Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
07 февраля 2019,  18:30

«Вы к нам весной приезжайте!» Как живут люди на малых хуторах Волчий и Становое

Корреспонденты «Белгородской правды» рассказывают о тех, кого не пугает деревенская глубинка

«Вы к нам весной приезжайте!» Как живут люди на малых хуторах Волчий и СтановоеХутор СтановоеФото: Виктория Гринченко
  • Статья

В июне 2018-го региональное правительство утвердило перечень 425 малонаселённых пунктов Белгородской области, в которых земельные участки в собственность можно получить бесплатно. Есть в списке и эти два вейделевских хутора.

Суровое название

От Белгорода до Вейделевки – 180 км. Проезжаем ещё 25 км на юго-восток до села Солонцы – именно в здешнем поселении находятся Волчий и Становое.

Вместе с главой администрации Солонцинского поселения Валентиной Сусловой едем в Волчий – 7 км по подмёрзшей грунтовке мимо полей и перелесков. Права Валентина Петровна: без провожатого мы, городские гости, вмиг заблудились бы.

«Вы к нам весной и летом приезжайте – места у нас, знаете, какие красивые! – приглашает глава поселения. – Особенно когда подснежники, дикие тюльпаны цветут, воронец…»

Представить заснеженные поля цветущими трудно, но всё же местность впечатляет – прежде всего простором.

Среди этого простора, на краю области и России – дальше уже Украина, живёт хутор с суровым названием Волчий. На единственной Центральной улице обосновались три двора – три фермерских хозяйства.

Сразу после «бурсы»

Хозяев двух домов нам застать не удалось. У третьего дома нас встретил фермер Сергей Лагутин с дочерью Алёной и в сопровождении четвероногих охранников – собак.

— Давно живёте здесь? – начинаем, поздоровавшись, беседу.

— Лет 35, как бурсу окончил, – добродушно улыбается Сергей Васильевич. Бурсой он в шутку назвал профтехучилище. – Дворов восемь здесь тогда было. Две бабушки жили – засобирались переезжать в Солонцы, стали хату продавать. Хатка маленькая, а они торговались! Сначала сказали 250 рублей, потом 300, а потом: «Давай 400 до круглой бумажки!» А что, на эти деньги тогда можно было два ящика вина купить», – смеётся хозяин.

Родом Лагутин из здешних краёв, в Вейделевке выучился на тракториста. Купив дом в Волчьем, начал обживаться, хозяйство расширять. Одно время Лагутин трудился у соседа, фермера Василия Краснопёрова, а потом отделился, сам стал хозяйствовать. При этом обошёлся без кредитов. Работников не нанимает, управляются с женой Ольгой сами, да Алёнка помогает.

Молоко сдают в райцентр в кооператив, который компенсирует расходы на доставку – 4 тыс. рублей в месяц:

«Маловато, конечно, – лукаво щурится Сергей Лагутин. – Ну да раньше‑то вообще за свои возил!»

 

В Солонцы – по три раза на день

Алёна учится в 8-м классе Солонцинской средней школы.

«Как пришла пора дочке в 1-й класс идти, учителя в школе запереживали: мол, это ж приедет с хутора девочка, забитая, как мы с ней будем? А она как дала им дрозда: и поёт, и танцует!» – не нарадуется Сергей Васильевич на дочь.

Алёна не только в концертах участвует и в хозяйстве помощница, но и верховой езде с малых лет обучена.

Пока мы расспрашиваем Лагутина о численности хозяйства, четвероногие охранники Бой и Лёля забывают о своих обязанностях и начинают ластиться.

— Дровами топите? – спрашиваем, заметив дымок над печной трубой. Ради трёх дворов газ тянуть сюда – золотым окажется.

— Я провёл, было, паровое отопление, батареи, котёл – а он электричества наматывает на 14 тыс. рублей в месяц! – отвечает Лагутин. – Сначала обещали скидку за свет, а потом забыли. А печку затопишь – сразу дух тёплый, живой в доме.

— Не скучно вам на хуторе жить? – задаю я глупый, в сущности, вопрос: какая скука с таким хозяйством!

— Привыкли уже, – говорит Сергей Васильевич. – К тому ж я в Солонцах по три раза на день бываю, бензин катаю: Алёнку в школу отвезти и из школы, а вечером ещё в клуб ей надо, к подружкам.

Батька Махно смотрит в окно

О том, каким большим был хутор Волчий, сегодня напоминает, пожалуй, только местное кладбище. Администрация Солонцинского поселения ухаживает за погостом, проводит здесь субботники.

А ведь всего сто лет назад на хуторе было около сотни дворов. И девять ветряных мельниц! Местность лесистая, стало быть, водилось немало зверья, в том числе и волков, которые, вероятно, и дали название хутору ещё в конце XVIII века. Поредели с той поры леса, какие уж тут волки!

После Октябрьской революции 1917 года здесь некоторое время стоял со своим штабом Нестор Махно.

На заре советской власти хутор разрастался, здесь образовалось самое крупное в округе товарищество по совместной обработке земли. Работали школа, медпункт, ясли. Почти 600 жителей числилось на хуторе в конце 1920-х, до раскулачивания.

В 1941-м из Волчьего 114 человек ушли на фронт. В 1943-м, когда прогнали отсюда фрицев, образовался Волчанский сельсовет, действовавший до 1955 года. После войны население хутора – чуть больше 230 человек, 63 двора.

