Где живут ангелы. Как белгородский хоспис меняет представление о паллиативной помощи детям

«Белгородские известия» побывали в хосписе «Изумрудный город», который с 2020 года принимает маленьких пациентов и их родителей

Фото: Анна Аткина

В «Изумрудном городе» живут дети, которые никогда не станут здоровыми. У большинства из них поражены мозг и центральная нервная система. Но стоит заглянуть в их глаза – и становится ясно: они чувствуют, понимают и переживают так же, как мы.

Нельзя вылечить, но можно помочь

Хоспис «Изумрудный город» расположен в селе Коротком Корочанского района. Здесь по‑настоящему красиво, особенно осенью. Вдалеке виднеются меловые горы, у здания шумят берёзовые рощи, шелестя жёлтыми листьями. На территории много цветов и кустарников, стоят лавочки и большая детская площадка. А само здание с резными башенками словно волшебный замок, устремлённый в небо.

«Мы долгие 5 лет объясняли людям, что хоспис – это не страшно, это не дом смерти, – рассказывает руководитель фонда «Святое Белогорье против детского рака» Евгения Кондратюк. – Детский хоспис должен быть уютным, тёплым, светлым, наполненным жизнью и сказочной атмосферой.Чтобы изменить сознание людей, мы проводили марафоны, читали сказки в прямом эфире, встречались с представителями власти и благотворителями. Благодаря их поддержке нам выделили здание под реконструкцию. Председатель совета директоров агропромышленного холдинга «БЭЗРК-Белгранкорм» Александр Орлов проинвестировал строительство».

Когда хоспис строился, у Евгении часто спрашивали: «Зачем тебе нужна эта автономность?» Но время показало, что всё было предусмотрено верно. 

В хосписе есть собственная котельная, скважина, два дизельных генератора и пищеблок. По словам Евгении Кондратюк, даже в случае масштабного отключения электроэнергии здесь сохранится свет, тепло и вода. Это крайне важно, ведь многие дети круглосуточно подключены к медицинскому оборудованию. Во время обстрелов Белгорода в 2024 году семьи с тяжелобольными детьми находили здесь убежище, живя в хосписе месяцами.

Фото: Анна Аткина

Хоспис внутри совсем не похож на больницу. Просторные коридоры с нежно-зелёными стенами, детскими колясками, яркими креслами-мешками и удобными диванчиками для мам. Огромные окна, изысканно обрамлённые бархатными изумрудными шторами, заливают комнаты светом. Повсюду символика хосписа: башенки «Изумрудного города» и герои одноимённой сказки.

Здесь нет привычных палат – дети живут вместе с мамами в уютных домиках. На каждой двери табличка с именами жильцов. В комнатах есть кровать для ребёнка, просторная кровать для мамы, шкаф, столик, телевизор и большое окно с видом на меловые горы.

Фото: Анна Аткина

«Все сотрудники, включая медсестёр, не носят белых халатов, – рассказывает главный врач хосписа Инна Черкасова. – Мы надеваем фирменные изумрудные футболки. Это помогает создать домашнюю атмосферу. Ведь многие дети годами находились в реанимациях и стационарах. Здесь каждая семья живёт в отдельном доме, где есть всё необходимое. При необходимости с ребёнком может остаться брат или сестра».

В профессиональной среде специалистов по паллиативной помощи есть выражение: «Если ребёнка нельзя вылечить, это не значит, что ему нельзя помочь».

Вместо белых халатов сотрудники хосписа носят зелёные футболкиФото: Анна Аткина

«У неизлечимо больных детей часто есть сопутствующие проблемы, которые нужно решать, – говорит главврач. – Это напрямую влияет на качество жизни всей семьи. Например, если ребёнок долгие годы не спит по ночам, а в хосписе он наконец засыпает, легче становится всем».

