Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
23 июля 2020,  15:24

Как на арене цирка. Что говорят о своей жизни жители частных домов в центре Белгорода

В гости к белгородцам наведались «Белгородские известия»

Как на арене цирка. Что говорят о своей жизни жители частных домов в центре БелгородаТатьяна и Галина Шаховы во дворе дома на ул. ПреображенскойФото: Валерия Солошенко
  • Статья

Из квартиры родителей на третьем этаже открывался прекрасный вид на дворик маленького домика. Я наблюдала за жизнью его владельцев, как за реалити-шоу.

Знала, что они выращивают гусей и часто ездят на велосипеде. Но что чувствуют эти люди, никогда не задумывалась. Есть ли личная жизнь, когда за тобой постоянно наблюдают соседи в многоэтажках?

Родовое гнездо

Окна издательского дома «Мир Белогорья» тоже выходят на дворы нескольких частных домов на ул. Преображенской. Приходишь утром в офис, а на улице начинает голосить петух. Выглянешь в окно, а там – параллельная вселенная: в одном дворе жарят шашлычки, в другом – загорают и плещутся в бассейне. В этом городском оазисе вечная пятница, а в твоём кабинете – календарный понедельник без перспективы на отпуск.

«В доме семья живёт. Мальчик у них уже подрос. Наш сотрудник как‑то смотрел-смотрел на девушку, которая загорала в купальнике, не выдержал: «Не могу так работать!» Переставил стол подальше от окна», – рассказывает выпускающий редактор Лариса Дмитриева.

Заметив, что женщина опять собралась принять солнечные ванны, спускаюсь к ней в гости. Татьяна Шахова загорает во дворе с детства.

«Я представляю, что я на пляже, – Татьяна в жёлтом купальнике и панамке сидит на старом матрасе посреди зелёного двора. Она опрыскивает водой измученную от жары собаку и даже не смотрит в сторону окон, откуда выглядывают любопытные работники издательского дома. – Меня это не смущает. Люди посмотрели и пошли заниматься своим делом. С другой стороны, неудобно: лежу, как царица, а другие работают. У нас несколько поколений здесь загорает: моя мама, бабушка, прабабушка».

Днём не выходим

Дому Шаховых 115 лет. С улицы он обложен красным кирпичом, внутри отремонтирован, подкрашен. Не догадаешься, что в Великую Отечественную войну его захватили немцы. Хозяева вернули участок после освобождения города. В 1960-х годах на параллельной улице начали сносить частные дома и строить многоэтажные. Рядом с жильём Шаховых появились здания военкомата и МЧС.

«Помню, как заложили первый кирпичик вашей редакции, – присоединяется к разговору Галина Ивановна, мать Татьяны. – Нам повезло, что это не жилой дом, а то были бы как на арене цирка. Днём мы особо во двор не выходим. Я иногда пробегу бельё развесить. А к вечеру люди в редакции расходятся, в выходные совсем никого нет. Мы семьёй выйдем и сидим допоздна. По росе ходим. Внук на качелях качается или в бассейне гарцует. Поливаем цветы и огород».

Флора и фауна на четырёх сотках богатая: пионы, лилии и розы сажали для души, зелень, клубнику и помидоры – на салатик. Под кустом жасмина разместилась хозяйская кошка Муся. Двух кошек с котятами приютили в сарае.

«Здесь живёт семья шмелей, муравьёв много, сорока уже 15 лет прилетает покушать, десять ёжиков по дворам ходят мышей ловить. Под окнами вашей редакции ласточки гнездятся. Соседский петух ходит на два хозяина. Мой двор заменяет мне деревню», – делится Татьяна.

Но городская жизнь в собственном доме отличается от деревенской: обитатели каменных джунглей ходят за картошкой в магазин, а по утрам их будит не только петух, но и поток машин.

«Единственный минус – шум на дороге. Приходится по утрам закрывать окна, чтобы выспаться. Ночью вообще красота: вышел во двор, и одеваться сильно не нужно. А в квартире где бы мы с мужем отдыхали?» – говорит Галина Ивановна.

Несколько раз Шаховым предлагали обменять дом на квартиру, но они не смогли бы жить в четырёх стенах.

«Дочь, когда была замужем, жила с внуком в квартире. Она там задыхалась и бежала домой. Я тоже привыкла быть приземлённой. Здесь всё в шаговой доступности. Скорая – шмыг и приехала. Рядом школа и секция бокса для ребёнка. Мы с мужем три месяца были в строгой изоляции, когда началась пандемия. В квартире бы ку-ку поехала! Нам как‑то говорили, что мы живём здесь как мещане. Конечно, когда‑то наше родовое гнездо снесут. Но хотелось бы переехать в похожий дом», – договаривает пенсионерка, а в это время в соседнем дворе вновь запевает петух.

