Справимся вместе. Как семья помогает белгородцу – бойцу СВО адаптироваться к мирной жизни
«Белгородская правда» встретилась с губкинцами Евгением и Дарьей Дмитриевыми, чтобы вместе рассказать историю о том, как нужно двигаться вперёд к новым целям
Нынешние фронтовики, которые защищали интересы России с оружием в руках, возвращаются домой. Адаптация иногда проходит очень сложно, но если рядом семья, то и любые трудности преодолеваются.
Молчать во благо
Эта удивительная пара сидит напротив меня – они держатся за руки, потому что хотят снизить градус напряжения и не дать предательским слезам заблестеть в глазах. Сегодняшнему диалогу предшествует 12 лет совместной жизни, а это два прекрасных сына и большая, крепкая любовь.
«Он лидер, за ним всегда все тянулись. Сильный, волевой и очень добрый. Умеет прощать, отходчивый. Он патриот своей Родины всегда и во всём. Это знают друзья и родные», – рисует словесный портрет мужа Даша.
В 2022 году, когда началась частичная мобилизация и пришла повестка, у него не было сомнений, что он должен быть там, на передовой, хотя до этого в армии не служил, военно-учётной специальности не имел.
5 октября раздался звонок, сказали, чтобы завтра прибыл в военкомат с вещами к 8 утра. Прощаясь с родными, Женя сказал: «Всё будет хорошо».
Прошли два месяца боевой артиллерийской подготовки, потом их отправили в Донецкую Народную Республику.
«Прибыли на место, но у них уже была своя арта. Мы стали пехотой. Выполняли такую задачу: штурмовики прошли вперёд, зачистили, за ними мы зашли, закрепились на участке и должны были удержать его», – рассказывает Евгений.
Он отмечает, что на войне не говорят, страшно там или нет. Однозначно страшно. Всем. Поэтому нужно себя держать в руках и родственникам меньше рассказывать. Это им во благо.
«У меня никогда не было разлуки с семьёй на такое длительное время. Мы созванивались даже по видеосвязи, когда были не на ЛБС. А когда туда уходили, маме не говорили, Даша с отцом знали, но молчали. Был такой момент: мама позвонила, я взял трубку, разговаривали о том о сём. Вдруг начался обстрел. Мама насторожилась: «Что там у тебя?» Я отвечаю: «Парни дурачатся, уничтожают боеприпасы». – «А, ну понятно, ты хоть не голоден?» – «Нет, – говорю, – всё хорошо». Я старался не беспокоить её лишними подробностями», – говорит он.
Иначе и не могло быть
Не хотел расстраивать, потому что очень любил и берёг маму. В школе Женька был подвижным и непоседливым. Считал, что она натерпелась тогда с ним. Ведь он если чем‑то увлекался, то с головой. Сначала футболом, ради которого мог и с уроков сбежать, потом рукопашным боем.
Первого тренера по футболу хорошо помнит и с ребятами из команды общается до сих пор.
«Тренером был дядя Володя, обычный мужик – золотые руки. Вот он собрал на школьном стадионе дворовых пацанов и занимался с нами. Мячи зашивал, надувал. С женой они купили нам 11 футболок тёмно-синего цвета и написали краской на них название команды», – делится воспоминаниями Евгений.
На смену футболу пришёл рукопашный бой, ради него мог дополнительные занятия по английскому языку пропустить. Но мама с отцом были всегда начеку. Перенесли их на другой день, и три раза в неделю Женька отрабатывал выносливость, решительность, жажду к победе, а два вечера постигал азы грамматики и произношения.
Когда после школы поступил в горный техникум, а по его окончании сразу в институт, его студенческими увлечениями стали КВН, волейбол и новый на тот момент модный паркур. Встреча с Дашей перевернула всю жизнь.
«Я тогда приехал от института поработать в детском лагере вожатым. Даша была старшей вожатой. Мы познакомились. Рабочие отношения переросли в симпатию. Вернулись и уже встретились в Губкине. Через год я понял, что не могу без неё жить, и сделал предложение. В сентябре мы поженились. Через год родился Илья», – говорит Евгений.