Она продолжает:

«Или другой пример. Если ребёнок не может глотать самостоятельно, а мама всё равно кормит его с ложки, остатки пищи могут попасть в дыхательные пути и вызвать пневмонию, а иногда – даже остановку дыхания. Каждая такая пневмония приближает зависимость от кислородного концентратора. Мы объясняем родителям, как этого избежать, и предлагаем установить гастростомическую трубку».

Фото: Анна Аткина

Абилитация вместо реабилитации

Как ни странно, среди неизлечимых заболеваний у детей онкология занимает последнее место. Гораздо чаще паллиативная помощь требуется тем, кто столкнулся с тяжёлыми неврологическими поражениями центральной нервной системы, последствиями родовых осложнений (особенно у недоношенных), врождёнными пороками развития и генетическими синдромами. Такая статистика характерна не только для России, но и для всего мира.

«Если ребёнка признали нуждающимся в паллиативной помощи, это значит, что он не сможет полностью выздороветь, – объясняет главврач. – Паллиатив – это не реабилитация. Здесь нет движения от болезни к здоровью, нет программ, направленных на восстановление утраченных функций. Наоборот, чрезмерная активная реабилитация при тяжёлых формах, например эпилепсии, может только ухудшить состояние ребёнка».

Фото: Анна Аткина

В «Изумрудном городе» с детьми работают по принципу абилитации – помогают сохранить и поддерживать те функции организма, которые ещё возможно удержать, а также предотвращают развитие осложнений. У большинства тяжелобольных детей из‑за поражения центральной нервной системы повышенный тонус мышц.

Если с этим не бороться, состояние со временем ухудшается. Поэтому в хосписе применяют лечебный массаж и занятия в бассейне с инструктором по плаванию.

Фото: Анна Аткина

«В нашем бассейне вода всегда тёплая – около 34 градусов, – рассказывает Инна Черкасова. – Индивидуальные занятия позволяют приостановить или замедлить развитие осложнений. Почти все наши дети, даже те, у кого установлены гастростома или трахеостома, плавают вместе с инструктором. Противопоказанием служит только тяжёлое состояние, когда любая нагрузка может вызвать учащение приступов».

По её словам, самочувствие детей, которые получают помощь в «Изумрудном городе», чаще всего улучшается. Стационар нужен для того, чтобы стабилизировать состояние пациента, обучить маму, как себя вести в экстренных ситуациях, как кормить через гастростому, как обрабатывать находящиеся на теле ребёнка приборы. Когда мама освоила порядок действий и не нуждается в посторонней помощи, семью выписывают домой.

Фото: Анна Аткина

Однако в «Изумрудный город» приезжают и в плановом порядке. Здесь действует программа «Социальная передышка». Родители могут оставить ребёнка на полном обеспечении хосписа на 21 день или другой срок – совершенно бесплатно. Медсёстры обеспечивают детям полный уход. За это время родитель может заняться своим здоровьем, провести время с другими детьми или просто отдохнуть.

«Когда болеет ребёнок, болеет вся семья, – говорит главврач. – Особенно страдают мамы и сиблинги (дети одних родителей, то есть братья и/или сёстры – прим. авт.), поэтому психологическая поддержка для них крайне важна. Когда в хоспис поступает новая семья, психолог обязательно уточняет, готова ли мама к консультации. Обычно женщины соглашаются, а спустя время приводят и своего здорового ребёнка. Наш психолог работает только индивидуально, ведь каждая семья переживает свою боль по‑разному».

Фото: Анна Аткина

«Нельзя делать вид, что этих детей нет»

В одном из домов «Изумрудного города» живёт тяжелобольной ребёнок без мамы – за ним ухаживают медсёстры. Одна из них аккуратно прочистила мальчику дыхательные пути от мокроты, скопившейся после сна. На его теле две трубки: гастростома и трахеостома.

Ребёнок был подключён сразу к нескольким приборам: монитору пациента, кислородному концентратору, инфузионному шприцевому насосу, который подаёт специальную смесь через гастростому прямо в желудок.

Фото: Анна Аткина

Несмотря на сказочную атмосферу, каждый дом в хосписе – это по сути мини-отделение, маленькая реанимация.

