Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
22 января 2020,  11:12

Денис Коршиков: В Старом Осколе про меня не любят говорить

Денис Коршиков: В Старом Осколе про меня не любят говоритьФото: Елизавета Кузенкова
  • Спортивная смена

Лучший вратарь мира рассказал «СпортСмене» о своей футбольной карьере.

Если в профессиональном футболе у нашей сборной не всё складывается так, как хотелось бы, то в любительском – лучше и не придумаешь. Староосколец Денис Коршиков четыре раза становился чемпионом мира по футболу среди любителей. В этих турнирах его четырежды признавали лучшим голкипером, а в формате 7 х 7 он дважды становился лучшим вратарём мира.

«Папа, я вратарь!»

— Денис, вы родом из Старого Оскола?

— Нет, я приехал издалека – из Таджикистана. Мой дед жил в Старом Осколе, окончил факультет горного дела, и его направили работать в Душанбе. В 1990-х там началась война и мы уехали к родственникам в Старый.

— Как оказались в футболе?

— Возле моего дома был стадион, на поле бегало много детей, автобус такой большой красивый стоял. Попросил папу привести меня туда. Оказалось, что это местная юношеская команда «Интер-модуль» занимается – она у всех на слуху тогда была. Там как раз мой год набирали, и мы записались. Я в третьем классе тогда был. Мы всю Россию с этой командой объездили, в Молдавии, Крыму побывали. Экипировка, турниры – всё бесплатно было. Город, область, Черноземье выигрывали, а на России вообще ЦСКА и «Локомотив» обыграли. Представьте, пацаны из какой‑то деревни приехали и всех сделали. Нам тогда ни медалей не дали, ни дипломов, только кубок маленький. Наш спонсор отвёл нас впервые в «Макдоналдс» и купил по «Хэппи Милу» каждому. Мне кажется, мы от этого были счастливее, чем от победы.

— Что было потом?

— До пятого класса я проучился в обычной школе, а в шестом наши родители сделали спорткласс, куда собрали ребят из разных школ. До девятого класса там учились, а потом спонсор открыл спортивный интернат в Строителе и мы переехали туда, играли за команду «Горняк». После интерната отучился на спорт­факе в БелГУ и вернулся в Оскол, устроился на работу.

— Как впервые встали на ворота?

— Когда я пришёл в «Интер-модуль», два месяца бегал в поле. У нас был всего один вратарь, и тренер периодически просил кого‑то ещё стать. Мне захотелось, говорю: «Можно я попробую?» Встал, начал что‑то подсказывать ребятам, стенку строить, отбивать. Тренер, наверное, обратил на это внимание и предложил стать вратарём. Прихожу домой счастливый, говорю: «Папа, я вратарь!» А он у меня тоже футболист в прошлом, начал отговаривать, мол, зачем оно мне надо, что это за позиция такая, весь побитый буду. А мне так эта тренировка первая понравилась, потом мне тренер начал упражнения отдельные назначать, я сам кувыркался. Вот с того момента и стою на воротах.

— А где сейчас работаете, Денис?

— На ОЭМК, в Старом Осколе. На комбинате 12 тысяч человек. Я работаю в электросталеплавильном цехе ковшевым: готовлю ковши к разливке металла. Это моя основная работа. Ещё играю за местную команду Третьей лиги «Металлург-ОЭМК». Наш комбинат спонсирует этот клуб.

— Что сложнее: работа или футбол?

— Работа. Футбол – это жизнь. Ты приходишь, тренируешься с самого детства, уже привык к таким нагрузкам, а работа на заводе – это стресс, потому что работаешь с горячим металлом, вредный стаж идёт, грязно, пыльно. Опасная работа, в общем.

— Такая работа не мешает футболу?

— Ну деньги же надо как‑то зарабатывать: дети, семья, кредиты. Ребята даже во Второй лиге по 35–40 тысяч получают, живут отдельно от семьи, квартиры снимают. Так лучше я буду жить у себя в городе, играть на уровень пониже и подрабатывать, зато с женой, детьми рядом. Тем более, руководство ОЭМК даёт нам паузы от работы периодически, чтобы мы тренироваться тоже успевали.