А в 1960-х судьбу Волчьего советское правительство решило одним росчерком пера: он был признан неперспективным… Стали люди уезжать – в Солонцы, на Украину – в соседний, Троицкий район. Но сегодня вопреки всему хутор Волчий продолжает жить благодаря Лагутину и его соседям – таким же крестьянам, какими были их предки.

 

Дым над трубой

Попадал ли официально в список неперспективных соседний хутор Становое, доподлинно неизвестно. О нём вообще маловато информации сохранилось. Может быть, когда‑то стояло в этих местах войско, и от слова «стан» образовалось название. Сейчас можно только гадать. В 1946-м на хуторе проживало чуть больше 170 человек.

Было время – работали здесь школа, магазин, детский сад, ферма. Хотела местная власть ввести Становое улицей в состав Солонцов – между ними всего около 2 км, но что‑то не сложилось. 1990-е под корень подрубили Становое, в 2006-м выехали отсюда последние жители. Наверное, так и бросили бы свою хату, да нашёлся покупатель – Сергей Граб, который занимается здесь подсобным хозяйством.

Дом фермера – в низине, спускаемся под горку по грунтовке. Улица называется так же, как и в Волчьем, – Центральная. Над крышей дома, чуть выше телевизионной тарелки, струится дымком печная труба.

Не могу без дела!

Сергей Граб – местный, солонцинский. Разговаривать попусту не привык, забот много: строит сарай для телят. Наша беседа с Сергеем Николаевичем – всего несколько фраз:

«В Солонцах у меня было три коровы, – поясняет Граб. – Потом тут купил дом, стал хозяйство разводить. Дом разрушенный был, вокруг всё заросшее бурьяном да тёрном. Начал порядок наводить, но до ума не довёл ещё».

От работы он не бегает. Когда развалился местный колхоз, чтобы выжить, нанимался пасти коров за 50 рублей. Сколько труда нужно было вложить, чтобы подняться до нынешнего хозяйства, один только он и знает.

«Не могу я без дела сидеть», – коротко поясняет Сергей Николаевич.

Помощниками ему – отец да сын, который учится в Вейделевском агротехнологическом техникуме имени Владимира Грязнова.

Во дворе – свой колодец: очень вкусная вода, замечает хозяин. Сотовая связь здесь, как и в Волчьем, «Билайн» – вышка в Солонцах стоит. Других операторов вытесняет Украина, включается роуминг. До соседнего государства километра полтора.

— Не сказывается близость границы? – спрашиваю я.

— А как она мне может сказаться? – в свою очередь спрашивает хозяин.

Несколько лет назад на средства гранта областного фонда поддержки малого предпринимательства Сергей Граб купил коров и пресс для заготовки сена. Сейчас подумывает расширять хозяйство, вот и местный пруд взял бы в аренду. Мечтает благоустроить его, привести в порядок.

 

Письма из Тайшета

В судьбе заведующей Солонцинской модельной библиотекой Галины Калмыковой переплелись и Становое, и Волчий. В Становом она жила в 1987 году – тогда на хуторе было с десяток дворов. Потом перебралась в Солонцы, работала сначала в детском саду.

В 2004 году в библиотеку с пометкой: «Волчанский загс. Ищу родных» пришло письмо из Тайшета от Нины Богдановой (в девичестве Резниченко). Родилась она в Волчьем в 1938-м, и, когда отец Михаил Яковлевич Резниченко погиб на фронте, а мама Александра Дмитриевна серьёзно заболела, её вместе с сестрой и двумя братьями определили в Викторопольский детский дом. С какой благодарностью писала Нина Богданова о воспитателях детдома! Спустя много лет вспоминала, как детдомовских ребятишек возили в гости к Вере Ефимовне Ватутиной, матери прославленного генерала, которая накормила их вкусным супом-затиркой.

Так случилось, что Нина Михайловна потеряла связь с братьями, поэтому написала в Волчье в надежде отыскать какую‑нибудь ниточку, ведущую к родным… Больше десяти лет Галина Калмыкова вела переписку с Ниной Богдановой и её дочерью Марией. Рукописные письма с почтовыми штемпелями теперь тоже частичка истории хутора, чью судьбу перелопатило время.

А два года назад в Вейделевский район из подмосковного Серпухова приезжали родственники Нины Богдановой. Почтили память своего героя войны – Михаила Резниченко, чьё имя увековечил мемориал в центре Солонцов.

История с продолжением

Рядом с мемориалом – скульптурная композиция в виде сердца, на которое влюблённые пары, сыгравшие свадьбу в Солонцах, в знак верности вешают замочки.

«Знаете, молодёжь всё‑таки возвращается в село, – говорит Валентина Суслова. – Устанут от городской суеты и едут обратно».

Сейчас в Солонцах чуть больше 900 жителей. Работа есть – в соседних крупных хозяйствах. В местной средней школе – 42 ученика, 17 дошколят в детском саду. Есть магазин, ДК, работает новенький ФАП.

В Вейделевском районе бережно относятся к истории родного края. В 2014 году местные энтузиасты при поддержке районной администрации издали книгу краеведческих очерков «Летопись населённых пунктов Вейделевского района». В этом издании мы нашли сведения о Волчьем и Становом. Какие строки впишет в историю малых хуторов наш век? А пока они ждут людей, готовых жить и трудиться на земле.

 

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×