«За 5 лет работы «Изумрудный город» стал гораздо профессиональнее, – убеждена Инна Черкасова. – Сформировалась команда специалистов, которые понимают, чем мы занимаемся и как можем помочь в каждой конкретной ситуации. Каждый сотрудник за эти годы приобрёл бесценный опыт работы с особенными, тяжелобольными детьми. Хоспис заметно вырос как организация, оказывающая квалифицированную медицинскую помощь».

Фото: Анна Аткина

В структуру учреждения входят стационар и амбулаторная выездная служба. За 5 лет стационарную помощь здесь получили 543 ребёнка. Выездная служба проводит плановые осмотры на дому – сейчас под её опекой 120 семей.

Для транспортировки тяжелобольного ребёнка нужна специализированная машина. В «Изумрудном городе» есть собственный автомобиль скорой помощи, который доставляет пациентов в хоспис и обратно домой.

По словам Инны Черкасовой, каждый год хоспис пополняется новым медицинским оборудованием: часть приборов закупают за счёт учреждения, другие дарят благотворители.

Вскоре здесь появятся дорогостоящие весы для лежачих больных. Это крайне важно, ведь многие дети не могут сидеть даже с поддержкой: у них деформирован скелет, повышен мышечный тонус.

Почти все пациенты страдают от дефицита массы тела, поэтому им подбирают специальные лечебные смеси. Чтобы отслеживать динамику, нужно регулярно взвешивать ребёнка. Пока медсёстры делают это вручную: мама берёт ребёнка на руки, встаёт на весы, а затем из общей массы вычитают её собственный вес.

В России работает всего около десяти детских хосписов, и «Изумрудный город» единственный в Черноземье. С 2024 года в нём проводят образовательную конференцию «Актуальные вопросы оказания паллиативной помощи детям».

Во второй конференции участвовали участковые педиатры, детские неврологи, реаниматологи и медсёстры из Белгородской и Курской областей. За опытом в хоспис приезжали специалисты из Калининграда, Рязани и Самары.

Фото: Анна Аткина

«Тяжелобольные дети живут рядом с нами, и нельзя делать вид, что их нет, – уверена Инна Черкасова. – Мы накопили большой опыт и решили делиться им с врачами, которые сталкиваются с такими детьми в стационарах или на участках. На конференциях медики знакомятся с оборудованием, которое могут увидеть у ребёнка дома, с типичными ситуациями и вопросами, возникающими у родителей. После наших встреч мамы говорят, что стали общаться с педиатрами на одном языке, а врачи отмечают, что полученные знания помогают им в работе».

По словам Евгении Кондратюк, «Изумрудный город» – это медицинское учреждение с особым уровнем ответственности персонала.Здесь трудятся медсёстры, няни, врачи, бухгалтеры, повара, водители. Недавно штат нянь пополнили студенты-медики. В хосписе работают люди разных возрастов – это большая и дружная семья.

«Моему сыну 18, и этим летом он тоже работал няней в хосписе, – рассказывает Евгения Владимировна. – Конечно, здесь помогают и волонтёры, но это не случайные люди – настоящие профессионалы. Конечно, можно прийти почитать детям сказки, но хоспис – не то место, где можно просто постоять в стороне и уйти, если не понравится. Здесь, если пришёл, – работай. И если каждый будет делать своё дело с душой и ответственностью, мы действительно сможем помочь этим детям».

Фото: Анна Аткина

«Думала, такие дети не живут»

В одном из домов «Изумрудного города» живёт Виктория Мудрик-Швалёва с дочкой. У трёхлетней Вероники эпилепсия неопределённого генеза. Мама вспоминает, что переболела ковидом на четвёртой неделе беременности – как раз в период, когда формируется центральная нервная система ребёнка.

Позже у неё началось подтекание вод, и Викторию госпитализировали на сохранение. На 35-й неделе врачи экстренно сделали кесарево сечение: малышка перестала шевелиться. После родов у новорождённой случилась остановка дыхания, её сразу направили в реанимацию.

