• 63,92 ↓
  • 67,77 ↓
  • 2,44 ↓
2 июля 2015 г. 16:17:59

Брат и сестра из Валуйского района шли к Победе разными дорогами

БелПресса
RUпроспект Славы, 100308009Белгород,
+7 472 232-00-51, +7 472 232-06-85, news@belpressa.ru
Две стороны одной войны

Пока Павел Лемзяков гнал свою трёхтонку к цитадели фашизма, его младшая сестра Вера выхаживала раненых в эвакогоспитале.

«Шофэр» по призванию

Павел Михайлович Лемзяков из Уразово бодр, подтянут, и это невзирая на почтенный возраст –  95 лет. Разве что с годами слух ослабел, поэтому задавать ему вопросы приходится громко. Да ещё вот ноги мёрзнут –  даже летом по квартире ходит в шерстяных носках.

Прошу его рассказать о войне. В сентябре 1940 года Павла Михайловича призвали в армию. Жил он тогда недалеко от Уразово, в ныне исчезнувшем с лица валуйской земли небольшом селе Подлысянка. До войны работал в уразовской автоколонне –  «шОфЭром» (именно так: с ударением на первом слоге и неожиданной «э» во втором называет Павел Михайлович свою профессию). Служить довелось в Торжке Калининской (ныне –  Тверской) области. В авиачасти, в аэродромно– технической роте.

«Мы помогали самолётам взлетать с заснеженной полосы. Тракторами, «гладилками», катками уплотняли снег, чтобы колёса бомбардировщиков не тонули в снегу», –  вспоминает он свою службу.

Там-то, в Торжке, и застала его война. Держали аэродром, покуда было можно, а потом отступили. Калининский, Брянский, 2-й Белорусский… Покидала война по фронтам ефрейтора Лемзякова. Шоферил он до самого её перелома в составе своей роты. Потом роту расформировали. Павел Михайлович попал в один из батальонов аэродромного обслуживания –  832– й.

«Получил я свой ЗИС– 5, исколесил на нём пол– Европы и после окончания войны сдал его в народное хозяйство», –  гордо говорит Лемзяков.

Вытащил самолёт

На войне случалось всякое. Но два эпизода запомнились навсегда: как дважды его чуть не застрелили –  причём свои же.

В первый раз за то, что, выполняя задание командира роты, ему пришлось ослушаться приказа старшего по званию. А дело было так. На аэродром в Смоленской области, где служил тогда Павел Михайлович, прямо с завода пригнали новые самолёты. Целых 27 штук. А лётчиков по какой– то нелепой ошибке забросили на другой аэродром, ближе к линии фронта. Вот беда: им вылетать в ночь, а до самолётов несколько километров добираться по весенней распутице. Лемзякову как опытному водителю поручили забрать лётчиков с передовой и довезти до самолётов. Поехали на двух авто: он на ЗИСе и его товарищ на грейдере. По дороге видят –  впереди застряли в грязи две машины. И злющий молодой офицер вокруг них бегает, но ничего поделать не может.

«Только я примерился машины эти объехать, он выскакивает под колёса, руками машет: стой, дескать. А куда «стой»?! Остановишься, колёса станут пробуксовывать, сам завязнешь. Я и еду потихоньку. А офицер ярится, не пропускает. Уже на подножку моей машины вскочил, пистолетом машет. Дескать, разворачивайся, не то застрелю», –  вспоминает Лемзяков.

Кое-как убедил он незнакомого офицера, что не может задержаться, чтобы вытащить его авто, –  срочное задание. Проехал рядом с застрявшими машинами и грейдер товарища перетащил через грязь на буксире. И задание выполнил – лётчиков к самолётам доставил в срок.

Вторая история связана с буксировкой самолёта. Не дотянул один из советских лётчиков до своего аэродрома –  горючее вышло. Самолёт посадил на нейтральной полосе – между своими и врагом. Но забрать его –  проблема. Снарядили на задание Лемзякова с бригадой техников. Те шофёру велели машину замаскировать ветками –  и тронулись. На месте хвост самолёта загрузили в кузов трёхтонки, чтобы он вот так на полубуксире на своих колёсах докатился до родного аэродрома. Глянул Павел Михайлович, как самолёт в кузове закреплён –  просто привязан верёвкой –  и расстроился.

«Ваша вязанина не выдержит, говорю. Верёвка порвётся, и самолёт прямо с горки скатится к немцам. Давайте– ка по– другому. А те кричат, грозят оружием, торопят. Только я их не очень– то слушаю, знаю, как оно будет: самолёт потеряем, а обвинят меня», –  вспоминает Лемзяков.

Хорошо, в машине нашёлся железный трос. Им– то Павел Михайлович и стал закреплять самолёт: протянул под стойкой самолёта да кинул через фаркоп грузовика. Старший группы уже за пистолет хватается, а Лемзяков всё гнёт свою линию: щас– щас! –  и продолжает привязывать самолёт к кузову. Наконец тронулись. При первом же рывке верёвка, как предсказывал Павел Михайлович, лопнула. Спас трос. Выехал грузовик на горку к своим и самолёт на себе вывез.

