Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
28 сентября 2019,  17:43

Анатолий Богданов: Все думали, что белгородский «Салют» – богатая команда

Журнал «Спортивная смена» продолжает цикл интервью с бывшими игроками футбольного клуба «Салют»

Анатолий Богданов: Все думали, что белгородский «Салют» – богатая командаАнатолий БогдановФото: Александр Куликов
  • Статья

Анатолий Богданов играл за белгородцев в конце 1960-х и почти все 1970-е. За «Салют» он провёл более 200 игр, а позже стал начальником команды и 18 лет возглавлял Федерацию футбола Белгородской области.

«Сантос» с Нагорной

— Анатолий Владимирович, как футбол развивался в Белгороде полвека назад?

— Я помню себя в футболе с десяти лет. Дворовых команд не было, потому что дворов не было как таковых, поэтому играли уличными командами прямо на проезжей части. Спортивных школ тоже не было, у белгородского «Спартака» (так до 1969 года называлась белгородская команда мастеров – прим. ред.) была группа подготовки, в которую брали с 14–15 лет. У нас было первенство улиц, нашу команду собрал журналист Николай Горбачёв. Играли на центральном стадионе. И вот после одного из турниров меня в группу подготовки пригласил Сергей Аулов, а потом я перешёл к Николаю Башмакову. Он работал на «Соколе» и во внерабочее время нас тренировал. С ним мы участвовали в первенстве СССР. 

— Как потом попали в старший состав?

— Был отбор – тренеры команды мастеров приходили на уличные соревнования и приглашали ребят к себе, буквально с улицы. У нас был ещё Виталий Брысин (бывший редактор газеты «Спортивная смена», выходившей в Белгороде с 2013 года и ставшей прародителем нашего спортивного журнала – прим. ред.), он был тренером именно уличной команды. Собирал ребят и сам тренировался. Потом мы из разных команд попадали в группу подготовку. Тренеры старались сохранить и развить наши индивидуальные качества, сейчас такого нет.

— С инвентарём проблем в те годы не было?

— Мячи мы покупали резиновые с пупырышками. Стоили такие дёшево, когда ударишь – больно, красный след остаётся. А на первенство улиц складывались и покупали шнуровочный, резиновыми только тренировались. Если в шнуровку попадёшь ногой или головой, то рубец остаётся. В школу нам родители давали по 15 копеек на обеды, два дня не пообедаешь – вот уже 30 копеек на свой взнос на мяч есть.

— Как называлась ваша команда?

— У нас на улице Нагорной команда «Сантос» была, в честь Пеле. Купили белые футболки, сделали трафареты, взяли краски и вечером штамповали эти футболки. Надели их и ходили счастливые. Кеды нам купили родители. А мы сдавали металлолом, макулатуру. На улице Народной раньше стояли чугунные оградки, так мы и их сдавали и сразу покупали мячи. У меня семья была не очень спортивная, телевизоров не было. Поэтому футбол ко мне пришёл с улицы. Родители и не знали, где мы пропадаем: утром ушёл, вечером пришёл. Ездили в пионерлагеря играть. Тот же Брысин заводилой был. Он старше нас на четыре года, мы все в рот ему смотрели, когда он нас тренировал.

 

Анатолий Богданов (справа на переднем плане) в матче против курского «Авангарда», начало 1970-х Анатолий Богданов (справа на переднем плане) в матче против курского «Авангарда», начало 1970-х / Фото: архив Анатолия Богданова

 

— Рассказывают, что в СССР даже на юношеские матчи приходили толпы болельщиков.

— Очень много людей ходило. Это был для нас большой стимул, ведь мы были интересны болельщикам. Полный стадион ходил на нас, юношей, которым по 15–16 лет.

— Вы же на поле видели и Эдуарда Стрельцова.

— Стадион был забит: на Стрельцова все смотрели, чуть не подавили друг друга. Когда его объявили, стадион взорвался. Он забил нашему Волчанскому, царство небесное. Это приезжала заводская команда ЗиЛа на товарищеский матч. Были ещё и другие торпедовские ветераны.

— Когда вы попали во взрослый «Спартак»?

— До команды мастеров из нас добралось четыре человека, я был капитаном. Во взрослую команду взяли в конце 1967 года. Меня пригласил тренер Пётр Ступаков, на последние осенние матчи поехали на выезд – Гродно, Витебск, Могилёв. Дебютировал в Витебске, выйдя на замену. Много людей было на стадионе: тогда в любом городе толпы людей на футбол ходили. Конечно, волновался. А потом уже в Белгороде меня выпустил, и я так переволновался, что голова закружилась. С тех пор остался в команде. В 1968-м мы завоевали бронзу на финальном турнире класса Б в Пятигорске, и я, вместе с командой, в 18 лет стал мастером спорта.

— В команде тогда играли местные ребята?

