Война и мир Елены Харламовой. Московская художница пишет портреты участников спецоперации

Порисовать и посидеть

Уже в три года она уверенно держала в руке карандаш. И на вопрос мамы: «Что рисуешь?» – отвечала: «Не знаю, какой рисунок сейчас выберется из карандаша». Спустя годы из юного дарования вырос художник-профессионал, преподаватель высшей квалификации, член Творческого союза художников России Елена Харламова. 

«Я всё время рисовала сама, и если у меня возникали какие‑то вопросы, то мама всегда приходила на помощь, – рассказывает художница. – Я очень любила школу искусств в Химках, где она работала, частенько приезжала туда порисовать, посидеть с ребятами. Лет в 12 я стала учиться в московской художественной школе № 5».

Образование Елена Харламова продолжила в Московском художественно-промышленном училище имени Калинина, но уже с третьего курса параллельно начала работать – в той самой школе, куда ребёнком ездила учиться к маме.

На дворе стояли трудные 1990-е. Елена видела, как мама работает на износ, чтобы обеспечить троих детей, и тоже стала подрабатывать.

«Я уже шла на красный диплом в художественном училище, но учить других было страшновато, – вспоминает собеседница. – Однако дети, их глаза, доверие изменили всё. Окончательной точкой стали слова директора школы: «Нам такие преподаватели нужны. Ты умеешь учить. Это редко у кого получается. Оставайся».

Она осталась, несмотря на то, что после окончания художественного училища в том же году поступила в Московскую государственную текстильную академию имени Косыгина на факультет прикладного искусства. Сочетать работу и учёбу было непросто, свободных дней практически не оставалось.

«Уставала сильно и почти сдалась, – признаётся Елена Харламова. – Но как‑то по дороге в школу вдруг услышала: «Елена Борисовна», «Елена Борисовна…» Даже оглянулась несколько раз, но поняла – слова звучали у меня в голове разными детскими голосами. Меня звали мои ученики – они не отпустили. В этот момент изменилось моё мировоззрение. Если раньше я смотрела на мир для себя, то теперь высматривала, что нужно детям: картины, впечатления, жизненный опыт – всё обдумывалось и отдавалось на занятиях».

В 1995 году, уже имея два диплома с отличием и две квалификации – художник-мастер и художник-дизайнер, она решает освоить новые технологии. Итогом стала авторская программа «Компьютерная графика». Елена Борисовна знает, как обучить юных художников новым технологиям и быть с ними на одной волне. Начав с 18 лет, она уже перешагнула 30-летний рубеж преподавательской деятельности и жила всё это время творческой, вполне мирной жизнью, рисуя с детьми всё прекрасное, что нас окружает. Однако всё круто изменилось, когда сын решил уйти на СВО.

Идеальный солдат

Елена Харламова видела, что её Фёдор с рождения был другим. Он сам ставил себе задачи и сам их выполнял. Пока его сверстники сидели в гаджетах, Фёдор готовил себя для другого.

«У меня сложилось ощущение, что сын – человек будущего, он как будто предвидел, что будет с нашей Родиной, – рассказывает Елена Борисовна. – Сначала он занимался страйкболом – это военно-тактическая игра, по правилам которой участники живут в палатках и устраивают сражения с использованием оружия, стреляющего пластиковыми шариками. В своей команде сын был лучшим. Тогда Фёдору было 15 лет. Потом он стал готовиться физически: тренировал выносливость, катался на роликах, освоил и свободно водит мотоцикл. А затем каждый день стал ходить в спортзал, и тело его приобрело формы как у профессиональных спортсменов. Фактически, он сделал из себя идеального бойца».

К началу СВО Фёдор умел профессионально стрелять из любого оружия, освоил техническое управление дронами и их устройство. Приняв решение встать на защиту страны, он ждал окончания учёбы в компьютерном колледже и достижения нужного возраста.

«Для меня сын – отдельная личность, как и любой мой ученик, – говорит Харламова. – Я понимала его стремления и поддерживала. Когда Фёдор понял, что будет нужен Родине, стал изучать тактическую медицину. А на мой вопрос, зачем он всё это делает, ответил: «Я буду ТАМ нужен».

