Бабушка доброй воли. Долгожительница из Яковлевского округа вяжет носки солдатам
«Белгородская правда» навестила Агафью Голубкову
Небольшая квартира в центре Строителя Яковлевского округа. Здесь вместе с дочерью живёт Агафья Семёновна – сухонькая, маленькая, но такая улыбчивая женщина. Тепло от её морщинок разливается по всей комнате, а от ярких шерстяных ниток, из которых она вяжет носки для солдат, веет материнской любовью.
Под гул швейных машин
Её маленькие потемневшие и морщинистые руки двигаются легко и уверенно, перебрасывая петельку за петелькой.
Приятно смотреть, как яркий клубок легко разматывается и приобретает форму сапожка – будущего носка, который согреет озябшие ноги танкиста или сапёра в белгородском приграничье. И, несмотря на вековой возраст, у бабушки Агафьи получается всё красиво и легко.
А может, ярко-полосатым носкам будут рады военнослужащие на Харьковском или Кураховском направлении, ведь готовые изделия её дочь Людмила Григорьевна относит в модельную библиотеку-филиал № 7. Здесь представители Межрегионального волонтёрского движения «Стерильность – фронту!» собирают всевозможную гуманитарную помощь.
«Я состояла в Совете ветеранов и как‑то спросила, каким образом мы с мамой можем помогать фронту. Меня отправили в нашу местную библиотеку. Сначала сама стала вязать, а потом мама мне говорит: «А что я буду сидеть, давай и мне», – объясняет дочь волонтёра.
И добавляет, что готовые носки мама ещё и стирает:
«Они же мягче становятся после стирки, и ребятам в них будет только теплее».
Сотрудники модельной библиотеки и активисты клуба «Золотой возраст» ежедневно приходят сюда и под гул швейных машин работают для наших бойцов:
«Здесь шьют повязки «Свой-чужой», индивидуальные перевязочные пакеты. Кроме того, собирают книги советских и российских авторов для школ и детских садов Мариуполя».
Трудовая армия
Агафья Семёновна родилась в 1924 году в деревне Куломзино Омской области.
«Этой деревни уже нет. Крайний раз мы туда приезжали, когда маме исполнилось 95 лет: ни деревни, ни дорог, осталось только действующее кладбище, за которым продолжают ухаживать», – рассказывает Людмила Григорьевна.
День рождения Агафьи Семёновны – первого января; наверное, это и придаёт ей энергии. Каждый год она начинает с новыми силами. Закалила её жизнь и климатом Сибири, где она пережила неоднозначное время советской истории: строительство новой страны, коллективизацию, индустриализацию. Великая Отечественная война застала её 17-летней девчонкой, но она до сих пор помнит те дни:
«Мой отец Семён Семёнович был председателем колхоза, мама Марина Ивановна – простая крестьянка. В нашей семье подрастало восемь детей. Работы всегда было много, и дети по очереди трудились и в колхозе, и дома».
Агафья Семёновна была третьим ребёнком и пережила всех – ни братьев, ни сестёр сегодня уже нет. Когда отец ушёл на войну, она сильно за него переживала. И не зря: отец так и не вернулся – погиб, освобождая Польшу. Был похоронен в братской могиле в селе Ляски Варшавского воеводства.
«Мы и раньше не могли там побывать. Туда ездила только моя сестра Наталья, которая жила в Германии. А теперь и вовсе никак не проведать могилку отца», – сетует бабушка.
Окончив до войны семилетку, она пришла в колхоз работать учётчицей, где ей предложили стать бригадиром. Отказалась. В отместку за это председатель прислал ей повестку, и в тяжёлую зиму 1942 года её вместе с другими девушками отправили в трудовую армию, где наравне со взрослыми женщинами Агафья Семёновна кидала лопатой замёрзшие куски угля и валила деревья при любой погоде.
«В нашей бригаде было 20 человек – все девушки. Я до сих пор помню угольные склады Омска, Исилькуля и сибирские лесозаготовки в Ишиме, куда нас на несколько недель отправили валить деревья. Мы ходили в тяжеленных валенках, насквозь промокших от ледяной воды», – вспоминает она.
Жили в вагончиках, грелись от печки, где и сушили валенки, которые не успевали просохнуть от постоянного нахождения в воде:
«В Омске хороший чернозём, поэтому картошки всегда сажали много. Мама отправляла мне её в сушёном виде, нарезанную на ломти. Из них мы варили картофельный суп».