Денис Коршиков Денис Коршиков

«Да у тебя рост маленький»

— Денис, вспомните ваш первый чемпионат мира 7 х 7 в 2017 году в Гватемале?

— Мы очень долго туда добирались – 56 часов в дороге. В плане питания тоже были свои приколы. Мы пришли на обед, а нам дают гамбургер и чипсы. Мы такие: «А где суп?» А они вообще не знают, что это такое. В итоге тренеры сборной звонили своим жёнам, чтобы те написали рецепт супа, перевели его на испанский и скинули нам. Мало того, что мы ездили в магазин за курицей, макаронами, овощами, так ещё и стояли над их поварами, всё объясняли. Серьёзные соперники на турнире были – это как раз Гватемала и Коста-Рика. За Гватемалу играли профессионалы. Они в полуфинале обыграли бразильцев 8:1, а у нас с бразильцами в товарищеском 1:1 было. Ну, думаю, что там за профи такие, нам вообще хана будет. Вы­шли с ними в финал, играли от обороны. У нас раз момент – гол забили, снова – опять забили. 4:2 в итоге, мы их сделали, хоть судьи нас и придушивали.

— Когда вы впервые получили награду как лучший вратарь?

— На чемпионате Европы 6 х 6 в 2017 году в Чехии. Мы тогда хозяев поля по пенальти 3:2 обыграли.

— Часто вам приходится из ворот выходить?

— Выхожу, когда играем 6 х 6. Делаем стратегию от вратаря, как и в мини-футболе: выхожу до центра поля, пробиваю или пас к воротам даю. Вот за сборную России я так три мяча забил и шесть-семь голевых передач отдал за всё время. А в формате 7 х 7 так уже не выйдешь – там поле побольше. Если наших напрягают, могу немного подойти, они об меня обстучатся, и всё, сам не лезу.

— Какой турнир для вас стал важной стартовой точкой в карьере?

— Чемпионат Европы 2017 года в Чехии. Первая игра была с турками, но меня не поставили – не знаю, почему. Вратарь отыграл нормально, а вот полевые игроки не очень – проиграли. На вторую игру тренер ставит меня. А нам даже вничью нельзя играть. Было непросто, но из группы вышли. Попадаем на Казахстан – это одна из самых сильных команд, с которыми я играл. Что они творили!.. В первом тайме мы центр поля вообще не могли перейти: казахи маленькие, шустренькие, мяч забрали и бегают, на своём кричат. Во втором тайме они нам всё‑таки забили, но и Медведев с разворота им вкатил гол. По пенальти в итоге их обыграли. Они потом сказали, что наша команда только из‑за вратаря выиграла. В финале сошлись с чехами, а у них мини-футбол считается профессиональным видом – зарплаты, премии, контракты – так что там ребята непростые. Народу собралось – все места на трибунах были заняты. Гул такой стоял, что сам себя не слышал. Я только мяч в руки, они: «У-у-у!» Пас отдаю – снова: «У-у-у!» Хоть у чехов и была такая бешеная поддержка, всё равно мы чемпионами стали. Вот после этих игр подъём
и пошёл.

— После того как вы несколько раз стали лучшим вратарём мира, не было мыслей попробовать себя в большом футболе?

— У меня данные вратаря не для большого футбола. Там ребята ростом выше 190 см, а у меня 178. Многие тренеры смотрят: «Да он маленький!» Была команда «Металлург-Оскол» во втором дивизионе, они взяли меня на просмотр. Неделю потренировались, тренер подходит и говорит: «Да у тебя рост маленький». Нормально, думаю, зачем тогда вообще брали? Думали, что вырасту? Мне уже 22 года было на тот момент. Зачем мозг выносить? Не понравилось что‑то – так и скажите, а то оправдания какие‑то нелепые придумывают.

Денис Коршиков: В Старом Осколе про меня не любят говорить - Изображение

«Люблю провоцировать трибуны»

— Из‑за футбола подолгу дома приходится отсутствовать?

