Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
10 сентября 2020,  16:32
 552

«Каждый счастлив по‑своему». Секреты успеха алексеевских фермеров

Рассказываем о сельской молодёжи, которая занимается агробизнесом

«Каждый счастлив по‑своему». Секреты успеха алексеевских фермеровФото: Павел Колядин
  • Статья

Каждому из героев журналисты «Белгородской правды» задают три вопроса: почему они не уехали из села, каким видят своё семейное дело через 20 лет и что им снится в летнюю ночь, когда один день год кормит?

Хорошо там, где мы есть

Ирина Сапелкина, 24 года. Глава крестьянско-фермерского хозяйства в селе Афанасьевка.

Ирина – учитель начальных классов, у неё высшее биолого-химическим образование. В прошлом году стала абсолютным победителем районного этапа конкурса «Учитель года». Получает второе высшее образование и планирует совмещать педагогику и бизнес. Главный работник в многодетной семье Сапелкиных – муж Ирины, Сергей. Полтора года назад они открыли своё дело и стали откармливать бычков на мясо.

 

Ирина СапелкинаИрина Сапелкина / Фото: Павел Колядин

 

— Ирина, почему решили остаться в селе, а не погнались, как многие, за длинным рублём в столицу?

— Съездили мы тут недавно на пару дней в Москву. Жили в апартаментах «Москва-Сити» на 60-м этаже. Вид из окна – вау! Красиво, роскошно. Но кругом цемент, стекло и пластик – ничего тёплого, живого. По утрам не могла вдохнуть полной грудью. Не хватало нашего деревенского чистого воздуха.

Много раз обсуждали с мужем: смогли бы мы жить в городе? Родственники-москвичи тоже спрашивали. Нет. Суета, шум, куча машин, людей, запах асфальта – это всё не для нас. Все стрессы из города. Приехать, чтобы отдохнуть, развеяться, посмотреть, как люди живут, – это одно. А жить там – ни за что.

Мы такие – прикипевшие к земле. Я люблю здесь всё. И всё сводит с ума. В моём телефоне пять тысяч снимков с закатами, рассветами, майским взрывным цветением. Мы стремимся придерживаться здорового и гармоничного образа жизни. Нам важно, что наши дети растут на свежем воздухе, на природе, рядом с животными. Поэтому избрали такой способ зарабатывания денег.

Нам говорили: чего вы добьётесь, сидя в селе? А мы считаем, что всё зависит от человека. Доказываем своим примером, что в деревне можно жить очень достойно. О жизни Афанасьевки и нашей фермы я выкладываю сторис в «Инстраграме». Хочу показать, что хорошо может быть где угодно. Ведь главный вопрос в том, как к этому относиться. Говорят: хорошо там, где нас нет. Мы утверждаем обратное: хорошо там, где мы есть.

Родня мужа – коренные москвички, объездившие вдоль и поперёк Европу, по многу лет жившие в Италии, – когда приезжают в гости, говорят, что только здесь по‑настоящему отдыхают, заряжаются энергией и бодростью.

Все мои одноклассники разъехались, стали городскими. Мама меня тоже уговаривала зацепиться после вуза в Белгороде, найти непыльную работу: «Ты же видишь, как тяжело жить в селе. В городе легче. Жизнь быстро проходит, потому что всегда в труде, на себя времени не остаётся». Институтские подружки тоже как сговорились. А я знала, что обязательно вернусь в Афанасьевку.

Родная школа, которая ещё с советских времён славилась производственной ученической бригадой по всей области, привила тягу к земле. В старших классах я стала бригадиром. Как одна из лучших получила именной сертификат сельскохозяйственной академии на бесплатное обучение. А выбрала педагогику. Поэтому в сельском бизнесе я пока теоретик.

 

 

Мне повезло с мужем – он всё знает, умеет. Вырос в селе, сеет, пашет – всё сам. Трудяга. Кормилец. Хозяин. Пока я занимаюсь детьми и домом, он управляет бизнесом. Сейчас я могу ему помочь только морально.

