желание вернуть погибшего ребёнка. Бывает даже, что женщины берут детей, от которых отказались. Другой малыш не может стать заменой потерянному, он должен обладать своей особой ценностью. Психологи рекомендуют подождать не меньше года, чтобы прошли все стадии горя и женщина была готова быть мамой. Новая беременность помешает завершению горевания, и это может отразиться на маме и ребёнке.

Горе сковывает не только на эмоциональном, но и на физическом уровне. Поэтому помощь начинается с заботы о своём теле. Нужно наладить сон и питание, добавить витамины, прогулки и лёгкие физические упражнения. 

Хорошо, если в острой стадии горя о теле позаботится кто‑то другой, потому что у мамы может не быть на это сил. Самое важное, что могут сделать близкие женщины, – простая забота: принести еду, посидеть со старшим ребёнком, пойти с женщиной в парк или в кофейню, вместе бегать по утрам, просто слушать и слышать её. 

В какой‑то момент мама находит в себе силы, у неё появляется ощущение, что жизнь продолжается. Горе остаётся навсегда, но человек учится жить с ним, заново радоваться, планировать и мечтать. Иногда стадии горевания повторяются, но со временем эти периоды становятся короче. Как прежде уже не будет, но будет по‑новому. У людей, переживших горе, появляются новые смыслы, ценности и отношение к жизни».

Записала Наталья Малыхина

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×