Сам себе хозяин

Ещё несколько частных домов, окружённых жилыми многоэтажками, стоят на ул. Нагорной, Октябрьской и Белгородского полка. Поднимаюсь на 13-й этаж одной высотки, чтобы подсмотреть за местными. Всё как на ладони: на крылечке женщина играет с девочкой, во дворе через дорогу мужчина разгребает лопатой гору песка. К нему и зайду.

Константин Воронов признаётся: надеялся увидеть на пороге машину со стройматериалами. Но соглашается показать свои владения. Экскурсию начинает у беседки с телевизором. За столом мужчина в синей кепке уплетает салат. Друг хозяина Валерий Лычев живёт в доме, который послужил мне наблюдательным пунктом.

— Мы были знакомы до того, как я переехал сюда. В 2002 году здесь снесли частные дома и построили нашу многоэтажку. Мы купили квартиру и случайно стали соседями. Зато удобно: в окно посмотрел – машина стоит, корефан на месте. Можно в гости зайти.

— Шашлыки пожарить? – поглядываю на мангал.

— Да они уже надоели. А в праздники поднимаемся к нам салют смотреть, – принимается за хлебушек мужчина.

Валерий спустился, чтобы помочь другу с ремонтом дома. Жильё досталось Константину от бабушки. В детстве белгородец жил в квартире с родителями, но все выходные проводил здесь. А через некоторое время переехал в дом с женой.

«Соседи у нас тихие. В округе только одна собака лает, и вся улица ждёт, когда с ней что‑нибудь случится. В доме ты сам себе хозяин: посидишь в беседке, посадишь огурчики с помидорчиками», – показывает на огород домовладелец.

 

Двор облагораживали почти 20 лет. Забронировать бы на денёк этот пятизвёздочный участок: забраться в гамак в тени деревьев, открыть томик «Войны и мира», застрять на пятой странице и смотреть в голубое небо, как Андрей Болконский под Аустерлицем. Или попрыгать на батуте, поиграть на детской площадке, пока соседи не видят? Даже если жители многоэтажки заметят, наверняка позавидуют.

«Конечно, не совсем комфортно, когда на тебя все смотрят, но со временем привыкаешь и не обращаешь внимания. Мы недавно даже сливу посадили, немного отгородились деревом от зрителей. Жена не смущается загорать в купальнике. Можно найти место, где не видно».

Константин считает, что выгоднее купить и отремонтировать частный дом в центре, чем строить коттедж за городом.

«У нас рядом магазины, школы. Трудно каждый день выезжать из‑за черты города, чтобы отвезти детей в сад. Конечно, когда‑нибудь нас снесут. В 2002 и 2010 годах приходили договариваться. Тогда мнения соседей разделились: люди в маленьких домиках захотели квартиры, а те, кто хорошо устроился, в квартиру однозначно не хотят. Если всё же переедем, возможно, продадим квартиру и купим дом. Либо будем ездить на дачу, как это делали наши родители».

За воротами сигналят. Хозяин, не успев пообедать, вскакивает из‑за стола и вместе с товарищем убегает разгружать машину.

 

Приходится терпеть

Если долго блуждать в поисках остановки Мичурина, можно набрести на одинокий голубой дом с табличкой «2-й Мичуринский переулок». В нескольких метрах от него – пять жилых этажей, которые будто свысока смотрят на старую постройку.

 «А что хорошего в этом может быть? Живём как на обозрении», – выглядывает из окна Антонина Николаевна.

Родители белгородки переехали в этот район в 1949 году. После 1960-х соседские дома снесли, а людей переселили в новые квартиры.

«Нам жильё давала другая организация, и район, куда нас решили переселить, не понравился. Мы по традиции жили с родителями, а отец хотел остаться здесь. Теперь приходится терпеть».

На 2-м Мичуринском переулке На 2-м Мичуринском переулке / Фото: Валерия Солошенко

 

Хозяевам без соседей не скучно: в доме живут восемь человек. К тому же всегда можно пообщаться с шумными соседями сверху или автолюбителями.

«С владельцем одной машины у нас скандал был. Ладно, ночью приезжает и грохочет. Но утром она у него заводится по десять минут. Газуют здесь постоянно. Приходится закрывать окна, чтобы не дышать выхлопными газами. Летом жить невозможно. Из многоэтажки иногда кричат, музыку громкую слушают. Но так везде. Выходишь, просишь, чтобы были тише. Приходится договариваться, потому что воевать ни с кем не хочется».

На контрольный вопрос «Хотели бы жить в квартире?» Антонина Николаевна пожимает плечами:

«Я как‑то в квартире ухаживала за кошкой. Шагу невозможно ступить: всё слышно. Возможно, переехали бы, если бы предложили хорошую квартиру или частный дом».

Кажется, пройдёт время, и многоэтажка напротив совсем потеснит этот двор: любопытных глаз и автомобилей станет больше, а рядом, возможно, построят ещё одну высотку. А пока частные домики стоят, напоминая собой маленькую зеленеющую деревню, которую от городской суеты ограждают высокие, как горы, многоквартирные дома.

Валерия Солошенко

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×