Он не пилот, но небо отчасти стало и его родимым домом. К своим 66 годам совершил 990 прыжков с парашютом. Первый – 21-летним пареньком 12 апреля 1969 года в Казахстане, последний – на Белгородской земле в 2001-м. Шёл ему тогда 54-й год.
Поедем в Мальцевку
Юрий Терехов родом из Петропавловска – это город в Казахстане. Рассказывает о себе по-военному лаконично: окончил школу, потом – техникум сельскохозяйственный, работал бригадиром животноводства и зоотехником, окончил военное училище, служил в Прибалтике, Закавказье, Венгрии, Москве, Туле, Бухаре, прошёл путь от командира парашютно-десантной роты до командира полка ВДВ…
В 1991 году встал вопрос: куда увольняться в запас? На семейном сходе решили отправиться в корочанское село Мальцевка – там жили родители супруги.
– Ступил на белгородскую землю я 31 декабря 1991-го, – говорит Юрий Фёдорович. – Будто вчера было, помню: на часах 20.42. Новый год, как и новую оседлую жизнь, предстояло начинать в маленьком селе, чему я был рад.
Парашютный кружок
Завёл хозяйство: корову, пчёл, поросят, кур, выкопал пруд для рыбы. Но недолго наслаждался сельской жизнью. Из Мальцевской школы пришли с заманчивым предложением: занять должность учителя физической культуры и трудовой деятельности.
– Мне было всего 44 года. Вот и согласился, – вспоминает Юрий Фёдорович.
Спустя время коллеги начали интересоваться: «Юрий Фёдорович, вы же с парашютом прыгали. Может, в школе парашютный кружок организуете?». Так в 1993 году в Мальцевке открыли кружок юных парашютистов. На сегодняшний день ребята и девчонки из «Голубых беретов» совершили около 670 прыжков, последние 68 – в июле этого года.
Голубые береты
Школьный кружок вырос до военно-патриотического клуба с говорящим названием «Голубые береты». С 2002 года он действует при Корочанской школе ДОСААФ. Азам парашютного дела обучаются 117 человек от 14 лет и старше.
Как вспоминает Юрий Терехов, нелегко поначалу пришлось. Учебно-материальной базы как таковой не было. Но бывалый десантник знал: прыжок с парашютом – нешуточное дело, объяснить на пальцах ничего не получится. Потому просил о помощи своих друзей и коллег по службе. Весьма удачно оказалось. Раздобыл учебно-спортивные снаряды и тренажёры: подвесные системы (стапеля), фюзеляж самолёта Ан-2, трёхступенчатый трамплин для отработки навыков правильного приземления, гимнастическое колесо и лопинг – особые качели, способные вращаться вокруг горизонтальной и вертикальной осей.
– Хорошая подготовка на земле – залог успешного прыжка. В клубе мы оборудовали шесть учебных мест. Укладка сумки на прыжок, действия парашютистов в особых случаях. Сборка парашюта после приземления. Трамплин, направленный на укрепление голеностопных суставов, чтобы не сломать ноги при приземлении. Налистывание парашюта (то есть его укладка на прыжок), и фюзеляж самолёта Ан-2. Ребята сразу учатся посадке в самолёт, размещению в нём, отрабатывают выход через открытый люк с парашютом, — рассказывает Юрий Терехов.
Приземление в тюльпаны
Для воспитанников клуба их наставник – человек-легенда. На его счету 990 прыжков с парашютом. Но самый первый он до сих пор помнит в мельчайших деталях. Это было 12 апреля 1969 года.
– Высота 600 метров. Как перворазник я прыгал по классической схеме – с принудительным раскрытием парашюта, то есть когда кольцо дёргать не надо, он сам раскроется, – рассказывает Юрий Фёдорович. – А приземлился на огромное поле тюльпанов. Красные, жёлтые, розовые… Страшно не было. Как правило, когда первый раз прыгаешь, особо ничего не понимаешь. Осознание приходит только к третьему прыжку. Он считается переломным. Если переборешь страх и прыгнешь, то и дальше всё будет без проблем, а не преодолеешь этот рубеж, можно позабыть о небе. Хотя у каждого индивидуально. Помнится, в Венгрии мой боевой друг на своём 41-м прыжке вдруг сказал: «Я боюсь прыгать»…
– А в вашей практике подобное было?
