Служба в приграничье. Как работает офицер Росгвардии Владимир Фролов в Шебекинском округе

«Белгородские известия» пообщались с росгвардейцем, чтобы узнать о его жизни и профессии

Фото: пресс-служба Управления Росгвардии по Белгородской области

В феврале отмечали День создания подразделений государственного контроля и лицензионно-разрешительной работы. А в марте исполнится 10 лет образования Федеральной службы войск национальной гвардии России. И, как показало время, Росгвардия стала действительно нужным и действенным ведомством, работающим по разным направлениям. Особенно ярко это проявилось в приграничье, в условиях СВО.

Несмотря на сложную оперативную обстановку, постоянные обстрелы и угрозы атаки БПЛА, сотрудники Росгвардии продолжают выполнять свои служебные обязанности, как делает это Владимир Фролов из Шебекинского округа. Офицер отделения лицензионно-разрешительной работы неоднократно попадал под обстрелы и атаки дронов. И всё же каждое утро он идёт на работу, чтобы контролировать сферу оборота гражданского оружия.

Решил служить Родине

Родился Владимир в Шебекино и всю жизнь прожил тут. Вспоминает, что служить Родине захотел ещё в школе:

«Учился в Шебекино, в 8-м классе стал кадетом – у нас был профильный класс. И форма, и погоны, визуальное оформление мечты, если можно так выразиться, и сам посыл о служении своей стране очень мне понравились. Я ощутил, что могу быть полезным, нужным. Потому решил свою жизнь связать именно со службой».

После окончания школы Владимир Фролов поступил в Воронежское пожарно-техническое училище. Работал в пожарной охране, затем перешёл в полицию на должность участкового уполномоченного, выполнял в чём‑то схожие с сегодняшними функции. Спустя время устроился в Росгвардию на лицензионно-разрешительную службу.

Нет безопасных мест

Приоритетные направления деятельности службы – оборот служебного и гражданского оружия на территории страны, а также контроль за частными охранными предприятиями. В Шебекинском округе более 2 тыс. владельцев и около 4,5 тыс. единиц оружия. Огромный фронт работ.

Владимир ФроловФото: предоставлено пресс-службой управления Росгвардии

В обязанности сотрудника Росгвардии входят не только проверка и контроль владельцев гражданского оружия, но ещё и выдача лицензий на приобретение, торговлю, экспонирование и коллекционирование оружия, а также разрешений на его хранение и ношение. Также ведётся учёт оружия и патронов к нему. Приём, хранение и уничтожение изъятого, добровольно сданного или найденного оружия, боеприпасов, патронов, взрывных устройств и взрывчатых веществ и многое-многое другое.

Впрочем, самым опасным сейчас является именно проверка.

«Округ у нас немаленький и приграничный. Зачастую населённые пункты находятся в 5-километровой прифронтовой зоне. Есть такие, где и вовсе менее километра до линии боевого соприкосновения. Естественно, там всегда высока вероятность атаки противника. Но проверка владельцев оружия, условий хранения и соблюдения законодательства обязательна. Потому езжу, проверяю, несмотря ни на что. Особенно если это касается тех, кто впервые приобрёл оружие. Те, у кого лицензия давно, – люди чаще всего уже опытные, понимающие, что можно, а что нельзя. Их проверяю в обычном режиме. А вот молодые владельцы нуждаются в более плотном контроле. Но так получается, что безопасных мест у нас нет, потому приходится всё время быть начеку».

Непростые условия

Майору Фролову приходится передвигаться на гражданской машине, потому как служебная сразу же становится целью номер один для врага. Подставлять себя и гражданских, к которым он едет, офицер Росгвардии не может:

«Это не спасает от опасности, конечно же, потому как, сами знаете, враг атакует в том числе и гражданские объекты, гражданский транспорт. Пару дней назад дрон-камикадзе пытался атаковать мой автомобиль, но, слава Богу, я вовремя успел укрыться в посадке. Дрон сумели подавить, он упал и взорвался в 30 м от меня, а там находился другой автомобиль. Я быстро побежал туда, чтобы выяснить, не пострадал ли кто, не нужна ли помощь. Автомобиль чуть посекло, но водитель оказался цел. А так – привыкли уже, следим за оперативной обстановкой, выбираю время, когда наиболее безопасно, и мчу в нужный населённый пункт. И там уже, укрыв автомобиль, делаю свою работу. А потом, изучая оперативную обстановку, еду назад».

В этом плане, говорит росгвардеец, сильно помогают чаты по оперативному информированию о БПЛА:

«Ребята из «Орлана» – огромные молодцы в плане защиты дорог. Тем более сейчас, когда появились дроны на оптоволокне, о них и детекторы не предупреждают, и заметить такой можно только визуально».

Напоминать, не уставая

Владимир Фролов рассказывает, что кроме контрольных мероприятий очень важна профилактика:

«Людям постоянно нужно напоминать о том, что оружие – не игрушка. Понятно, что правила оформления достаточно строгие и чтобы получить лицензию, нужно пройти медкомиссию, в том числе психиатра, нарколога. Но даже это не является стопроцентной гарантией от всяких происшествий. У нас в прошлом году был случай: владелец оружия, давно имевший лицензию и хорошо знавший правила, во время посиделок с приятелем застрелил его. Чтобы избежать таких трагедий, мы постоянно объясняем владельцам оружия правила хранения и обращения с ним».

Офицер Росгвардии женат, сыну в этом году исполняется 14 лет, дочка на два года младше. Несмотря на сложную обстановку, семья не собирается никуда уезжать из родного округа. Оставаясь со своим защитником, который каждый день по долгу службы работает и живёт в приграничье.

Алексей Стопичев

Добавить нас в избранные источники: Google News Перейти в Дзен