Всё было в дыму. Белгородские студенты помогают мирным жителям во время обстрелов

Отличное сочетание

Ребятам по 19 лет. Роман Кучеров учится на 4 курсе медицинского колледжа НИУ «БелГУ», он будущий фельдшер, с детства мечтал стать медиком:

«Я уже много раз присутствовал на различных хирургических операциях и совершенно спокойно ко всему этому отношусь. В будущем хочу стать хирургом общей практики».

А ещё он стремится попасть в добровольческий отряд «БАРС-Белгород»:

«Изначально грезил о 45-й бригаде ВДВ, но в итоге решил, что белгородский «БАРС» для меня более подходящий вариант, тем более контракт заключается всего на год. Добровольцем я могу принести реальную пользу, не уезжая из региона, да и статус ветерана боевых действий получить проще – всё оформляется на месте».

Бойцом «Ополчения-31» Роман стал около полугода назад. Попал случайно, когда в своём колледже проводил инструктаж по оказанию первой помощи. Там он познакомился с командиром взвода «Ополчение-31».

«Мы вместе проводили занятие, разговорились, и спустя буквально пару недель я заступил на своё первое дежурство», – вспоминает он.

Фёдор Чуйков – будущий электрик. После окончания Белгородского строительного колледжа планирует получить высшее юридическое образование.

«Многие надо мной подшучивают – юрист-электрик. Но я считаю, что это отличное сочетание: буду иметь и техническую базу, и юридическую грамотность. Мужчина должен уметь и дом построить, и проводку провести, и с документами разобраться. Кроме того, юридическое образование пригодится и для моей будущей профессии: я мечтаю работать в патрульно-постовой службе. А в ополчение пошёл вслед за Ромой, вступил в ряды спустя месяц после него», – говорит Чуйков.

Видимость не более десяти метров

Роман раньше подрабатывал в сортировочном центре, но 30 августа у него был выходной:

«Я находился дома, и как только в городе объявили ракетную опасность, написал в наш рабочий чат, что готов выехать. Потом начался обстрел города. В официальных сводках информации о местах прилётов ещё не было, но мои коллеги сообщили, что горит именно наш склад. И я поехал туда».

По приезде Кучеров увидел, что полыхают два складских помещения:

«Всё было в дыму, стены разрушены, окна разбиты. Я забежал на первый склад, чтобы понять, есть ли пострадавшие, но там, кроме пожарных, которые тушили возгорание, никого не было, и я бросился ко второму. Везде стоял густой белый дым, видимость была не более десяти метров. Я услышал странные звуки – не то всхлипы, не то стоны – и понял, что где-то там есть человек. Набрал побольше воздуха в лёгкие и шагнул в плотную пелену дыма».

Секунд 30 он двигался на ощупь, а потом увидел женщину, которая сидела на полу в полуобморочном состоянии. Как она потом призналась, она не смогла выбраться из-за сильной паники, ранений у неё не было. Рома прикрыл ей рукой рот и нос и повёл на выход.

«Действовал по инструкции, как нас обучали в колледже: говорил с ней, задавал вопросы, следил за её состоянием, чтобы она не отключилась», – поясняет Кучеров.

Выбравшись наружу, он нашёл медиков и передал им женщину, которая надышалась дымом. Затем вернулся обратно на склад, чтобы найти других пострадавших.

«Я решил пробираться внутрь через завалы обрушившихся стен, потому что там могли быть мои товарищи. Страха не было – адреналин зашкаливал, было только понимание, что люди могут погибнуть и нужно действовать быстро. Под обстрелы попадал не раз – живу в районе улицы Губкина, и с начала СВО прилёты по соседним домам случались часто», – объясняет он.

Карабкаясь по обломкам, он ухватился за металлический профиль, который удерживал арматуру и пеноблоки, но конструкция не выдержала и всей тяжестью рухнула прямо на него. Удар пришёлся на спину, бронежилет принял основной вес, но парень неудачно приземлился на строительный мусор. В первые секунды почувствовал острую пронизывающую боль и даже подумал, что сломал ногу:

«Но я не мог позволить себе лежать и ждать помощи. Действовал на автомате, но осознанно».

Он поднялся и, хромая, продолжил поиски. В итоге бойцу удалось вывести с территории склада ещё пятерых белгородцев, которые прибежали на помощь, но оказались заблокированы в дыму.

Федя приехал на место буквально через 15 минут после Романа и тоже активно помогал пострадавшим.

«Когда подошёл к складу, первое впечатление было тяжёлым, но без паники, скорее, осознание всей серьёзности ситуации. Там уже работали сотрудники Росгвардии и полиции, было выставлено оцепление. Объяснил, что я из ополчения, и меня пропустили. Полиция относится к нам с пониманием, так как мы все работаем сообща», – подчеркнул он.

Плотный график

Фёдор нашёл Рому и ещё двоих своих сослуживцев, которые тоже приехали на место происшествия:

«Мы оставались там до самого утра: обеспечивали оцепление, следили за порядком и страховали спасателей на случай повторного удара».

– Это первый твой подобный опыт? – интересуюсь у него.

В 2024 году снаряд упал на дорогу рядом с моим домом. Тогда, к счастью, никто не пострадал, но во всех домах поблизости выбило окна. Помню, было ещё довольно холодно. Но службы сработали очень оперативно: в тот же день приехали специалисты, всё замерили и пообещали быстро восстановить остекление, –вспоминает Чуйков.

Через 2 дня после описанных событий Кучеров должен был выйти на смену, но так как его склад пострадал, сейчас он временно остался без работы:

«Я планирую вернуться обратно, но пока в приоритете помощь людям в составе ополчения. Сейчас это важнее, учитывая частые прилёты. Совмещать учёбу в колледже (мне остался последний год) с работой и службой в ополчении непросто, это отнимает много сил. Но учусь на отлично, иду на красный диплом. Несмотря на плотный график, успеваю всё, потому что мне это действительно нравится».

– Как ваши родные относятся к тому, что вы стали бойцами «Ополчения-31»?

–Мои волнуются, особенно когда выезжаем на обстрелы, – признаётся Роман.

–Мама поначалу, конечно, переживала и пыталась отговорить, но я уверен в своём выборе. Потому что для меня это важно, мы пришли, чтобы помогать людям, – добавляет Фёдор.

Елена Крижановская