– Что скрывать? – было. Как раз это был мой последний – 990-й – прыжок на аэродроме «Томаровка». Поднялись мы тогда на высоту 1200 метров. В самолёте начал паниковать, когда увидел лесопосадку. Подумал: «Повисну на дереве». Сам себе удивился, такого со мной никогда не было. Наверное, страх пришёл оттого, что перерыв в прыжках длительный был, да и с возрастом невольно с опаской начинаешь смотреть на многие вещи, которые раньше воспринимались совершенно в ином свете. А мне ведь 54 года было. После «выхода» понял: скорость ветра сумасшедшая. Потому летел и думал: быстрее бы на земле оказаться. Приземлился хорошо. На радостях даже прилёг на землю. А так всё без происшествий было. Получал боевые задачи, выполнял их, потому прыжки казались чем-то обыденным.
– Случалось ли, чтобы воспитанники клуба отказывались прыгать?
– Бывали случаи, когда на втором и третьем прыжке отказывались. Но о своём решении они сообщали ещё на земле. А оказавшись в самолёте, все прыгают. И это объяснимо. Имея хорошую подготовку, а рядом ребят, которые уже прыгали, они не передумывают. И мы хитро поступаем. Когда приезжаем на Томаровский аэродром, первыми пускаем опытных ребят. Новички видят, что у «дедов» всё получилось, и сами меньше паникуют. Да и не хочется опозориться перед ними. А я перед посадкой им говорю: «Никто на самолёте не приземляется. Только на парашюте. Вопросы есть?». Главное – без происшествий приземляются. Уже после они все выстраиваются в шеренгу и хором произносят троекратное «спасибо» и «ура». После выписываем им свидетельства и вручаем их в торжественной обстановке. А девчонкам-перворазницам ещё и по коробке конфет.
Фото Вадима Заблоцкого
Одному – неделя, другому – год
Кому-то и пары недель хватает, чтобы подготовиться к прыжку, а некоторым нужны годы.
– Год ходят, второй, третий… Тренируются, всё знают, а прыгать не решаются. Психологически сложно, – говорит Юрий Фёдорович. – А вот Настя и Юля – рекордсменки. За неделю к прыжку подготовились.
– За две, – поправляют руководителя 16-летние подружки.
– Мы пришли в клуб в начале месяца. Вот и тренировались усиленно, чтобы со всеми успеть 17 июля прыгнуть, – рассказывает Настя Золотушкина.
– Самое страшное – сделать первый шаг. Дальше – проще. Видишь – парашют раскрылся. Можно успокоиться и наслаждаться полётом. С высоты 700 метров смотришь, какое всё вокруг красивое, – добавляет Юля Теплоухова.
– А вот Паша долго не решался прыгнуть, – представляя следующего воспитанника клуба, отмечает Юрий Терехов.
– Четыре года ходил, готовился к прыжку. Но на то были свои причины. Я с детства боюсь высоты. Хотел таким образом перебороть свой страх. Переборол, – поясняет 17-летний Паша Сидоренко.
– После третьего прыжка их не удержать. У Кати Шарониной уже семь прыжков, у Владислава Сидякина – десять, – продолжает полковник.
– Кто переборол страх второго-третьего прыжка, захочет ещё прыгать. Тем более, что прыгать стало намного проще. Новые парашюты «Юниор» отличаются от предыдущих Д-6. В них нет кольца, основной парашют откроется автоматически, – говорит Катя Шаронина.
О своих воспитанниках Юрий Фёдорович может часами рассказывать.
– Многие служат в Вооружённых силах России. Отрадно, что навыки, приобретённые в клубе, им пригодились, – отмечает Юрий Терехов. – Я уже 23 года с детьми. Но понимаю – возраст. Готовлю себе смену.