Даша объясняет, что на этом этапе ярко проявились мужские качества её спутника жизни. Именно тогда она почувствовала надёжное крепкое плечо. Супруг работал, содержал семью, подрабатывал в такси, всю финансовую сторону взял на себя как любящий муж и отец.
«Приходил с ночного такси, брал маленького Илюшу, шёл с ним гулять, чтобы я поспала или что‑то дома сделала. Было очень много моментов, когда он меня сильно поддерживал», – отмечает Дарья.
Тогда она ещё не знала, что через десять лет будет учить его жить заново.
Евгений Дмитриев уверен, что патриотами не рождаются – патриотами становятся. И очень важен пример близких. Для него это отец и дед.
Отец, Валентин Дмитриев, служил в Советской армии в войсках ПВО, по жизни трудяга – водитель грузовых автомобилей на большие и малые расстояния. Всегда старался повышать квалификацию, открыл все категории, получил удостоверение на перевозку опасных грузов и разрешение на управление манипулятором. Никогда на месте не сидел.
В самые трудные годы дальнобойщик за рулём объездил всю Европу.
Дед – фронтовик Фёдор Карабанов – гордость семьи, артиллерист. От Губкина дошёл до Берлина. Был ранен в правую ногу. Награждён орденами и медалями.
В памяти внука осталось: дед не любил рассказывать про Великую Отечественную. Шутливые истории, как артиллерийским многонациональным расчётом в окопе похлёбку хлебали с белорусом, украинцем и узбеком, мог позволить.
А вот остальные подробности никогда. К 9 Мая дочки наглаживали ему брюки и пиджак – он всегда шутил «пижнак», – медали начищал до блеска. Утром гладко выбривался, надевал шляпу и шёл на праздничный митинг. После войны Фёдор Иванович работал почтальоном в Юшково Боброводворского района. Носил пенсии, письма, газеты. Даша добавляет, что там, в Донбассе, 25 марта 2023 года именно дед – его ангел-хранитель – уберёг внука от смерти.
«Прости меня, я 300-й»
Фразу, сказанную изменившимся голосом её мужа с незнакомого телефонного номера, Дарья Дмитриева не забудет никогда.
«Ранен я был утром 25 марта, перед этим посмотрел на часы, они показывали 5 часов. Возвращались на базу с задания. На нас с коптера скинули гранату. Я услышал, пацанов впереди толкнул, они упали под заграждение. Услышал: Каспер (это мой позывной) – 300-й. Сильная боль, кровь, потом пустота, грязь», – вспоминает Евгений.
Это раннее утро стало роковым: никто не брался эвакуировать, одна за одной летали «птички». И вот тут (как не вспомнить ангела-хранителя) в марте спустился густой туман. Женя истекал кровью, нужно было действовать. Боец с позывным Бурят взял на себя ответственность, вызвал машину и поехал за ним. Уже в расположении боец с позывным Ара оказал первую помощь. Всё сложилось один к одному.
В донецкой больнице Каспер попал к хирургу, который доходчиво объяснил, что ногу сохранить не сможет, вопрос стоял в том, сколько оставить – до колена или выше.
«До России не долетишь, крови потерял много, если питать медикаментозно через вену, у тебя почки не выдержат, не будем рисковать», – сказал док.
К этому времени Женя уже 27 часов не спал. Боли не было благодаря тройной дозе обезбола.
«Когда готовили к операции, мне было уже всё равно. Медсестра Настенька дала свой телефон, я набрал Дашу и сказал: «Прости меня, я 300-й». Услышал, как она крикнула: «Что?! Чего?!» Прошептал, что нога, и отключил телефон», – тихим голосом произносит мой собеседник.
После реанимации перевезли в палату. Вокруг лежали такие же тяжелораненые.
«Зашла медсестра, я попросил воды и сигарет. Курить разрешили прямо в палате. Лежу и не понимаю, что мне дальше делать. Я там с жизнью прощался, не хотелось мне ничего. Пришла волонтёр, спросила, что делать с моими вещами. Сказал, что выкинуть. Она мне телефон отдала. И я помню, что сразу Даша позвонила. Сказал, что операция прошла хорошо, разговаривать не хотел. Позвонили ребята, спросили, что нужно. Набрал отца, он не знал, что случилось, поэтому разговор был тяжёлый. Через сутки меня на вертушке отправили в Ростов», – делится Евгений.
