• 66,33 ↓
  • 75,39 ↓
  • 2,39 ↑
15 ноября 2018 г. 15:15:16

БелПресса
RUпроспект Славы, 100308009Белгород,
+7 472 232-00-51, +7 472 232-06-85, news@belpressa.ru
Проданная дружба. Как деньги поссорили белгородцев, которые считали себя друзьями
Кадр из фильма «Не может быть!»

«Хочешь потерять друга – дай ему взаймы» – эту народную мудрость подтвердил житель Белгорода Сергей Кушелевич. Он одолжил своему товарищу деньги для покупки дома. Не под честное слово, а под расписку. Но и это не спасло его от судебной тяжбы.

Ошибся в человеке

«Я давно знаком с Алексеем Мальковым, – рассказывает Сергей Кушелевич. – Как‑то он попросил у меня в долг денег для покупки дома. Объяснил, что хочет заработать на перепродаже этого дома за большую цену. Обещал вернуть долг сразу после продажи дома. Я ему поверил. Дружили, всё‑таки…»

И Кушелевич 30 декабря 2014 года одолжил Малькову 2,5 млн рублей. И взял с него расписку. То есть поступил по закону. В соответствии со статьями 161 и 808 Гражданского кодекса РФ договор займа между гражданами должен быть заключён в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда. Простая расписка заёмщика, как в нашем случае, является надлежащим доказательством, удостоверяющим факт заключения договора и факт передачи суммы займа.

«Всякое между друзьями, конечно, бывает, но чтобы так ошибиться в человеке…» – сетует Сергей Вячеславович.

Он три года просил Малькова вернуть ему долг. Тщетно.

«Уговоры не помогали. Он, как говорится, кормил меня завтраками. Верну, мол, со дня на день, – рассказывает Кушелевич. – Я понял, что добровольно он деньги не отдаст, и подал на своего бывшего знакомца в суд».

Денег не брал

В суде представители Алексея Малькова заявили, что их доверитель денег в долг не брал.

«Мы возражаем против иска по той причине, что расписка о якобы взятых в долг деньгах написана самим Кушелевичем, – заявил в суде представитель должника. – О каком долге может идти речь?»

Сергей Кушелевич ходатайствовал о назначении судебной почерковедческой экспертизы, которая, по его мнению, должна была доказать его правоту. Суд удовлетворил это ходатайство истца.

Из заключения экспертизы:

«…Установлено, что представленные стороной ответчика образцы подписи Малькова А.В. существенно различаются между собой по внешнему виду, транскрипции и связности, ввиду чего нет уверенности, что они выполнены одним лицом».

Проще говоря, эксперт не смог ответить на вопрос, сам ли Мальков поставил свой автограф в расписке.

Патовая, на первый взгляд, ситуация. Истец Кушелевич настаивает на возврате долга, а экс-
пертиза не подтверждает подпись ответчика Малькова в расписке.

Но есть нюанс. Пока на время проведения экспертизы был объявлен перерыв судебного заседания, Мальков предложил Кушелевичу заключить мировое соглашение. То есть фактически признал перед ним свой долг. Текст этого соглашения Сергей Кушелевич предоставил суду.

Из материалов дела:

«…Суд принимает во внимание то обстоятельство, что именно сторона ответчика представляла документы с образцами подписи Малькова А.В. и в период рассмотрения спора судом именно сторона ответчика ходатайствовала об объявлении перерыва для заключения мирового соглашения. При таких обстоятельствах суд исходит из факта подписания Мальковым А.В. расписки от 30.12.2014 года о получении денежных средств».

Вернуть с процентами

Должник, однако, настаивал на том, что Кушелевич нарушил процедуру истребования долга.

«Истец должен был сначала решить этот спор в досудебном порядке, – заявил в суде представитель Малькова. – Если бы он так поступил, то и тяжбы, возможно, не было бы».

Однако в соответствии с частью 1 статьи 810 Гражданского кодекса РФ требование суммы займа не означает обязательного соблюдения досудебного порядка урегулирования спора. Кроме того, в Гражданском кодексе не указано, что требование о взыскании долга может быть предъявлено в суд только после направления должнику предложения о возврате займа.

В своём исковом заявлении Кушелевич просил суд взыскать с Малькова, помимо 2,5 млн рублей, ещё и проценты за пользование его деньгами в течение трёх лет.

На основании пункта 1 статьи 809 Гражданского кодекса РФ заимодавец имеет право на получение с заёмщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определённых договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов их размер определяется существующей в месте жительства заимодавца ставкой банковского процента (ставкой рефинансирования) на день уплаты заёмщиком суммы долга. Проценты являются платой за пользование денежными средствами и не могут быть снижены судом. По состоянию на 30 ноября 2017 года ставка рефинансирования составляла 8,25 %. Таким образом, за три года набежало более 601 тыс. рублей процентов.

В итоге Октябрьский районный суд Белгорода 22 марта с. г. удовлетворил иск Сергея Кушелевича. И добавил к сумме взыскания ещё 23 707 рублей возмещения расходов на оплату государственной пошлины.

Повторная экспертиза

Однако противная сторона не согласилась с таким решением и подала апелляционную жалобу в Белгородский областной суд. В ней просили отменить решение суда первой инстанции, упирая на то, что Мальков якобы не подписывал никаких долговых обязательств.

Судебная коллегия областного суда назначила повторную почерковедческую экспертизу долговой расписки. Её провели специалисты Воронежского регионального центра судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации.

Из материалов дела:

«Согласно заключению «…», текст расписки от 30.12.2014 от имени Малькова А.В. в получении в долг денежных средств в сумме 2 500 000 руб. у Кушелевича С.В. выполнен не Мальковым, а другим лицом. Подпись от имени Малькова А.В., расположенная в расписке под текстом слева «…», выполнена самим Мальковым».

Вот вроде бы и всё. Спор разрешён. Отдай долг и живи спокойно. Но нет. Мальков избрал другую тактику. В суде его представитель потребовал проверить финансовую состоятельность Кушелевича. Откуда, мол, у того 2,5 млн рублей, которые он вот так запросто якобы одолжил Малькову?

Но и в этом случае доводы ответчика разбились о гранит закона. Статья 10 Гражданского кодекса РФ исходит из презумпции добросовестности участников гражданских правоотношений, поэтому вопрос об источнике возникновения принадлежащих им средств не имеет значения для разрешения гражданско-правовых споров. То есть истец не обязан доказывать происхождение своих денег. А суд не должен выяснять, имелись ли у заимодавца в наличии денежные средства в необходимом размере для предоставления займа другой стороне.

Из материалов апелляции:

«…Ответчиком не представлено каких‑либо доказательств, свидетельствующих о неполучении им денежных средств по договору займа в сумме 2 500 000 рублей».

Фактически все доводы апелляционной жалобы должника свелись лишь к несогласию с решением суда первой инстанции и в областном суде были признаны несостоятельными.

2 октября с. г. Судебная коллегия по гражданским делам Белгородского областного суда оставила решение Октябрьского районного суда без изменения, а жалобу ответчика без удовлетворения. Теперь Мальков должен будет вернуть не только долг, проценты и судебные расходы, но и оплатить 12 792 рубля за дополнительную экспертизу, результаты которой доказали его неправоту.

Решение вступило в законную силу.

Эту статью я начал присказкой: «Хочешь потерять друга – дай ему взаймы». Ею же и закончу. Точнее, закончу несогласием с этой присказкой. Настоящую дружбу никакой заём погубить не может. Потому что настоящий друг никогда не обманет.


для комментариев используется HyperComments