До нашей свадьбы муж в личном подсобном хозяйстве откармливал бычков. Как‑то сели, прикинули: мы тратим силы, время, средства на пять голов скота. Хорошо бы начать развиваться, увеличить масштаб производства. А что если взять на откорм 50 бычков?

Узнали о грантовой поддержке начинающим фермерам, и всё закрутилось. Выиграли на конкурсе 3 млн рублей. На эти деньги приобрели трактор, взялись за модернизацию старого сарая для скота. На откорм пока берём по 20 голов. Первую партию поголовья на днях сдали заказчику.

Мыслей о том, что всё в одночасье может рухнуть или мы сами просто не потянем бизнес, у нас не было. Посидели, посчитали, что произойдёт, если случится падёж скота, например. Свои вложения мы всегда отобьём.

В этом бизнесе должно всё совпасть: любовь к животным, труду, земле. Мы занимаемся этим делом не для того, чтобы прокормиться. Нам это нравится. У нас глаза горят.

Трудностей тоже хватает. Нам нужна дорога, вода, земля. На заготовку сена приходится ездить в соседний район.

Хотелось бы найти землю ближе к хозяйству. Пробить скважину не удалось – вода не пошла. Поэтому привозим воду из дома. Асфальтовая дорога на ферму нужна: в сильный дождь здесь не проехать.

 

Ирина с дочерью МашейИрина с дочерью Машей / Фото: Павел Колядин

 

— Какие перспективы у вашего семейного дела? Каким оно будет через 20 лет?

— Через 20 лет старшему сыну Илье будет 26, Маше – 25, Егору – 20. В Илюше я уже вижу маленького фермера. Он помогает разносить корм бычкам и обижается, когда отец уезжает в поле без него. Возможно, все дети захотят остаться дома, работать с нами. Но уговаривать жить в селе не станем. Пусть сами решают.

— Какие сны видят молодые фермеры?

— В уборочную, когда возникают проблемы с техникой или запчастями, у мужа всегда бессонница. Мне снится природа, как я гуляю здесь с детьми по красивому лугу.


Коровы как космос

Руслан Эмир-оглы, 29 лет. Глава крестьянско-фермерского хозяйства, молочник в хуторе Берёзки.

Получил высшее образование по специальности «таможенное дело». Родители спали и видели сына в пиджаке и галстуке, в городском офисе с кондиционером. Но Руслан выбрал другой путь. Со стадом в 35 голов управляется вместе с рабочими и братом Владиславом. Оба – многодетные отцы, на пару растят семерых детей.

Став фермером, Руслан сделал для себя большое открытие: несмотря на внушительные габариты и наличие рогов и копыт, коровы – нежные и трепетные существа. Словно маленькие дети, они требуют внимания, любви и ласки. Признаётся, что до сих пор не знает в подробностях, как же всё‑таки у коровы образуется молоко.

 

Руслан Эмир-оглыРуслан Эмир-оглы / Фото: Павел Колядин

 

— Можете объяснить нашим читателям, почему вы решили жить и работать в Берёзках?

— Из 14 моих одноклассников дома остались трое (это считая меня). Я и ещё один парень занялись фермерством. Третий работает на предприятии в Алексеевке. Каждый счастлив по‑своему.

Я пробовал стать городским. Пока учился в вузе, город нравился – чисто, красиво, есть где отдохнуть. Проще найти работу с хорошим заработком.

Женился. Моя супруга Лена деревенской жизни не пробовала и жить в селе не хотела. Переехали в Алексеевку. Узнал, что такое работать на дядю. Работодатель хочет, чтобы ты отдавался работе весь. Поэтому кругом видеокамеры, слежка, контроль. Во внеурочное время с предприятия не выйдешь, постоянно в замкнутом пространстве, как привязанный.

В будни – работа, на выходные сюда едем. Страшно тянуло домой. Я вырос здесь, тут всё моё, родное. Жена согласилась на переезд. Вначале жили у моих родителей. А недавно купили дом за полмиллиона рублей. Даже кредит не брали – хватило собственных денег. На днях въехали в собственное жильё.