— Да нет. Когда турниры, то дня три. Если со сборной – около 10 дней. Тяжело, конечно. Жену оставляю с двумя детьми. Родители в Белгороде живут. Стараюсь всё в дом по максимуму закупить перед поездками.

— Как проходят сборы национальной команды?

— За месяц звонят, приглашают. У кого‑то получается приехать, у кого‑то нет. В этом году я не ездил. Так получилось, что вратарь старо­оскольской команды сломал палец, а у нас игра – как я их брошу? Позвонил тренеру, объяснил всё. Он, конечно, поругался сначала, но ситуация безвыходная. А вообще, ездим в Москву на три дня: с пятницы по воскресенье, по две тренировки в день, играем товарищеские с московскими командами.

— Денис, в чём принципиальное различие большого футбола и форматов 8 х 8, 7 х 7, 6 х 6?

— Специфика большого футбола в том, что он более медленный. Поэтому и продолжительность матчей разная: в любительском футболе высокие скорости и спортсмены чисто физически не выдержат бегать по 45 минут. Здесь нет и офсайдов. Поле в любительских видах меньше, ворота тоже пониже и поуже.

— Не думали стать тренером?

— Моему старшему сейчас семь. Отвёл его на футбол, он побегал-побегал, потом говорит: «Пап, я хочу вратарём, как ты. У тебя майка красивая». Я подумал: а почему бы и нет? Ведь я сам могу его многому на­учить. Друг в Осколе тренирует детскую команду, я туда своего привёл, занимаюсь с ним и ещё двумя вратарями заодно за чисто символическую плату. Брал 150 рублей, а родители сами мне позвонили, говорят: «Денис Денисович, давайте хотя бы 200 для начала, а то нам стыдно так мало платить». А я не хочу с родителей деньги брать. Дети маленькие пока. Вдруг они побегают полгода и перехотят? Охота, конечно, потренировать детей, даже взрослых, именно команду. Но я, наверное, к этому ещё не пришёл.

— Как известно, игроки большого футбола получают немало. Как с этим обстоят дела в любительском?

— Нам оплачивают только экипировку, как у сборной 11 х 11, перелёты, питание и проживание. Больше ничего не платят. Даже немного обидно: мы столько всего уже выиграли, я уже столько раз становился лучшим на турнирах, а все будто мимо ушей это пропускают. У меня мама даже в администрацию писала. Мол, сын играет за сборную России, добивается наград, а им ничего не выделяют, как тем же боксёрам-любителям, например, которые на Олимпиаде третьи места занимают. Зато у них квартиры, машины и деньги. Так ко мне после этого пришёл человек и сказал, что в следующем году на День физкультурника мне и тренеру премию обещали, тысяч 30. Но нужно за два месяца до этого к ним подойти и напомнить об этом. Ну это нормально? Почему я должен ходить и что‑то выпрашивать?

— В Старом Осколе вас узнают на улицах?

— Там вообще не любят про меня говорить: никто не позвонит, не напишет, только родственники, друзья. Ну выиграл и выиграл, хотя уверен, что следят за матчами. Зато белгородские пацаны при встрече постоянно говорят: «Красавчик, молодец! Мы смотрели, переживали!»

— Реагировали когда‑нибудь остро на трибуны?

— Я, наоборот, люблю провоцировать трибуны, от этого ещё больше сам завожусь. Бывало, конечно, что люди матом такое орут, что поворачиваешься и крутишь у виска, мол, дурак, что ли, совсем, но это редко. Вот на игроков бывало. В Чехии когда были, стоим под трибунами перед матчем с венграми, а они нам: «Русский – курва, русский – курва» – плевались, кричали ещё что‑то. Зато мы им в конце игры показали, кто здесь кто. Ну и в жестах я не ограничивался потом.

— Денис, почему вы выбрали 26 й номер?

— Меня когда в сборную пригласили, на сайте нужно было заявку заполнить: ФИО, рост, вес, размеры одежды и указать номер, за который хочу играть. Решил, что хочу быть первым, но первый номер оказался занят. Выбрал 30-й – тоже занят. Мне тогда 26 лет было, подумал, пусть 26-й тогда будет. Так и осталось.

Фото: Елизавета Кузенкова, Юрий Боград

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×