Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
21 марта 2021,  18:55

«Чуть-чуть известный человек». Филипп Воронин о жизни после КВН и ДАЛСа

Журнал «ОнОнас» поговорил с белгородцем, прославившим родной город на Первом канале

«Чуть-чуть известный человек». Филипп Воронин о жизни после КВН и ДАЛСаФилипп ВоронинФото: Валерия Алисова
  • Статья

Вы знаете его по усам, эфирам на Первом и песне про конфетный вкус губ (простите). Сегодня он «жарит» Собчак, Дудя и Мартиросяна, пишет тексты и выступает со стендапами.

Как жизнь, Фил?

— Расскажи для тех, кто не следил за тобой после КВН, чем ты сейчас занимаешься.

— Я работаю автором, выступаю со стендапом, снимаюсь в «Прожарках», и есть небольшой ютьюб-канал, где мы с Тимуром Бабъяком (канал так и называется: «БабъякВоронин» – прим. авт.) делаем шоу, не претендующее на смех: разбираем, кому что смешно, говорим про субъективное восприятие юмора. Наверное, эти четыре аспекта можно выделить.

— Ты сейчас больше в стендапе?

— По выступлениям – да. Я выступаю каждый день. Много сил на это тратится, но и удовольствие получаю – не буду жаловаться.

— Что ты делаешь как автор?

— «Однажды в России», но я там всё время работаю. Остальное – подработки.

— Ты автор в Comedy Club Production, как там работается?

— Как и всюду. Нареканий у меня нет, но я там уже шесть или семь лет, а за такой период от чего угодно устанешь.

— Относишься к этому как к рутине?

— Зависит от дня: ты должен ходить на работу, выполнять обязанности, соблюдать графики, но бывает, что за день написал крутую миниатюру и остался доволен.

— Ты всё‑таки автор или выступающий комик?

— Мне кажется, это не взаимоисключающие понятия. Все хорошие выступающие – хорошие авторы: они сами себе пишут, сами же с этим и выступают. Мне ещё удаётся как‑то писать другим, пока дискомфорта это не вызывает.

 

«Чуть-чуть известный человек». Филипп Воронин о жизни после КВН и ДАЛСа - Изображение Фото: Валерия Алисова

 

— Есть варианты, чем займёшься, если не шутками?

— Вообще нет. Ни одного варианта (смеётся). Да не, юмористическая тема же достаточно широкая: можно зарабатывать, выступая, можно, когда пишешь, можно научиться писать что‑то драматическое, сценарное, ещё какое‑то. Потолка у этого нет, всё зависит от желания заниматься чем‑то новым. С удовольствием лет через 10 сериал бы написал. Хотя может и раньше.

— Комедию?

— Нет, драмеди скорее.

— Можешь назвать самый крутой проект, в котором участвовал?

— По влиянию на жизнь – КВН, 100 %. Это мечта детства, много гастролей, узнаваемость. Было классное время. Плюс связь с Белгородом: столько людей [за нас] болело. Короче, эти два года шикарные, хотя и тяжело было играть. Это точно самый запоминающийся этап.

«Comedy Баттл» первый просто дал очень хороший толчок: не голыми руками приходилось залезать на гору, а подниматься по хорошему эскалатору. Все остальные проекты хорошие, но проект жизни – пока всё равно КВН. Не стыжусь этого.

 

«Чуть-чуть известный человек». Филипп Воронин о жизни после КВН и ДАЛСа - Изображение Фото: pixabay.com

Как КВН, Фил?

— Тебя до сих пор часто называют кавээнщиком.

— Мне вообще не нравится слово «кавээнщик» – оно какое‑то не крутое. Играть в КВН – прикольно, называться кавээнщиком – не очень хорошо, мне кажется. Открещиваться от КВН, говорить, что это плохо, – я не буду. Но кавээнщик – это не клеймо на всю жизнь.

— Я про то, что тебя знают больше как кавээнщика.

— Ну, это не проблема. И мне кажется, это потихоньку уходит. Просто надо завоевать новую аудиторию, которая будет больше, чем та. Такого, чтобы это меня напрягало, нет. Веселит, бывает.

— Ты смотришь КВН сейчас?

— Иногда смотрю.

— Ради удовольствия или это профессиональный интерес?

