Можно обойтись?
В профессии Евгений Реутов уже почти 14 лет. Говорит, пришёл в неё совершенно случайно, как и большинство социологов, начинавших свой путь в 1990-е и с трудом представлявших на тот момент специфику всей работы, ведь ближайший социологический факультет находился в Харькове. Поехать туда? Выход, но учился Евгений тогда уже на историческом факультете Белгородского пединститута. После двух лет работы в школе желание заниматься наукой, связанной с изучением общества, привело его в аспирантуру на открывшуюся социологическую специальность в БелГУ. Именно тогда, в конце 1990-х, он получил первый опыт участия в социологических исследованиях, о которых ранее имел самое смутное представление.
Что изменилось с тех пор? Социология перестала быть экзотикой. Вошла в публичную сферу. Но некое предвзятое отношение к ней, равно как и убеждённость большей части россиян, что без неё можно обойтись, осталось. О чём, к примеру, говорят исследования прошлого года, проведённые Всероссийским центром изучения общественного мнения накануне Дня социолога.
«Как вы думаете, опросы общественного мнения нужны или нет?» – спросили у респондентов. Лишь 23 % ответили «безусловно, нужны», 46 % не уверены в этом, потому выбрали вариант «скорее нужны». Не радужно и представление о том, отражают ли проводимые опросы действительное мнение граждан. Лишь 15 % опрошенных считают, что данные опросов «безусловно, отражают» общественное мнение, а 51 % склоняются к варианту «скорее, отражают».
«В большинстве своём люди воспринимают социологию как некий декор, то, без чего можно вполне обойтись. Обойтись, наверное, действительно можно, но в таком случае общество может стать объектом сугубо технократического, дегуманизированного управления. Такое управление ориентировано на эффективность, но эта эффективность воспринимается предельно узко – вне социального контекста, – говорит Евгений Реутов. – К тому же общество без социологии лишается важного канала обратной связи. И важно понимать, что социолог выступает не только как поставщик информации об общественном мнении, но и как эксперт-аналитик, обладающий прогностическими возможностями».
Но, несмотря на это, востребованность в социальных исследованиях возросла. Основным их заказчиком стали органы власти. И если в 1990-е такой заказ или финансирование в виде гранта считались удачей, то сейчас это уже устоявшаяся практика.
Доверие растёт
Итак, чем же занимаются белгородские социологи.
«Социология – многообразная сфера деятельности, затрагивающая различные аспекты жизни. Социолог занимается подготовкой и проведением социальных исследований, обработкой и анализом статистических данных, – говорит Евгений Реутов. – Опрос здесь выступает как один из основных инструментов получения информации и осмысления социальной реальности. Поэтому, наверное, в представлении многих людей наша работа и ассоциируется только с проведением опросов».
– Какая тематика исследований актуальна для нашего региона?
– Тематика совершенно разнообразная. К примеру, сейчас социологи нашего университета проводят исследования, посвящённые изучению культурно-цивилизационной идентичности населения приграничных регионов России и Украины, миграционных процессов, проблематики социального доверия, оценке потенциала общественных организаций в формировании регионального солидарного общества, отношения к пожилым людям, их социальной адаптации. Часть исследований проводится за счёт федеральных грантов, другая же – это так называемые инициативные исследования, как правило, не финансируемые никем. Это когда человек изучает проблему, разработка которой необходима ему для написания диссертации. И здесь тематика ещё более широка.
Часть социологических исследований проходит по инициативе органов власти. Прежде всего они связаны с реализацией каких-то ключевых программ и проектов в регионе. Эти исследования помогают в первую очередь определить эффективность предлагаемой стратегии, изучить удовлетворённость населения по тому или иному направлению деятельности власти.
– К примеру? Расскажите об одном из последних исследований, заказанных органами власти.
– Не так давно под руководством заведующего кафедрой социальных технологий Валентина Бабинцева мы проводили исследование, касающееся реализации региональной стратегии формирования солидарного общества. Мы пытались выяснить, как люди относятся к идее солидарного общества и вообще имеют ли представление о нём. Изучали, насколько они удовлетворены социальной средой, межличностными отношениями в семье, трудовом коллективе, в месте проживания.
– И к каким выводам пришли?
– Оказалось, информированность населения о стратегии солидарного общества не очень высока. Лишь меньшая часть населения имеет представление об этой стратегии и о солидарности в целом. Однако, замеряя удовлетворённость качеством отношений, мы увидели, в общем-то, позитивную картину: порядка 80 % жителей нашей области удовлетворены отношениями в семье и с родственниками, более 50 % удовлетворены отношениями с коллегами и соседями, а также отношениями между людьми в том городе или селе, где они проживают.
– А что насчёт доверия к власти?
