Средства можно перечислять на расчётный счёт Белгородского областного фонда социальной поддержки населения с назначением платежа — областной благотворительный марафон «Белогорье – Крыму» (ИНН 3123232857, КПП 312301001, БИК 041403800, р/с 40703810100440000008, к/с 30101810700000000800, Филиал ГПБ (ОАО) в г. Белгороде).
Глава администрации Корочанского района Александр Сергиенко оказался в числе тех, кто своими глазами увидел Крым, каким его не могли видеть туристы, – неотапливаемые дома, разрушенная социальная инфраструктура… О том, как и почему белгородцы будут помогать Крыму, Александр Сергиенко рассказал «Белгородским известиям».
– Александр Николаевич, вы в составе делегации посетили подшефный для Белгородской области Кировский район Крыма. Что предстало взору на полуострове?
– Делегация поехала в Крым не просто посмотреть. Николай Васильевич Калашников (начальник департамента строительства, транспорта и ЖКХ области. – С.Ш.) привёз нас туда специально. Одна группа отвечала за осмотр объектов социальной сферы, она должна была провести обследование, подготовить дефектные ведомости. Вторая группа обследовала инженерную инфраструктуру района. Третья – дорожное хозяйство.
Кировский район будет первой территорией, которая будет развиваться кластерно, по белгородскому стандарту, то есть на сельских территориях должны быть действующие клуб, школа, детсад, фельдшерско-акушерский пункт, наружное освещение, дороги, благоустройство и так далее.
Я ни на секунду не ощутил, что это чужие люди. Такие дружеские отношения, словно знаешь этих людей много лет.
– Как вы объясните белгородцам, почему Крыму надо помочь?
– Потому что есть детсад, но дети его посещают только 4 часа в день, потому что там нет пищеблока. Нужно им помогать? Или когда уже более трёх лет жилые многоквартирные дома не отапливаются. Нужно им помочь? Когда в подшефном Корочанскому району Токаревском сельском поселении нет ни одной светоточки. Когда дороги разбиты: центральная проложена, а вправо-влево максимум что есть – из отсева и ракушечника. Нужно им помочь? Там ведь люди живут. Такие же как мы. На месте возникает ощущение, что ты попал в 1985-1989 годы и ничего не изменилось, только всё разрушилось. Этих людей сегодня довели до жизни в таких условиях.
Да, они всё подкрашивают, чинят, но когда заходишь в здание: а где вода? А там все трубы вырезаны, никакой автоматики нигде нет. Почему не делали ничего? Отвечают: «А кто нам деньги давал?». Да, можно было перевести котельные на газовое топливо, но это стоило бы полтора миллиона гривен, а у них бюджет был 800 тысяч гривен на всё. Денег на заправку не давали. У них нет никаких служебных машин, ничего.
Конечно, нужно помочь. И финансово, и практически, и методически. Потом будет отдача оттуда. И белгородцы в Крыму будут отдыхать, и совместные предприятия появятся. Думаю, наши ведущие сельхозпредприятия хотели бы туда зайти, может быть и садоводы. Конечно же, там надо будет и заводы строить – появятся материалы, технологии. Но на это нужно время. А сегодня мы должны просто прийти на помощь.
– У Кировского района Крыма есть потенциал для белгородских инвестиций?
– Конечно есть. Мы же обычно бываем на южном берегу Крыма, а это степной Крым – совершенно другое дело. Там всё можно развивать: выращивание овощей, фруктов и садоводство, и виноградарство, и овцеводство.
– Насколько всё увиденное отличается от того, что есть в Белгородской области?
– У нас тоже есть населённые пункты, до которых ещё не дошли руки. В основном это хутора. Но там всё чистенько. А здесь на крупной территории, где живут 54 тысячи человек, – всё в таком состоянии. Им тяжело. И они говорят: «Нам ничего не давали. Всё только забирали».
На Украине ведь тоже есть разные территории, в том числе и те, которые экономически вполне состоялись. А Крым – как падчерица. Не родное это было для Украины. Не родное… И никто не хотел его делать родным.
– За каждым из районов и городов Белгородской области закреплена своя территория Кировского района. Что за поселение досталось Корочанскому району?
– Токаревское сельское поселение. Это два населённых пункта: Шубино и Токарево. Всего около двух тысяч человек населения. Раньше там было виноградарство, был завод по производству вин. Сегодня, конечно же, ничего этого нет. Там вообще ничего нет. Я не знаю, на что люди живут.
Из социальных объектов – школа, два детских сада (если их можно назвать детскими садами). Сёла газифицированы, хоть и не везде, водой обеспечены, но скважины кое-где не работают. Дорог нет.
– Что на собранные средства будете делать в районе?
– Нам предстоит полностью выполнить ремонт социально-культурной сферы, решить проблему с водоснабжением, с наружным освещением, с водоотведением и теплоснабжением. Как уже сказал, всё будем делать по отработанной в Белгородской области модели.
Сейчас мы уже полностью осмотрели подшефную территорию, подготовили дефектные ведомости. Чем раньше начнём, тем лучше. Задача – к 1 октября всё должно быть отремонтировано.
– «Заходят» ли уже в Крым другие российские регионы?
– Мы спрашиваем у коллег: кто-то из других областей уже работает? Отвечают, что мы первые. Ну, сотрудничество Москвы с Севастополем я не беру. А по сельским территориям – мы первые.
На переправе через Керченский пролив уже видели, как в Крым шли белгородские экскаваторы, мусоровозы. Этим Николай Васильевич Калашников сразу начал заниматься. Техника туда будет и дальше идти. Дорожники, наверное, передислоцируют туда небольшой завод.
У нас свой, белгородский подход. Здесь сезон для работы короткий. 1 сентября дети уже пойдут в школу, а во время учебного процесса ремонтировать ничего нельзя. То же касается и подготовки к отопительному сезону. В степном Крыму бывает и 25 градусов мороза, и вопросы теплоснабжения решить нужно уже сейчас.
Я думаю, мы достойно справимся и покажем, как умеет помогать Белгородская область.