— Скорее профессиональный интерес. Нет такого, что я закупился вкусной едой, пришёл домой клёво провести вечерок с любимой девушкой за просмотром КВН. В такси еду, смотрю. Иногда бывает интересно, как игра прошла или как команда выступила, которой ты писал. Иногда вообще неинтересно.

— Каково это – писать другим?

— Когда себе пишешь – более требователен. Сам понимаешь, что тебе нужно. А здесь нужно, чтобы команда сама понимала, что хочет, и донесла это до тебя. У меня нет сложностей писать другим командам. Бывает, кому‑то легче писать, кому‑то сложнее. Дискомфорта это не вызывает, но тоже не хотелось бы этим всю жизнь заниматься.

— Как думаешь, сколько ещё просуществует КВН?

— От Маслякова-старшего зависит, наверное.

— А без него КВН как жанр не сработает?

— Видишь, если бы я сейчас общался с молодёжью, был на этой волне, то смог бы ответить. Ну, как жанр – прикольно. Ему бы модернизироваться как‑то. Не только КВН ведь потихоньку отмирает: жанр миниатюры, эстрадных номеров. Это не значит, что это плохой жанр. Просто с ним что‑то не так. Хотя номера же смешные бывают. Не хочется упираться в один жанр, типа: «Всё, сейчас шутим только ртом, не показывая ничего». Это наскучит быстро. Хотелось бы, чтобы люди занимались творчеством с удовольствием. И чтобы зрители ходили.

 

«Чуть-чуть известный человек». Филипп Воронин о жизни после КВН и ДАЛСа - Изображение Фото: Валерия Алисова

 

— Зрители же говорят, что КВН не тот.

— Я тут нового ничего не скажу: всё, что про это говорят, – правда. Сейчас выходит куча всего другого. В английском есть такое понятие «пересыщение контентом».

— А качество шуток, особенности площадки?

— Если ты придумал разрывную миниатюру – она зайдёт где угодно. Если придумал две разрывные – тоже. Если придумал две разрывные и пять плохих, будет казаться, что качество упало. Нет же такого, что в 2021-м невозможно придумать хорошую миниатюру. Можно. Но это сложнее, чем придумать шутку.

 

«Чуть-чуть известный человек». Филипп Воронин о жизни после КВН и ДАЛСа - Изображение

Как шутки, Фил?

— Как ты сейчас пишешь себе шутки?

— Просто записываю в заметки всё, что меня повеселило. Когда набирается, иду выступать. Понимаю, что из этого живое. Раз в две недели встречаемся с другом, пишем ему, пишем мне. В основном вся работа через сцену и заметки.

— Ты говорил, что, когда у вас с Тимуром были споры по поводу шуток, вы решали, что рассудит редактура. Сейчас кто судит?

— Зритель. Стендапом заниматься легче: ты можешь материал проверить 10–15 раз. А в КВН ты выходил с голыми руками и шуткой, которую написал за ночь. 

— Как думаешь, какой подход правильнее: редактура или проверка зрителем?

— Конечно, второе. Редактор же один, и он может ошибаться.

— Ты шутишь про то, что неизвестный человек. Почему?

— Ну в масштабах – да, неизвестный. Когда достигну каких‑то цифр и известность станет наглядной: миллионы просмотров или подписчиков, можно будет говорить об обратном. А в моём случае это адекватное восприятие реальности. Я же в том монологе (на канале OUTSIDESTANDUP – прим. авт.) говорил, что я чуть-чуть известный человек. Это точнее.

 

«Чуть-чуть известный человек». Филипп Воронин о жизни после КВН и ДАЛСа - Изображение Фото: Валерия Алисова

 

— Можешь подсказать, на что сейчас тренд? Мне кажется, на жёсткий юмор: «Прожарка», «Что было дальше» и всё такое.

— Я бы так не сказал. Сейчас тренд на искренность, как и везде. Блогеры вот показывают свою жизнь и вовлекают в неё свою аудиторию. Это может быть иллюзорная искренность, но люди‑то её воспринимают как настоящую.

— Почему тогда у таких проектов успех?