– У нас в последние годы сложился стереотип, что люди недовольны ей, всячески ругают её и не доверяют. Но всё же полученные результаты опровергли это представление. Доверие к институтам региональной и местной власти существенно превышает недоверие. Причём в сельской местности доверие к органам власти выше, чем в городах. О чём это говорит? Не только о том, что в сельской местности меньше проблем, – они там лучше и оперативнее решаются. Это говорит об определённом настрое людей, о социокультурной ситуации. В селе традиционная культура отношений имеет большую силу, а в городе же – нет. Плюс к этому горожане больше информированы. А большая информированность, как правило, и ведёт к большей критичности по отношению к власти.
Не из праздного любопытства
– Евгений Викторович, не секрет, многие люди в силу разных обстоятельств окрестили социологические исследования ненужными, аргументируя это тем, что они не находят практического применения в жизни. Как обстоят дела в действительности?
– Если исследование заказывается органами власти, то его результаты найдут применение, ведь они проводились не просто так, ради интереса. Результаты используются при принятии каких-то решений, разработке тех или иных программ, проектов. Вопрос в том, что зачастую это не всегда предано огласке, поэтому у некоторых и возникает такое отношение.
Поэтому, если нас заботит репутация социологии, её общественная функция, не стоит забывать о важности публикации результатов исследований. Представляя общественное мнение по той или иной проблеме публике, мы, во-первых, стимулируем самих граждан к включению в общественную проблематику и, во-вторых, создаём и поддерживаем обратную связь в системе «власть – общество».
– Вы проводите исследования только по Белгородской области?
– Как правило, да, но не только. К примеру, в уже упомянутом мной исследовании культурно-цивилизационной идентичности населения приграничных регионов круг расширяется: опросы касаются населения нескольких приграничных областей России и Украины.
– Не подсчитывали, сколько исследований в среднем проводят учёные университета за год?
– Порядка 10–15. Затрагивают они, как я уже сказал, совершенно разнообразные проблемы.
Плюс-минус 3–4 %
– Социологи утверждают: если мы хотим узнать мнение россиян в целом по какому-то вопросу, достаточно опросить 1 500–1 600 человек.
– Этот вопрос уже давно решён в статистике и социологии. Такого количества вполне достаточно, чтобы дать полное представление о всей совокупности, но с условиями, что социолог провёл опрос без нарушения методики, произвёл выборку, исходя из основных социально-демографических характеристик населения, используя показатели пола, возраста, типа поселения. То есть структура выборочной совокупности должна соответствовать генеральной совокупности населения в целом.
– И какова в таких случаях доля погрешности исследования?
– Мы получаем представление об общей совокупности, но оно является лишь относительно точным. Есть такое понятие, как интервал доверия, или статистическая погрешность. Она составляет около 3 % в том случае, если объём выборочной совокупности – 2 000 человек. Если исследователь хочет получить меньшую погрешность, то ему следует увеличить объём выборочной совокупности, но в этом случае затраты на его проведение возрастают непропорционально точности.
Общество оптимистов
– Но на результат может повлиять и сама формулировка вопроса.
– Да. К примеру, фонд «Общественное мнение» проводил опрос по теме социального доверия, в ходе которого респондентам задавался вопрос «Как вы считаете, большинству людей можно доверять или в отношениях с людьми следует быть осторожными?». Такая формулировка фактически подталкивает респондента к выбору варианта осторожного поведения. Понятно, что в полученных результатах доверие было выражено слабо – 21 %. Мы же, проводя опрос на данную тематику в нашей области, ставили респондентов перед выбором «можно» и «нельзя». Естественно, получили совершенно иной результат, который нельзя объяснить только региональной спецификой. Доверяющих оказалось большинство, хотя и не явно выраженное – 54 %. Причём мы задавали этот вопрос несколькими годами ранее – в 2011-м. Ситуация разительно изменилась. Тогда доверяющие были в меньшинстве (33 %).
– И кто больше склонен к доверию: мужчины или женщины?
– У мужчин всё-таки недоверие в большей степени развито, нежели чем у женщин. Так что больше на доверие настроены женщины.
Вообще по данным последних исследований можно говорить, что изменился настрой населения региона в плане межличностных отношений, отношения к власти, удовлетворённости состоянием отдельных сфер жизни. К примеру, в недавно проведённом исследовании людей спросили, как изменилась за последние два-три года ситуация в области, районе или городском округе, в котором они проживают. 42 % ответили, что она улучшилась, 34 % – практически не изменилась, и лишь 3,5 % – ухудшилась. Возникает вопрос: в результате чего сформировался такого рода оптимизм? Сказалась ли реализация стратегии солидарного общества, повысилась ли общая эффективность управления? Скорее всего, и да, и нет. Имеет значение, безусловно, и то, что за последние годы у нас не происходило серьёзных конфликтов и экстремальных ситуаций. Поэтому люди восприимчивы к тому позитивно-информационному, что сформировано в регионе.
Однако нужно понимать, что общественное мнение не всегда оперативно и критично реагирует на происходящие события. И здесь очень важна аналитическая работа социолога, не только отмечающего динамику мнений и оценок, но умеющего выявлять скрытые от невнимательного наблюдателя факторы социальных изменений, формирующих наше будущее.