— Почти все, поэтому и болели за нас всем стадионом. Команды были дружными. Люди менялись, но дружба сохранялась. Приезжих было один-два человека. Все в основном приходили из группы подготовки. Зарплату в ней не платили, только кормили. Тогда понятия «дубль» не было. Тем более в классе Б, который считался третьим эшелоном советского футбола.

— Сколько тогда получали футболисты?

— Зарплата в команде мастеров делилась на три категории. Первая – 160 рублей, вторая – 140, третья – 110. Премиальных не было, только если директор завода «Энергомаш» Борис Николаевич Чефранов за отдельные важные матчи начислял по 40 рублей премии. Мы все числились на «Энергомаше». В трудовой книжке была запись «Футболист такой‑то категории». Тренеры могли переводить из категории в категорию. По тем временам это была зарплата слесаря на заводе.

— От чего зависела категория?

— Если ты играешь в основе, то первая. Было определённое количество ставок. Плюс 10 рублей доплачивали за мастеров спорта. То есть у меня получалось 170 рублей. За 10 рублей в то время можно было прожить нормально день-два, суточные были 2 рубля 50 копеек.

 

Анатолий Богданов: Все думали, что белгородский «Салют» – богатая команда - Изображение Фото: архив Анатолия Богданова

«Покатались по всему Союзу»

— И как вам первая лига?

— Тогда она называлась классом А. Было очень интересно: команды другого уровня, новые города – Орджоникидзе, Ярославль, Горький, Воронеж, Краснодар, Ленинград, Ростов. И плотность в таблице была такая, что непонятно, кто на каком месте закончит. В Воронеже тренер Александр Рогов прикрепил меня играть с Проскуриным – он тогда был фигура, лучший бомбардир Ростова. Позже мы встречались, когда я был президентом Федерации футбола Белгородской области, а он работал в Воронежской федерации. Вспоминал, что я тогда к нему приклеился и мешал всё время. В классе А был совсем другой уровень футбола и футболисты с иным менталитетом. Но пошла реорганизации лиги, и мы вылетели.

— Наверное, вы много где успели побывать.

— Помню, в Нахичевань приехали – там горы высоченные, кусочек неба только виден. Юг весь посмотрели, на восток до Магнитогорска добирались, всю Прибалтику и Белоруссию объездили на автобусе. На пазике сначала катались, а уже в 1970-х завод купил автобус «Турист» и нам его передал. Сидишь, ноги на поручни закинул – и едешь сутки. В пути тренировались. В речке обмылись и поехали дальше, на комфорт никто внимания не обращал, мы и не знали, что может быть по‑другому.

— А на самолётах на выездные матчи летали?

— Летали! На кукурузнике. В Ставрополь летели двумя Ан-2. Летели так, что всех затошнило, сидений нет, вдоль бортов лавки, лётчиков просили в поле остановиться. В Ростове вышли, походили по аэропорту, полетели дальше. А в 1990-е, когда президентом куба стал Николай Сотников, он договорился с аэропортом, и мы уже всюду на Як-40 летали. Все думали, что у нас денег полно, а у нас только самолёт и был.

— Предсезонные сборы долгими были?

— В конце осени у нас был отпуск. После него в зале приходили в себя, потом уезжали в санаторий «Красиво» и ходили там неделю на лыжах, дыхалку разрабатывали. В феврале уезжали на базу в Андреевку, в Крым, – там был заводской пансионат. Ездили играть по соседним городам, а потом в Андреевке построили стадион, и уже мы стали приглашать команды к себе. Домой возвращались к 8 Марта. Бывало, что после вторых сборов выезжали играть на Кубок – Новороссийск, Сухуми, а Адлере играли с раменским «Сатурном». Помню матч с сухумским «Динамо» – выиграли 1:0. Весна, юг… Хорошо мы там жили!

— По рассказам старожилов, на юге всегда были проблемы с судейством.

— В Кировокане в 1971 году судья напрямую сказал: вы что – выигрывать сюда приехали? Всё время свистел не в нашу пользу, а зрители угрожали ему, когда он фиксировал нарушение правил у хозяев. Не помню, как закончили, по‑моему, мы проиграли. В Грозном интересная была ситуация. После первой войны нас встречали бородачи с автоматами, охраняли. А перед этим там взорвали президента республики. Тревожно было, люди на стадионе находились с оружием. Нам объяснили, что там это нормально. Проиграли и улетели домой.

— В те годы уже было соперничество белгородцев с курянами?

— Эти встречи называли международными играми. Противостояние было на уровне руководителей областей и городов. В Курск автобусы выезжали с нашими болельщиками, они дрались там. Но на поле мы друг друга уважали, хотя спортивная злость была и иногда она перехлёстывала. Матчи проходили с переменным успехом. Игры были очень накалёнными. Позже стали встречаться ветеранскими командами.

