Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
18 апреля 2019,  14:36
 Наталья Почернина 256

Ах, какой была игра! Как Алла Пугачёва покорила белгородцев своим пением

Ах, какой была игра! Как Алла Пугачёва покорила белгородцев своим пением
  • Наталья Почернина

Примадонне российской эстрады Алле Пугачёвой 15 апреля исполнилось 70 лет. Певица, продюсер, композитор, народная артистка СССР увлекалась музыкой с раннего детства. Любовь, с которой певица отдалась творчеству, ежедневно возвращается к ней с тысячами добрых слов почитателей её таланта.

Немало поклонников творчества Аллы Борисовны и в Белгородской области. К тому же наш земляк – поэт, певец и композитор Влад Забелин написал для Аллы Пугачёвой песню «И исчезнет грусть». Примадонна переименовала её в «Дай мне, Боже» и за этот шлягер в 2003-м получила музыкальную премию «Золотой граммофон». А сегодня мы вспоминаем один из концертов Аллы Пугачёвой в нашем городе.

Три состояния любви

26 апреля 2006 года в Белгороде во Дворце культуры «Энергомаш» состоялся сольный концерт Аллы Пугачёвой. Несмотря на весьма дорогостоящие билеты (от 800 до 3500 рублей), в зале аншлаг. Даже переаншлаг, ибо некоторые зрители стояли в проходах. Публика – очень демократичная (даже в зоне партера). Преобладающий контингент – люди средних лет, хотя довольно много и молоденьких девушек, и пар почтенного возраста. После десятиминутной задержки (зрители всё ещё подтягивались к своим местам) самые нетерпеливые стали скандировать: «Алла! Алла!».

И вот аскетичное убранство сцены, оформленной как «чёрный кабинет», озарилось синим светом. Алла Пугачёва под шквал аплодисментов появилась во всём в чёрном: мини-юбочка, короткий балахончик и мягкие сапожки без каблуков. Сценический костюм, сочетающий строгую цветовую лаконичность с непременной долей лёгкой эпатажности, приковывал внимание отнюдь не к себе, а к самой артистке. Она виртуозно обыгрывала детали своего наряда, превращая свободные рукава балахона то в крылья, то в паруса, то в знамёна. А порой на радость публике приподнимала край юбчонки – но лишь тогда, когда того требовал создаваемый в песне образ, разумеется.

Алла Пугачёва представила программу, состоящую из песен последних альбомов. Её сквозной темой стала «любовь как состояние». Это и любовь женщины – то искристая, когда хочется «прожить с любимым десять тысяч лет», то грустная, наполненная предчувствием неизбежный разлуки, прячущегося в нарочито легковесных «привет-привет, пока-пока», то остервенелая, злая, но всё‑таки пытающаяся преодолеть холодную «зону отчуждения». Это и любовь женщины, которая поёт, – когда к алтарю сцены актриса несёт свои чувства, переживания, чтоб о любви «успеть – нет, не сказать, а просто спеть». И хоть жизни на бис не бывает, звезда артистки светит даже над фонарём разбитым, а то, что приносится в жертву ярким огням рампы, вознаграждается возможностью смеяться в лицо судьбе и слышать крики «браво» за причудливый фарс. Это ещё и любовь, которая суть неиссякаемый источник добра и света, которая помогает понять и принять мир, придуманный не нами, которая наполняет душу человека и дарит счастье увидеть, как «улыбнутся с неба звёзды», и почувствовать, как «исчезнет грусть». Все эти три состояния любви – взаимопроникающие, перетекающие друг в друга – Алла Пугачёва прожила на сцене столь талантливо, красиво, убедительно, что только и остаётся процитировать слова из её песни: «Ах, какой была игра!».

От песни к песне

В динамичном темпоритме представления Алле Пугачёвой, единой в двух лицах – режиссёра и актрисы, удалось исполнить свыше 20 песен, пообщаться с залом и расставить очень точные эмоционально-смыс-ловые акценты программы. Рванув с места в карьер, Алла Борисовна спела без перерыва четыре песни («Приехали», «Не плачь», «Все ушли в осень», «Не сгорю»). Почувствовав, что публика уже достаточно разогрета, актриса обратилась к залу:

«Я очень рада, что снова выступаю в вашем городе».

Народ с цветами повалил к сцене, на что Пугачёва сказала:

«Не спешите, у меня специально есть две песни, на которых я выхожу в зал и собираю букеты. У певиц моего поколения это называется – газонокосильщицы. Вот тогда я могу заглянуть в ваши глаза, а вы – в мои. Посмотреть, что там ещё осталось…»

Здесь зал взорвался аплодисментами, а моя соседка, интеллигентная пожилая дама, воскликнула:

«Ну как её можно после этого не любить!»

