Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
07 ноября 2019,  12:11

Пейзаж на стене. Зачем белгородский художник украшает рисунками многоквартирный дом

Пейзаж на стене. Зачем белгородский художник украшает рисунками многоквартирный домВладимир ЦыбулинФото: Тамара Акиньшина
  • Белгородская правда

Белгородцу Владимиру Цыбулину без малого 80 лет. Но каждую вес­ну с кистью в руках он карабкается на стремянку, чтобы подправить огромное художественное полотно на бетонной стене позади многоквартирного дома, в котором живёт. Картинную галерею под открытым небом художник начал создавать несколько лет назад. А перед этим расписал стены в подъезде.

Уличный живописец

С пожилым художником мы познакомились, когда собирали материал для очерка об улице 5 Августа в Белгороде. Шли вдоль по ней и возле дома № 35 увидели бетонную стену, которую кто‑то разрисовал. Полчаса как зачарованные бродили вдоль нарисованной берёзовой рощи, рассматривали мастерски выполненные рисунки героев советских мультиков, любовались натюрмортами.

«Раньше стены были серые – неприятно из окна выглянуть, а теперь такая красота», – пояснила пожилая женщина с первого этажа.

Рамзия Яхяевна рассказала, что картины на стене нарисовал её сосед-художник, с которым жильцам дома очень повезло. После этой рекомендации нам ничего не осталось, кроме как напроситься в гости к уличному живописцу.

По книгам учился

Владимир Фёдорович Цыбулин с женой Лидией Нифонтовной 15 лет назад перебрались в Белгород из казахстанской Астаны. Вступили в долевое строительство и стали владельцами небольшой квартиры на 1 этаже нового многоквартирного дома.

«Вошли в нашу квартиру, я глянула с балкона и увидела эту серую стену. Она даже некрашеная была. Говорю: «Володя, мы так привыкли жить в красоте, как же будем смотреть на это?». А он мне говорит: «Ничего, что‑нибудь придумаем!» – с улыбкой вспоминает жена художника.

Оставить всё как есть Владимир Цыбулин – художник-оформитель с более чем полувековым стажем – просто не мог. Выпускник заочного народного университета искусств, он всю жизнь рисовал и резал по дереву. Работал в филиале алма-атинского художественного фонда: расписывал стены детсадов и других общественных учреждений, делал для них мозаичные картины из деревянного шпона.

«У меня были художественные способности, хотя в семье никто не рисовал. Родители работали в колхозе: отец, вернувшийся с войны на костылях, был пасечником, мать пекла хлеб», – рассказал Владимир Фёдорович.

До ближайших городов – Семипалатинска и Усть-Каменогорска – от села Саратовка, где он родился, было далеко. Поэтому в художественную школу в детстве Цыбулин не ходил. Только после армии, набравшись смелости, поступил в московский художественный вуз. Посылал столичному педагогу на оценку свои работы, следовал его инструкциям и рекомендациям. Благодаря трёхлетнему обучению его одарённость переросла в мастерство.

«Я всю жизнь по книгам учился. Литература тогда была хорошая. Мне Лида даже в армию несколько пособий по художественным работам высылала», – пояснил художник.

По учебникам освоил резьбу по дереву и технику создания картин-мозаик из деревянного шпона – маркетри. Разобраться в нюансах последней помог коллега по худфонду – они потом работали в тандеме.

Владимир и Лидия Цыбулины Владимир и Лидия Цыбулины / Фото: Владимир Юрченко

Домашняя галерея

Стены в квартире Владимира Цыбулина увешаны его работами. Поэтому она напоминает зал художественного музея. Такой очень уютный филиал, где каждая картина и каждая резная вещичка – на своём месте.

«Сказать, что в какой‑то конкретной технике больше люблю работать, не могу. Это периодами приходит. Когда‑то хочется взять краски, иногда – пастель. А надоедает – берусь за резьбу», – с улыбкой рассказывает художник.

«Он на балконе работает летом – там у него мастерская. Рисует, подстружку делает. А что по мелочи – в комнате доделывает», – добавляет жена.

Многие из картин мастер написал уже в Белгороде. Среди них копии с известных полотен, но много и своего – например, сюжеты на казахскую тему. Их художник писал по памяти. При отъезде из Астаны много работ пришлось раздать. Обеим дочерям мастер подарил по резной иконе, а две оставил себе. Одна из них – Богородица, вырезанная из липы, словно излучает тепло и свет. До неё так и хочется дотронуться.

У художника было несколько выставок в Пушкинской библиотеке. После одной из них к нему обратилось руководство ближайшей школы с просьбой поучить ребят резьбе по дереву. Что Владимир Фёдорович несколько лет с удовольствием делал, несмотря на возраст.

Даже птицы путались

Почти сразу после переезда художник решил расписать подъезд на своём первом этаже. Соседи были только «за». Так на стенах первого этажа выросли деревья и появилась речка, над которой летит гусиный клин.

«Ко мне потом с других этажей приходили, просили сделать красоту и у них. Одна соседка с седьмого этажа особенно настойчиво звала, и я нарисовал», – улыбается художник.

А после подъезда пришёл черёд стены за домом. Была она некрашеная, вся в выбоинах. Почесал художник в затылке и пошёл на ближайшую стройку просить цемент. Его хватило, чтобы выровнять часть стены под окнами квартиры художника. Там Владимир Фёдорович нарисовал берёзовую рощу.

«Сейчас смотришь с балкона, особенно вечером, когда на неё падает свет из окон – будто настоящая. Даже птицы иногда путались, врезались на лету», – рассказывает Лидия Нифонтовна.

Дальше – больше. Стали просить соседи сбоку и на их части стены что‑нибудь нарисовать, потом появилась идея детского уголка…

«По своим сусекам поскрёб: кое‑какие краски нашлись. Ещё дворники скамейки у подъезда красили и отдали мне остатки краски, тем и работал, – говорит мастер. И с улыбкой вспоминает, как крутилась рядом местная ребятня, когда он работал, как просили детишки дать им кисточки. А потом малыши гладили нарисованных котят и птичек».

Так постепенно художник разрисовал всю бетонную стену возле многоквартирного дома. Но дожди и снега наносят этой красоте под открытым небом серьёзный урон: штукатурка осыпается, краски выгорают. Поэтому каждую весну Цыбулин берёт стремянку и реставрирует своё большое художественное полотно.

«А когда стремянки не хватает, ложится на парапет сверху, одной рукой держится, другой рисует», – ворчит Лидия Нифонтовна.

Но делает она это только для вида. Своим творческим мужем она очень гордится, не устаёт его хвалить и всячески поддерживать.

«Володя часто рисует или вырезает парных птиц – символ семьи. Потому, может, мы с ним и прожили дружно 55 лет. Скромно жили. Но счастье ведь заключается не в количестве комнат, а в том, как в них жить», – заключает жена художника.

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×