А в 10 утра в день прибытия в ростовскую палату зашла Даша.
«Я не помню, как я ехала. Заправки, энергетики, к утру я была в госпитале, – говорит она, – и услышала: «Зачем ты приехала?» И увидела скупые мужнины слёзы. Сначала разрыдалась тоже, потом твёрдо сказала, что мы с тобой много пережили, научимся и так жить».
Не зря в классической литературе воспевается характер русской женщины – с безграничной терпимостью, красотой, добротой, трудолюбием и любовью. Она приняла ситуацию и стала помогать своему Женьке во всём.
«Для меня главное, что его не оставили в поле истекать кровью. Я понимала, что на телефоне не смогу помочь, нужно ехать. Старалась войти в палату с улыбкой, но, когда увидела его слёзы, у самой они полились градом. Чуть погодя он уже начал улыбаться и разговаривать с мальчишками, я стала его мыть, кормить, и он ожил», – рассказывает она.
Успеть, спланировать, выполнить
Евгения Дмитриева выписали из госпиталя 17 июня 2024 года. Дали 60 суток отпуска по ранению. В ноябре пришёл протез, и началась долгая реабилитация в Питере.
Самым сложным, по его словам, был процесс формирования культи под протез. Нужно было научиться бинтовать, формировать повязку. Оба – и Женя, и Даша – осилили медицинские премудрости. В этот период узнал, что представлен к ордену Мужества.
Когда вернулся в Губкин, фонд «Защитники Отечества» пригласил для выступления перед школьниками на уроках мужества, затем на военно-патриотических мероприятиях в центре «Воин». Увлечение волейболом в студенческие годы дало свой результат. В белгородском Центре адаптивного спорта «Вершина» стал капитаном областной сборной команды по волейболу сидя.
В феврале 2025 года получил спортивный протез, благодаря которому участвовал в межрегиональных соревнованиях «Кубок защитников Отечества» в Калуге.
В мае на семейном совете решили, что Женя должен пойти на работу, обратились к директору по социальным вопросам Лебединского ГОКа Владимиру Евдокимову. Евгений оказался первым ветераном, который вернулся с СВО на прежнюю работу. Ранее был мастером, начальником участка.
«Женя – наш человек, конечно, пусть приходит. Единственно, решим сейчас все юридические формальности. Нужен лёгкий труд, пятидневка, никаких ночных смен», – сказал руководитель.
А через две недели позвонили и пригласили на должность диспетчера. Рабочая неделя сокращённая, поэтому и Дарье помогает, отвозит детей в сад и школу, а вечером – на тренировку. Для этого приобрели автомобиль с автоматической коробкой передач. Евгений за рулём чувствует себя мобильной личностью, успевает везде.
Недавно его избрали заместителем председателя губкинской общественной организации участников СВО и ветеранов боевых действий «Сталь». На вопрос, какой его личный вклад в деятельность организации, отвечает:
«Когда ребята возвращаются оттуда, им нужна помощь. Я знаю, как устроиться на работу, какие документы нужно собрать. Делюсь с ними информацией. Иногда обращаются, чтобы помощь семье оказать. Недавно помогали ветки с участка вывозить бывшему бойцу, восемь человек добровольцев собрали и сделали доброе дело».
К праздникам появлялись посильные для него дела: то видеопоздравление для экранов в городе записать нужно, то организовать ребят – участников СВО для театральных действий в городских постановках. И это нужная работа.
Евгений решил попробовать себя и в управленческих задачах. Подал заявку, прошёл тестирование на президентский кадровый конкурс «Сталь» в Белгородской области. Сейчас идёт отборочный этап. Если всё получится, как задумал, то с 1 августа начнётся двухнедельная учёба в Белгородском госуниверситете.
Наш разговор завершается, и старший сын Дмитриевых, Илья, говорит:
«Очень хочу быть похожим на папу. Он мужественный, вообще ничего не боится. Что ты его попросишь, он сделает за две секунды. Он удивляет меня своими поступками, отношением к маме. Например, на мамин день рождения он заезжает за цветами и подарками, несмотря на то что подарок дома уже есть. Любит сюрпризы делать всякие и всем. Такой характер».
Елена Ховхун