Фото: Анна Аткина

«У дочери была клиническая смерть, – с болью вспоминает Виктория. – Насколько пострадал мозг, врачи не могли сказать. Я заметила, что малышка двигала левой рукой и ногой как робот. Невролог назначил серьёзные препараты. Из роддома нас перевели в областную детскую больницу, где мы провели четыре месяца. Когда наконец вернулись домой, у Вероники начались приступы: сокращались все мышцы, она кричала от боли, а я вызывала скорую».

Сначала дочка пыталась держать голову, ела с ложки, сидела в стульчике для кормления, пила из бутылочки, даже дважды перевернулась. Но после очередного приступа снова произошёл откат в развитии.

Позже Викторию с ребёнком направили на лечение в Национальный медицинский исследовательский центр здоровья детей в Москве. Там назначили гормональную терапию, но состояние девочки ухудшилось. Несколько раз она попадала в реанимацию. Обследование показало: у Вероники погибли правая и лобная доли мозга, отвечающие за движения. 

Ей установили гастростому и трахеостому. Врачи признали: лечение не поможет, но эти меры продлят жизнь. В Москве девочке официально присвоили паллиативный статус. Когда Веронике исполнился год, Виктории предложили поехать в «Изумрудный город».

Фото: Анна Аткина

«Врачи сказали: «Сколько ей Бог даст прожить – столько и проживёт. Мы сделали всё возможное», – рассказывает Виктория. – Дочь хочет пошевелить руками, но не может, и я помогаю ей. Во сне она потягивается, как здоровый ребёнок, а когда просыпается – движения становятся резкими. Когда мы попали в хоспис, я была поражена: дочь стала плавать с инструктором в бассейне. Она лежит на воде, словно русалочка, и пытается улыбаться. Вероника стала активнее двигаться, легче дышать, ушли застойные явления в бронхах. Тёплая вода расслабляет её напряжённые мышцы. Раньше я думала, что такие дети не живут, но здесь поняла: возможно всё».

У другого подопечного хосписа, 11-летнего Ярослава, редкий орфанный синдром Нунан. Под наблюдением паллиативной службы он находится уже 8 лет. Болезнь не имеет выраженных внешних проявлений, но поражает внутренние органы – сердце, щитовидную железу, почки.

Фото: Анна Аткина

Мальчику провели уже четыре операции. Сейчас он не все звуки выговаривает, но его речь понятна. Ярослав растёт в многодетной семье, учится дома и даже катается на велосипеде.

«Ярослав не был бы в таком хорошем состоянии, если бы не поддержка фонда «Святое Белогорье против детского рака», – говорит мама Надежда Горяинова. – Когда сыну было 3 года, мы прошли шесть курсов терапии в Бельгии. Дорогу частично оплачивала наша семья, остальное – фонд. До лечения он ничего не говорил и не реагировал даже на мультфильмы, а после стал играть, издавать звуки, различать цвета. Мозг будто включился».

Фото: Анна Аткина

Когда Ярослав был маленьким, они с мамой приезжали в хоспис по два-три раза в год. Во время дистанционного обучения в Белгороде – тоже часто. Сотрудники «Изумрудного города» стали для них почти родными.

«Помню случай, – улыбается Надежда. – Как‑то по коридору шёл главный технолог, отвечающий за питание. Сын громко сказал, что очень хочет пельменей. Через пару дней пельмени появились в меню. Вот такая у нас забота и внимание к детям».

Фото: Анна Аткина

На мой последний, самый трудный вопрос главный врач хосписа Инна Черкасова ответила так:

«За 5 лет в стационаре умер только один ребёнок. Но как бы хорош ни был «Изумрудный город», родители хотят провести последние дни с умирающим малышом дома, сколько бы времени ему ни осталось».

Анна Аткина

Добавить нас в избранные источники: Google News Перейти в Дзен

Другое