 

Матч ветеранов «Салюта» против сборной белгородской прессы к 80-летию первого тренера группы подготовки команды «Спартак», 2005 год Матч ветеранов «Салюта» против сборной белгородской прессы к 80-летию первого тренера группы подготовки команды «Спартак», 2005 год / Фото: архив Анатолия Богданова

По семейным обстоятельствам

— Почему вы в 28 лет завершили карьеру? Ещё можно было играть и играть!

— У меня второй ребёнок родился, надо было улучшать жилищные условия. В 1978 году пошёл на витаминный комбинат к директору и тренеру, предложил играть за них – в «Салюте» мне ничего не обещали. Получил трёхкомнатную квартиру и играл на область десять лет за витаминный. В 1989 году меня пригласили в «Салют», тогда Леонид Дроздов был президентом клуба, а Виктор Прохоров – главным тренером. В 1991-м меня избран президентом Федерации футбола области, которую я возглавлял до 2009 года, а после ещё до 2014-го был вице-президентом. Потом ушёл на пенсию.

— Как вам нынешний «Салют»?

— Футбол – это немалые деньги. Если Белгород готов играть только во Второй лиге, то не надо его за уши тянуть в ФНЛ. Для этого нужны деньги на приобретение игроков – местные полностью не потянут первый дивизион. И нужно прорабатывать систему развития клуба.

— Как в 1990-е вам удалось сохранили футбол в регионе?

— Было трудно. Стадионы превратились в рынки, денег у команд не было, но с чемпионата они почти не снимались. Функционировали команды при заводах. Народ у нас любит футбол, даже в то трудное время, когда все в первую очередь думали о том, как прокормить семьи, приходил на стадион. В районах команды оставались. Это заслуга руководителей, которые не давали закрывать клубы и поддерживали футбол на местах. И юноши играли, а ведь чтобы выехать на игру, надо оббить много порогов – бензина же не было.

— С бронзы 1971 года до чемпионства 1993 года у «Салюта» не было медалей. С чем связан этот провал?

— Нельзя назвать это провалом. Мы стали крепким середняком. В 1973-м в Кубке РСФСР для команд Второй лиги мы дошли до полуфинала. С Псковом играли, повели в счёте, но проиграли 1:2. Думали, что слабая команда, не настроились и получили. А в финале выходили на «Вулкан» из Петропавловска-Камчатского, который и взял Кубок.

 

Анатолий Богданов: Все думали, что белгородский «Салют» – богатая команда - Изображение Фото: Александр Куликов

 

— В 1990-е вы были начальником команды. Что входило в ваши обязанности?

— Вёл переговоры с клубами и игроками, рекомендовал президенту кого смотреть, документация вся на мне была, подписание контрактов. Например, срочно оказался нужен нам вратарь. Захотели Алишера Ахмедова из Узбекистана. Узнали, что родственники его жены из Корочи, вышли на него, позвали на просмотр. Он оказался хорошим голкипером. Для приезжих я снимал квартиры, устраивал быт, в тренерскую работу не лез. Денег у нас было в обрез, поэтому золотых гор мы никому не обещали.

— Сколько тогда получали футболисты?

— Переходы зависели от тренера, договаривались по цене. Переманить кого‑то было невозможно, ведь зарплата была 15 тыс. рублей плюс премиальные. В конце сезона бывали бонусы. Премиальные начисляли, например, за ничью на выезде с командой из первой тройки.

— Вы в «Салюте» и главным тренером успели побывать.

— Было и такое. Тренером был Александр Крюков, президентом – Сотников. Крюкова уволили, а меня назначили исполняющим обязанности главного тренера. В то время денег даже на поездки не было. Обращались к мэру Белгорода Георгию Голикову, тот помогал. В 1994–95-м Сотников звонил на заводы и просил сахара прислать, чтобы мы его продали тут. На бензин денег не было, но летали самолётом. Сотников – хороший организатор.

— Когда вы играли за «Салют», вам поступали предложения от других клубов?

— В 1971 году в донецкий «Шахтёр» звали, Сергей Попов играл в Донецке. Он во время игры в Тбилиси получил травму и стал перемещаться в инвалидной коляске. В 1990 году с тренером «Шахтёра» договорились о благотворительном матче в Белгороде. Весь доход от него пошёл Попову. Приехал основной состав – молодые Виктор Онопко и Андрей Канчельскис. Отправили Попова в Воронеж на операцию. Он даже потихоньку начал ходить, держась за коляску. А потом его состояние резко ухудшилось, и он умер. Года три пожил после операции. Игрок сборной РСФСР, центральный защитник, воспитанник белгородского футбола.

— Чего не хватает футболу сейчас?

— Общения с болельщиками. Раньше встречи с болельщиками три раза в сезон проходили – и люди проходили, задавали вопросы. А сейчас… Не все же могут в Интернете спрашивать и быть в курсе дел в команде.

Беседовал Александр Куликов

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×