В День России, 12 июня 2024 года Фёдор подписал контракт с Минобороны и ушёл на СВО. Ему было 19 лет, он окончил колледж, а диплом защищал уже в статусе бойца. Елена Харламова и гордилась сыном, и боялась за него одновременно. А когда через месяц службы Фёдор с первым ранением попал в госпиталь, Елена Борисовна приехала к нему.

«Когда я всё увидела своими глазами, у меня сознание полностью поменялось, – делится она. – Я поняла, что нужно делать для госпиталя, для военных. Сначала покупала на свои деньги самое необходимое. Потратила всё, что было, взяла кредит, пыталась даже продать свои вещи. Когда поняла, что и этого не хватает, нашла волонтёрские группы. Теперь они меня знают, полностью доверяют и, если надо, загружают, когда я еду «за ленту». Я работаю и живу ради фронта, отдаю всё без остатка. Мне не страшно рисковать жизнью, потому что я знаю, для чего еду».

Внутренняя сила

Она по‑прежнему работала в школе искусств, учила ребятишек изображать прекрасное. А как только выдавалась возможность, отправлялась с очередным гуманитарным грузом туда, где служил сын. Поначалу это было курское направление, а с января прошлого года Фёдора и его часть перебросили на белгородское.

«Тогда я и познакомилась со 128-й отдельной мотострелковой бригадой, где стал служить сын. Лето 2025 года я провела в Белгороде, а после – в Шебекино, оттуда ближе добираться до позиций, – поясняет собеседница. – Всё лето жила здесь, помогала ребятам. Когда в первый раз очутилась в областном центре, удивилась, насколько он красивый и чистый. Поскольку навигация работала плохо, я выучила весь город и сейчас по нему перемещаюсь на машине и пешком без проблем. А ещё здесь появилась серия цветочных картин. Цветущий Белгород так красив, что мне захотелось его изобразить».

Когда сына перевели в отдельную штурмовую роту, а после – в разведку, стала общаться с замполитом бригады. Ему художник рассказала о давно созревшей в сердце идее, которую командир поддержал.

«Чем больше я узнавала ребят, тем сильнее мне хотелось показать их. Ведь спецоперация скрыта от гражданских людей, многие даже не представляют, насколько тяжёл труд военных. Не знают о подвигах, которые ежедневно совершают наши бойцы, – говорит Харламова. – Мне хотелось показать, какие на самом деле наши защитники. Когда они снимают форму, кажется, что это обычные люди, к тому же, очень скромные. А на линии боевого соприкосновения они на глазах преображаются. Например, боец с позывным Джимми – в жизни худенький парень, а я его богатырём написала, потому что таковы его внутренняя сущность и сила. Они все такие. Мне хотелось, чтобы люди видели, кто нас защищает, и гордились».

Первой моделью для художника стал боец с позывным Зевс: он оказался в штабе в тот момент, когда Елена Харламова рассказывала о своём замысле замполиту. Командир велел бойцу встать для фото. Правда, уговаривать и даже держать его за рукав Елене пришлось самой – скромный герой не понимал, для чего это нужно. А когда спустя две недели художник привезла готовый портрет, бойцы бригады были потрясены. С этого момента в каждый свой приезд Елена Харламова привозила по несколько новых портретов.

«Я продолжаю писать их по сегодняшний день. Каждую свободную минуту – у меня не было ни праздников, ни перерывов. Одновременно я собирала и отвозила на фронт гуманитарную помощь, – вспоминает она. – Периодически у меня опухала рука от непрерывной работы кистью, да и сказывалась полученная травма. Кроме того, портреты большие, поэтому писать можно только стоя. Это и морально, и физически тяжело. Но для меня честь – стоять перед ними».