На работе девушкам выдавали скудные пайки: хлеб да крупу.
«Но мы никогда не унывали, в свободную минутку пели и плясали под гармошку. Молодые были, сильные и крепкие, верили в наше светлое советское будущее», – говорит бабушка.
Война закончилась, и в 1946 году она стала трудиться стрелочницей на железной дороге.
«Проработала больше десяти лет на путях, а общий железнодорожный стаж у мамы – 37 лет», – отмечает Людмила Григорьевна.
Фаянсовая – Рославль – Белгород
В 1953 году в Омске Агафья Семёновна вышла замуж за Григория Потапова, тоже железнодорожника – машиниста дизель-поезда и тепловоза. Затем они переехали на узловую станцию Фаянсовая под Кировом Калужской области поближе к родителям мужа, а после – в Рославль Смоленской области.
«Папа мой работал не только машинистом, он также был инструктором и обучал всех, передавая свой опыт, а также был депутатом городского совета», – рассказывает Людмила Григорьевна.
Когда родилась старшая дочь, Агафья Семёновна по настоянию мужа уволилась из депо. Через четыре года на свет появился сын Александр.
«Муж мне говорил: «Сиди дома с детьми, ещё успеешь наработаться». Будто предвидел свою судьбу», – вспоминает Агафья Семёновна.
В 1967 году Григорий Потапов насмерть разбился на мотоцикле. Семья в это время стояла в очереди на отдельную квартиру.
«Отец погиб 30 июля, а квартиру мы должны были получить к ноябрьским праздникам. Жили до этого двумя семьями в коммуналке: мы вчетвером и ещё одна семья из трёх человек. Квартиру нам давать не хотели, так как мама не работала, и она, считай, выплакала это жильё», – говорит Людмила Григорьевна.
Агафья Семёновна осталась одна с двумя несовершеннолетними детьми на руках и вышла на работу. Сначала была уборщицей в доме паровозных бригад, затем, подучившись, трудилась главным кондуктором дизель-поездов.
«Спереди в поезде ехали машинист и помощник машиниста, а мама находилась в задней
кабине. В её обязанности входило следить за показаниями приборов, она подавала сигналы стрелочницам, смотрела за сигнальными огнями на последних вагонах, чтобы не было крушения, собирала с пассажиров билеты, а после поездок ещё и убирала вагоны».
В 1973 году Агафья Семёновна второй раз вышла замуж.
Не можем сидеть на месте
В 1989 году Людмила Григорьевна переехала в Белгород, а в 1999-м забрала маму к себе:
«Летом мы ездим на дачу, мама любит возиться в саду и на огороде».
А весной, осенью и зимой, особенно в солнечные дни, Агафья Семёновна садится у кухонного окна и вяжет носки для участников СВО.
«Мы не можем просто сидеть на месте, поэтому и затеяли вязание: у нас есть свободное время, а у ребят сейчас особенно сложный период: холодно, кругом сырость и слякоть. Именно сегодня наши носки будут им очень нужны», – считает Людмила Григорьевна.
Агафья Голубкова до сих пор помнит невероятно сложные военные и послевоенные годы:
«Я пережила многое и понимаю, что нашим ребятам очень нелегко. Тяжело было и во время Великой Отечественной, и сейчас. Но испытания делают нас только сильнее».
10 декабря 2024 года труженицу тыла Агафью Голубкову наградили почётным знаком «Доброволец Белгородчины». Этот знак вручают волонтёрам и организациям, которые вносят значительный вклад в добровольческое движение региона.
Агафья Семёновна вкладывает тепло своей души в каждый носок для солдат. Сейчас женщины занимаются очередным заказом, который поступил из госпиталя – вяжут протезные носки без пятки.
1 января 2025 года Агафья Семёновна встретила свой 101-й год рождения.
«Раньше мы как‑то не особо отмечали, а сейчас каждый мамин день рождения празднуем. Вязание помогает ей быть активной, даже если она остаётся дома одна, то всё равно занята делом. Волонтёрство поддерживает её. Надеюсь, поддержит и меня», – говорит Людмила Григорьевна.
Низкий поклон этим маленьким и сильным женщинам.
Елена Ржевская