Время изменилось. Село становится привлекательным для жизни. За последние пять лет на хуторе стало больше молодёжи. В нулевых все рвались в город, потому что колхозы разваливались, люди бежали из деревень в поисках заработка. Сейчас наших, хуторских, на работу и обратно привозит служебный транспорт городских предприятий. У многих появились личные машины, и город стал ближе.

 

Руслан Эмир-оглыРуслан Эмир-оглы / Фото: Павел Колядин

 

Те, кто работает в городе, говорят: мы бы лучше у тебя вкалывали, чтобы не ездить в Алексеевку. Некоторые интересуются бизнесом, спрашивают: как начать, с чего, как получить грант?

Свой я получил в 2018 году, узнав из газеты о программе поддержки начинающих фермеров. Защитил бизнес-план, выиграл 2 млн 700 тыс. рублей на развитие. В течение пяти лет по этому плану я должен построить ферму, приобрести трактор и нарастить поголовье. Ферма заработала год назад, купил трактор. Пойдёмте, покажу.

Молоко сдаём в кооператив. Цена устраивает. Конечно, хотелось бы больше… Тут я на свежем воздухе и сам себе хозяин. Никто не подгоняет, как на предприятии, занимаюсь любимым делом.

Почему именно молочка? Я рос рядом с коровами, родители держали скотину, помогал им управляться. Без энтузиазма, правда. Когда сам завёл коров, открыл КФХ, понял, что это для меня что‑то неизведанное. Как космос эти коровы. Я даже не знал, как правильно подключать доильный аппарат.

Первое время с хозяйством помогали бабушка с дедушкой. Они вместе с моей супругой поддерживали меня на старте. Сначала отговаривали все, даже родители. Иду по улице, а навстречу сосед, и давай рассказывать, как это сложно, трудно, невыгодно. Мне, наверное, каждый в хуторе сказал: «Куда ты лезешь? Не пойдёт дело. Не связывай свою молодую жизнь с этим».

 

 

Я понимаю, почему так говорили. Эти люди держали коров, когда молоко ничего не стоило. Они хлебнули трудностей и избавлялись от скота. Сейчас другое время, а стереотип о том, что это невероятно тяжёлый и нерентабельный труд, живёт до сих пор. Поэтому многие боятся начинать молочный бизнес.

Меня тогда тоже здорово напугали. Морально я готовился к тяжёлому физическому труду, финансовым проблемам и испытаниям. Думал, что придётся гореть. Успокаивал себя: «Сначала будет трудно, зато потом я получу всё. Надо потерпеть». Вышло всё не так.

Это такая же работа, как любая другая. Трудно вставать на дойку ни свет ни заря. За меня это делают три работника с зарплатой 20 тыс. рублей на руки. А вообще, я такой же работник, как остальные. Но если на ферме всё в порядке, я сплю до восьми утра.

Высыпаться не всегда получается. Я дежурю ночами, когда телится какая‑нибудь корова. Роды принимаю самостоятельно, один. Рабочих тогда не дёргаю – люди должны отдохнуть.

— Что будет с вашим бизнесом через 20 лет? Что планируете делать?

— Увеличу стадо. Хотелось бы вырасти до масштабов агрохолдинга. Я каждый день думаю о том, что надо расширяться. Не потому, что хочется больше денег. Я стремлюсь создать на ферме хорошие условия труда и повысить работникам зарплату. Но загадывать не хочу – всякое может быть.

Я рад, что старший сын Матвей, ему семь лет, хочет стать фермером. Он нам помогает по мере сил. Целыми днями со стадом в поле пропадает. Его домой не дозовёшься. Задаёт много вопросов о хозяйстве. Спрашивает у меня как‑то: как у коровы получается молоко? А я и сам не знаю. В общих чертах, примерно представляю, но досконально не изучал.

— Что вам снится?

— Снится всякий бред, к ферме не относящийся.

Анна Золотарёва

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×