Короткий монолог певицы завершился фразой: «Позвали – спасибо, кормильцы мои!», которая стала прологом к следующему номеру программы – «Позови меня с собой». На песнях «Австралиец» и «Успокой» Алла пошла в народ. Народ тут же повскакал с мест, следя за перемещениями певицы по залу.

Когда артистка собрала все цветы, а публика удовлетворила желание рассмотреть Примадонну поближе, концерт вступил в ту фазу, когда развитие действия неуклонно пошло по нарастающей – от песни к песне. Выстроенные в неслучайной последовательности, они постепенно повышали градус эмоционального фона мастерски срежиссированного моноспектакля, и каждый номер программы добавлял в главную тему новые краски и оттенки. Алла Пугачёва в отсутствие внешних сценических эффектов (столь популярных ныне на эстраде, порой поддерживающих исполнителя, а порой и заслоняющих его) органично обживала пространство сцены, обыгрывая каждую деталь реквизита, наполняя значением каждое движение, вовлекая в свою игру музыкантов «Рецитала» и выстраивая с ними парт-нёрские отношения, обусловленные драматургией песни.

Если написать, что каждая песня программы представляла собой маленький спектакль, это, безусловно, будет трюизмом (о «театре Аллы Пугачёвой» писали даже до «Арлекино»). Но что поделать? Это действительно так! Виртуозное, отточенное мастерство артистки позволяет ей создавать сценический образ песни несколькими штрихами. Вот она погладила сама себя по волосам, будто девочку малую, дружески обняла своих верных «старых гнедых» Левшина и Венгерова – «Не плачь». А вот присела за столик, взглянула в зеркало, зажгла свечу и оберегающим жестом прикрыла её пламя – «Свеча горела». Стремительный проход по сцене, шалый смех, речитативом, с выразительными разбивками и вопросительными интонациями произнесённая песенная фраза: «Что? Где меня черти носят?» – и иро-
ничный ответ, сопровождаемый жестом усталости: «Да если бы только они…» – «Зона».

Жизнь продолжается

Кульминационным пиком моноспектакля, пожалуй, стал фрагмент из двух номеров, объединённых пронзительной и горькой интонацией. Стихотворение «Она цеплялась за любовь» в исполнении Аллы Пугачёвой звучит как потрясающий драматический монолог, в котором актриса переживает гамму чувств от обиды на любовь, что не тех выбирает, до отчаяния, когда «дура-любовь» умирает. И тотчас же начинается песня «Любовь». Её сценическое решение таково, что зритель понимает: лирическая героиня гостила в чудесной стране, где всё – любовь и свет, а, вернувшись назад, ощутила бесприютную пустоту. То, что делает Алла Пугачёва в этой песне средствами вокала, пластики и жеста, описанию плохо поддаётся. Вокализ звучит ярко, мощно, а когда певица переходит на импровизацию в восточных гармониях, вот тут‑то ощущаешь и мурашки по спине, и ком в горле, и слёзы на щеках.

Присев на высокий стул, артистка творит некое магическое, шаманское действо. Руки, удивительные руки Аллы Пугачёвой – словно две большие птицы (кстати, у кого после Клавдии Шульженко на нашей женской эстраде они есть? Похоже, поющим дамам, как Венере Милосской, лучше было бы без оных, ибо для них значимы совсем другие части тела). У Аллы Пугачёвой руки совершают свой таинственный ритуальный танец, в котором любовь – в обнимку со смертью. Пронзительная и трагическая нота ворвалась в этот пластический мини-спектакль, когда завораживающее плавное движение вдруг резко сменилось знаменитым «арлекинским» жестом: рука марионетки безвольно повисла в согнутом суставе. И вслед за этим, чуточку фарсовым «приветом» зритель видит сложенные руки-крылья, опущенную голову, замершую фигуру артистки. Что ж, когда умирает любовь, не помогает даже маска бесшабашного рыжего забияки…

Удивительно, но и после кульминации спектакля артистке удалось удержать столь же высокую эмоциональную доминанту, несмотря на разнохарактерность исполненных песен. К финалу Алла Пугачёва привела публику после «Игры» – песни сильной, яркой, драматичной. И, в какой‑то мере, подводящей некую черту: «Спеть смогу ещё на бис, жить на бис я не сумею».

Но жизнь продолжается! И завершающая песня выбрана безошибочно, точно «в десятку»: «Дай мне, Боже». Она звучит и как искренняя молитва, и как гимн жизни и любви. Зал встаёт – не по мановению руки артистки, но охваченный единым порывом, заряженный энергией, исходящей со сцены. Алла Пугачёва представляет публике автора этой песни –
нашего земляка Влада Забелина, и убедительный логичный финал программы для белгородцев окрашивается в проникновенно тёплые домашние тона.

Кстати, после концерта диски, открытки и постеры Аллы Пугачёвой публика размела в считанные минуты. Значит, испытала то самое послевкусие, которое возникает совсем нечасто и только от встречи с чем‑то поистине талантливым и неординарным. Ах, какой была игра!..

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×