— «Что было дальше» – это явление, а не просчитанный продукт. Просто совпал суперсостав суперлюдей, которые уже были близки к топу, а теперь их вынесло в космос. Нурлан, Щербаков, «Лена Кука» 800 раз выигрывали «Comedy Баттл», Артур Чапарян – легенда. Короче, я думаю, там от состава зависит. А с «Прожаркой» дело даже не в жёсткости, а в интересных подходах, минусах звёзд, которые никто не замечал. Мне вот понравилось, что я докопался до заставки в шоу Ксении Собчак, а потом она её поменяла. Не сказал бы, что это жёстко, просто дружеский подкол, только мы не друзья.

— Каково «жарить» звёзд?

— Иногда классно, офигенно, комфортно и после этого отличные эмоции. В другой раз не получается и расстраиваешься. Мои любимые выпуски «Прожарки» – с Собчак, Мартиросяном, Николаем Соболевым. Со Слепаковым не очень получилось, с Поперечным. Кто ещё был? 

— Дудь был.

— Дудь средне. Хотя были прикольные моменты.

— Как готовишься к этому?

— Два месяца думаю об этих людях (смеётся). Но не сказать, что это стопроцентная вовлечённость. Не хочется смотреть восемь интервью, чтобы что‑то узнать. Я вспоминаю своё восприятие этих людей, иногда знакомые подсказывают что‑то. Самые интересные парадоксы, которые я сам вспоминал – то, что Дудь год не разыгрывал часы Хабенского, а у Собчак плохая заставка. К Мартиросяну просто было интересно подобраться, Соболев меня искренне бесил на тот момент, и хотелось его обшутить.

 

«Чуть-чуть известный человек». Филипп Воронин о жизни после КВН и ДАЛСа - Изображение Фото: pixabay.com

Как провинциальная комедия, Фил?

— Что бы ты хотел попробовать в комедии?

— Ну вот, по городам поездить. Просто когда выступаешь в Москве, Питере, Казани – это одно, а в маленьких городах, мне кажется, другое. Хочу снимать стендап хотя бы раз в два месяца. Просто чтобы люди легче ходили. Хотелось бы уже какую‑то не кавээновскую, как ты говоришь, узнаваемость, а личную. Она не для тщеславия – просто чтобы не сидеть и не мониторить, сколько билетов купили. 

— Нормально после «прожарок» звёзд приезжать в Белгород и выступать в баре (мы пообщались с Филом за полчаса до его выступления в баре «Гвозди» – прим. авт.)?

— Вообще не вижу в этом ничего плохого. Стендап – изначально барный жанр. Это не корпоратив, где ты веселишь пьяных людей, которым это не нужно. Это абсолютно честно: люди пришли на стендап – ты рассказываешь им шутки. Конечно, хочется расти и стать артистом такого уровня, чтобы в следующий раз в филармонию приезжать. Но даже и так я никогда не скажу, что не буду выступать в барах.

— Ты знаешь местных комиков?

— Да, всех знаю. Но выступления не видел ни разу.

 

«Чуть-чуть известный человек». Филипп Воронин о жизни после КВН и ДАЛСа - Изображение Фото: Валерия Алисова

 

— Комики жалуются на юмор в Белгороде: тесно, мало зрителей. Можно это исправить?

— Если бы в Белгороде появилось ядро комиков, которые раза три в неделю выступали, раз в неделю привозили кого‑то иногороднего, то можно было бы организовать что‑то вроде местного стендап-клуба. Но местные ребята говорят, что уже стало лучше: стендапа не было лет пять, а сейчас пошла движуха. Это проблема не только Белгорода. В Санкт-Петербурге тоже комикам тесно, потому что там плюс-минус одно специализированное заведение. В Москве вот всего очень много: и площадок, и комиков.

— Как думаешь, нужно уезжать комикам в Москву?

— Если сильно веришь в себя и тебе это точно нравится – конечно, стоит. Но надо ехать с целью и пониманием.

— Как им попасть в столичный юмор?

— Путь достаточно стандартный: приезжаешь в Москву, живёшь на хате с типами впятером, ездишь на открытые микрофоны, собираешь материал, выступаешь. Коммуникабельным надо быть ещё. А потом дорастёшь до платы. Тебе за выступление будут платить 5 тысяч… Но это тебя всё равно не спасёт. В общем, какого‑то рецепта, типа «хочешь заниматься стендапом – едь в Москву», не существует.

Беседовал Андрей Шилин

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×