Пример для зятя
Они выросли в одном селе, на соседних улицах, и когда объявили родителям, что хотят пожениться, сразу получили благословение. Маленькая, хрупкая Юля тоже со стальным стержнем внутри. Понятие о патриотизме у них одно на двоих.
Так их учил Юлин отец, большой патриот своей страны, преданный Родине человек, с которым они вместе прожили 12 лет. В мае прошлого года в семье случилось горе: Игорь Юрьевич умер от инфаркта. В первые дни спецоперации он хотел пойти добровольцем, но не взяли по возрасту, ему было 57 лет.
Это отдельная история, ставшая примером для зятя. И в августе он добровольцем через Грозный в Чечне поехал на фронт, заключив краткосрочный контракт на четыре месяца.
За плечами Юрия хорошая моральная и физическая подготовка. В 2009 году служил в армии, попал в войска связи, окончил учебку с военно-учётной специальностью «командир отделения». Потом командировка за командировкой по всей России. После срочки вернулся в село, женился, стал отцом троих детей. Когда началась спецоперация, задумался об участии в ней, и на то были свои причины.
«Мы хорошо знали, что творилось в Мариуполе в марте и апреле 2022 года. Там жила моя бабушка. Она просидела месяц в подвале школы, когда наши освобождали город. А в этой школе нацисты мучили женщин и детей. Бабушка позвонила 1 апреля, сказала, что русские войска вывозят их в Ростов и оттуда они поедут в Белгород. Мы очень обрадовались, потому что до этого связи с ними не было. А бабушкин сын, мой дядя, остался там, и 2 апреля в их дом прилетел снаряд. Погиб и он, и его сын, мы об этом долго не знали», – рассказывает Юлия.
Крепкий тыл
Решение было взвешенным. Родина зовёт, значит, нужно идти. С августа до декабря Юрий в составе штурмовой группы уже не уходил с передовой. Получил государственную награду ЛНР – медаль «За отвагу».
«Он был на Соледарском направлении, мы каждую новость оттуда смотрели, только услышим, что специальный отряд быстрого реагирования «Ахмат» продвинулся, радуемся – ведь в этом и нашего папы заслуга есть, – продолжает Юля. – Мы ловили каждое слово. Он моя опора и защита. Засыпаю с мыслью о нём и просыпаюсь с ней же. Но я знаю, воспитывая его детей, я обеспечиваю ему поддержку. За ним всегда крепкий тыл: жена и трое детей».
Большая мечта Юрия перед отправкой в зону СВО – встретиться со своей командой, с которой он воевал бок о бок три месяца назад.
«Наёмники хорошо знали нашу группу, если мы выдвигались на задание, могли и назад повернуть, – вспоминает Юрий. – Был случай, когда лесопосадку вчетвером держали. Противник пошёл в контрнаступление с танком, нас четыре человека сидит, а они взять не могут. Вот это мотивация. Так нужно воевать. В этот момент я даже записал видео прощальное, когда мы отбивались. Думал, всё. Но нет, нас так не возьмёшь».
По мнению Юрия, многое на фронте зависит от боевого братства, когда взаимовыручка поднимает дух бойца. В качестве примера он приводит такой случай:
«Со мной служил бурят, мы шли на штурм, и ему взрывом мины оторвало часть ноги. Не задумываясь, я побежал на минное поле – вытаскивать его. Понимал, что может ногу оторвать и мне, но времени не было анализировать и взвешивать. Схватил человека и понёс, спас. Он звонил из госпиталя, спасибо говорил».
На мой вопрос, есть ли патриотизм у молодых ребят, Юрий, усмехнувшись, отвечает:
«Сейчас 30-летние парни самоотверженно воюют за нашу Родину. Доброволец, контрактник – это наиболее мотивированный боец, а от мотивации зависит выполнение задачи. И их ничто не остановит. Победа всё равно будет наша. А диванных экспертов много, им передайте: говорите меньше слов, пойдите на фронт и покажите себя».
Елена Ховхун