По обе стороны

Впервые Елена Харламова представила свои работы в Белгороде на выставке «Лица героев» (12+). В выставочном зале «Родина» разместился 21 портрет бойцов СВО и фотографии боевых будней. Вот они – Альфа, Пушкин, Сом, Стойкий – невыдуманные герои нашего времени, каждого из которых художник знает лично. Есть среди них и боец с позывным Домино – сын Елены Харламовой. Узнав, что мама решила запечатлеть боевых товарищей, Фёдор горячо поддержал инициативу. Он считает, что такая моральная поддержка военным очень нужна, поскольку жизнь у них проходит порой в тяжелейших условиях.

«Я рада, что могу писать портреты наших защитников – возможно, в этом и заключается моё предназначение, – говорит Елена Борисовна. – Как художник, я оказалась в нужное время в нужном месте, чтобы открыть миру героев СВО. Я постоянно перемещаюсь между фронтом и тылом, находясь по обе стороны этой черты. Потому и решила сделать портреты этих потрясающих людей, которых видела не на экране с закрытыми балаклавой лицами, а реально, такими, какие они есть. И выставку я сделала в первую очередь для них. Они благодарили и говорили, что мама Фёдора – герой».

Женщина рассказывает, что ей много раз советовали придумать позывной, но вопрос решился сам: 

«Как‑то раз боец с позывным Алтай посмотрел в телефоне, как я у него записана. Выяснилось, что я там значусь как «мать наша». Он пояснил: это не по возрасту – по сути».

Сейчас «Лиц героев» уже 26, все они написаны акрилом. Это самая стойкая краска, хотя и очень сложная техника, считает художник. В планах не только продолжать начатое, но и взяться за новое направление:

«Я использую акрил и оргалит, поскольку мои картины могут оказаться в любых условиях. Мне нужно дописать ещё три портрета, а затем я уеду к ребятам на фронт. Работы повезу с собой. Если останется время, начну писать монументальные картины на военную тему. В портретах я показываю духовную сущность бойцов, а мне ещё хочется показать их боевую работу – с цветом войны, с её реальностью и мощью. Это моя задумка на предстоящее лето».

«Там я другая»

Выставка «Лица героев» получила такой резонанс, что к Елене Харламовой обратились сразу музей Победы на Поклонной горе, музей-заповедник «Сталинградская битва» и музейно-мемориальный комплекс «Победа» Сахалина с просьбой предоставить свои работы в постоянную экспозицию. Туда художник отправит копии, а оригиналы планирует использовать на выставках.

Недавно центр помощи семьям участников СВО города Химки, куда Елена Харламова обращалась за помощью для военнослужащих, предложил ей подать заявку на конкурс «Женщина-герой». Пояснив, что это поможет с финансированием гуманитарных грузов. Подать заявку на конкурс могут женщины–члены семей участников спецоперации. Разумеется, Елена Борисовна согласилась.

В последние майские дни она много работала с учениками: завершался учебный год. У Елены Харламовой почти все – отличники. Выпустила класс с дипломами по специальности «Художник». Расставаться с ребятами, отпуская их во взрослую жизнь, каждый раз очень нелегко. Но для преподавателя, по собственному признанию, главное, чтобы они все состоялись в профессии и просто были счастливы.

«Так уж получилось, что я всё время «между»: дописала в мастерской портрет бойца СВО, а потом иду к ученикам писать натюрморт, рисовать композицию. С одной стороны, это держит на плаву, потому что всё время быть погружённой в боевую работу очень тяжело. Но мне легче, когда я на фронте: в тылу я далеко, и если что‑то случится, не смогу быстро помочь. Там я совершенно спокойна. На фронте все меняются, и я там тоже другая…»

…В сотый раз Елена Харламова сменит обычную одежду на суровую военную экипировку, сядет в посечённую осколками машину, снова поругает себя за то, что, несмотря на приказ сына купить защиту для себя, опять не купила. Потом успокоит себя: в машине всегда наготове баллистика – лёгкая броня от осколков, а ещё молитвы, написанные мастерицами на лентах сетей. Сядет за руль, погладит на удачу два шеврона, подаренные группировкой «Север» и ротой разведки, и, улыбнувшись, привычно нажмёт на газ: её ждут герои, которых она увековечила на холстах.

Арина Беседина

Фото Арины Бесединой и из личного архива героини публикации