• 57,51 ↓
  • 67,89 ↓
  • 2,17 ↓
2 марта 2017 г. 16:33:50

Сёстры Наталья и Ольга Гончаровы возродили древний промысел старооскольской глиняной игрушки

БелПресса
RUпроспект Славы, 100308009Белгород,
+7 472 232-00-51, +7 472 232-06-85, news@belpressa.ru
Уточки, барышни, медведи…
Наталья и Ольга Гончаровы. Фото из книги «Знаменитые земляки»

Гончары Оскола впервые упоминаются в «дозорной книге» ещё в 1615 году, когда в крепости насчитывалось всего 856 человек. Они проживали и трудились в Казацкой слободе.

Мастера гончарного ремесла из поколения в поколение передавали свои технологические традиции. Пока мужчины изготавливали посуду и другой глиняный скарб, их жёны в свободное от домашнего хозяйства время лепили игрушки.

Слобода свистюлишников

Игрушечников в Старом Осколе никогда не считали полноценными гончарами, пишет исследователь народного промысла глиняной игрушки Борис Шевченко. Горшечники их называли «свистюлишниками». Коренные жители Казацкой слободы вспоминали, как в начале ХХ века мастера выносили на улицу игрушки корзинами, а старьёвщики «не глядя» ссыпали их в большие бочки, установленные на подводе.

В середине ХIХ века в городе появились игрушечники-ремесленники, то есть люди, которые занимались только изготовлением игрушек, их продажей и «этим жили». Как правило, это были женщины из гончарных семей.

Самым известным игрушечником этого времени была Татьяна Лисицына, к которой обращались за помощью многие другие мастера. Среди них была и Анастасия Павловна – мать сес­тёр Гончаровых. Ольга Михайловна вспоминала: «В детстве ходила мама к разным мастерам за экземплярами игрушек и наиболее понравившиеся детали из них внедрила в свою игрушку».

Муж Анастасии Павловны, Михаил Кузьмич, имел свою мастерскую и лепил разнообразную посуду: кувшины, корчажки, формы для выпечки куличей, банки для цветов и другие изделия.

Птичка за копейку

В семье Гончаровых было четверо детей: сын Юрий (погиб на фронте во время Великой Отечественной войны) и дочери Евдокия, Ольга и Наталья. Девочки лепили свистульки вместе с матерью. Правда, заработать на этом было проблематично – птичка стоила 1 копейку, барыня или всадник – 5–10 копеек.

После смерти родителей в 1930-х годах сёстры продолжили лепить и продавать игрушки. Евдокия рассказывала: «Летом ещё можно было наняться на полевые работы, осенью били кизяки из навоза». Зимой оставалось только делать свистульки, однако продлилось это недолго. Из‑за запретов, налогов и появления фабричных игрушек промысел сошёл на нет.

Фото из книги «Знаменитые земляки»

Забытый промысел

Разные жизненные пути увели сестёр Гончаровых далеко от их художественного призвания. Евдокия Михайловна перед войной вышла замуж и стала жить отдельно от сестёр, в Губкине. Ольга Михайловна на Донбассе работала в школе библиотекарем. Во время войны вернулась в Старый Оскол и поступила на силикатный завод, а потом работала в райпотребсоюзе мастером по производству безалкогольных напитков. Замуж она так и не вышла, детей не завела.

Наталья в 16 лет устроилась грузчиком на кондитерскую фабрику. Сначала девушка работала в упаковочном цехе, потом – заведующей кадрами. В 1940 году вышла замуж, а в 1941 м родила сына. В самом начале войны муж Натальи погиб во время бомбёжки. После этого Наталья Михайловна трудилась в детском саду, затем до пенсии – проводником пассажирских вагонов.

На пенсии Ольга и Наталья стали жить вместе, но о глине и не вспоминали. Практически забыли о старооскольской игрушке и остальные. На рынке и в магазинах глиняные фигурки ручной работы давно не продавались. Ещё в конце 1940-х годов их вытеснили красивые и недорогие фабричные игрушки из целлулоида, дерева, жести и резины.

Прославились на всю страну

Всё изменилось, когда Гончаровых разыскал знаток народной игрушки Михаил Никитин. Исследователь Шевченко пишет, что тот подробно расспросил сестёр о глиняной игрушке, о том, где добывали глину, кто лепил, как обжигали. В районе старого автовокзала Никитин нашёл выходы глины, подготовил её к работе, принёс сёстрам и с большим трудом уговорил их вспомнить старые навыки. Затем с подсохшими и ещё чёрными слепленными игрушками Михаил Никитин уехал в деревню к приятелю. Там из старого ведра он соорудил подобие горна и всю ночь просидел возле костра, обжигая в этом горне фигурки. На следующий день с белоснежными игрушками он опять появился у Гончаровых, и сёстры с удовольствием их расписали.

Фото из книги «Знаменитые земляки»

Искусствовед увёз изделия мастериц в Москву, и в 1987 году они появились на всероссийской выставке «Народное гончарство России». После этого старооскольские свистульки попали в разные каталоги как образцы одного из двадцати сохранившихся российских промыслов глиняной игрушки.

Так о забытом промысле узнала вся страна. У сестёр появились заказы от различных музеев, искусствоведов и коллекционеров из Мос­квы, Тулы и других городов, а также ученики.

Уточки и петушки

Сёстры Гончаровы лепили игрушки с большой любовью. Глиняных барышень наряжали не в передники, а в яркие платья и высокие головные уборы, напоминающие шляпы-чепчики. Игрушечные мужчины красовались в высоких шляпах и нарядных цветных рубахах-косоворотках, с гармошкой в руках. Много было расписанных узорами петушков и уточек, а также других животных: коней, коров, оленей, медведей, свиней, баранов и прочих. За вечер Гончаровы могли слепить более 50 разных игрушек.

Мастерицы вкладывали в фигурки всю душу. Может быть, поэтому старооскольская глиняная игрушка, в которой отразились века, по‑прежнему вызывает особый интерес. Теперь изделия сес­тёр Гончаровых можно найти в музеях Белгородской области, а также в фондах Художественно-педагогичес­кого музея игрушки в Сергиевом Посаде и во Всероссийском музее декоративно-прикладного и народного искусства.


для комментариев используется HyperComments