«И вот всем техникам по ордену дали, а мне –  выговор. Дескать, зачем борт с грузовика позволил снять и бросить. А как я им помешать мог? Грязь непролазная. Они борт этот под колёса подложили, чтобы выехать. Подбирать некогда было», –  сетует Лемзяков.

Не давали ошибаться

От Торжка к Брянску, от Брянска к Смоленску и дальше –  за границу… Так в составе Красной армии доехал Павел Михайлович до Чехословакии. Там и встретил Победу. На пиджаке у него наряду с другими наградами красуется медаль «За боевые заслуги». Однако на вопрос, за что наградили, Лемзяков скромно говорит: «За всё, в общей сложности». Он вообще очень скромный человек. Личные заслуги не выпячивает, старается спрятать их за общими словами.

Вернувшись в 1946 году домой, он устроился работать в колхоз. Даже год поработал председателем –  люди выбрали.

«Мне во всём люди помогали. Они мне не давали ошибаться», –  скромно кивает головой Лемзяков.

Жизнь его шла своим чередом. В 1947 году женился, пошли дети –  сын и дочь. Сейчас у Павла Михайловича пятеро внуков и пятеро правнуков. До недавнего времени жил он в селе Тогобиевка, а потом как участнику войны дали ему сертификат на квартиру. Так и переехал в Уразово, в «двушку» на втором этаже многоквартирного дома. Рядом с дверью его квартиры красуется табличка «Здесь живёт ветеран Великой Отечественной войны».

  • Павел Лемякин: «Мне во всем люди помогали»

  • Веря Лемякина: «Во всем люблю порядок»

Прятались в погребе

Нелёгкой оказалась и судьба оставшейся дома, в Подлысянке, сестры Павла Михайловича –  Веры. К 1942 году –  ко времени оккупации –  она только закончила седьмой класс. Село оказалось на стыке боёв –  немцы катились лавиной на Уразово, а оттуда по ним били отступающие советские войска. По ночам семьи селян прятались в погребах. И вот летом русские отступили окончательно: подожгли деревянный мост, заминировали дамбу. Вскоре в Подлысянку вступили завоеватели.

«Нам в школе рассказывали, что они рогатые. А они оказались обыкновенными людьми. Мы, конечно, попрятались, но они нашли нас в погребе. Заглянули проверить –  нет ли солдат –  и пошли по хатам», –  вспоминает Вера Михайловна.

Местных жителей выселили в сараи, сами расположились в домах. Охотились за молоком –
чуть женщина пойдёт доить корову, тут как тут десяток желающих отобрать ведро. Однако селянам недолго пришлось терпеть постояльцев –  через пару дней они ушли в сторону Знаменки. Но местных жителей так или иначе новая власть эксплуатировала. Всю молодёжь –  в том числе и Веру Михайловну –  гоняли на уразовский аэродром: разравнивать взлётную полосу для немецких истребителей.

«А мы каждый раз взлетавшие вражеские самолёты считали и шёпотом молили: хоть бы вы не вернулись!» –  рассказывает Вера Лемзякова.

Санитарка Вера

Зимой 1943 года в Валуйский район вернулись советские войска. И теперь уже для наших самолётов местные подростки трамбовали снег на взлётной полосе (с этого аэродрома, кстати, начал свой боевой путь знаменитый лётчик, трижды Герой Советского Союза Иван Кожедуб).

А в конце лета в Валуйки хлынули потоки раненных в сражении за Харьков. Их размещали в местных больницах, школах, детсадах. Заведующая уразовской столовой позвала Веру с подругами помочь кормить раненых. Харьков отбили – эвакогоспиталю 15/89 нужно было ехать вслед за фронтом. Подогнали товарняк, погрузились –  и поехали валуйские девчата дальше выполнять свой долг перед Родиной.

«Тогда никто не спрашивал нашего согласия –  надо, и всё! Мать поплакала и проводила»,–  вспоминает Вера Лемзякова.

В январе 1944– го ночью пересекли Днепр. Остановились в городе Крюкове Полтавской области –  в здании местного театра. Там Вера Михайловна проработала санитаркой до марта. Была она самой молодой –  17 лет –  но рослой. Прикрепили Лемзякову к гипсовому кабинету. И таких ужасов насмотрелась она за эти месяцы –  до сих пор, говорит, снятся. Не однажды ей приходилось относить ампутированные конечности в погреб при госпитале.

«А я и отказаться боюсь, и нести боюсь. Вот такая из меня вояка оказалась», –  вспоминает Вера Михайловна.

В марте её отправили домой: Красная армия двигалась дальше, к Берлину, а за границу брали только 18– летних.

Во всём –  порядок

Вернувшись в родное село, Вера Михайловна решила доучиться. Пропустив восьмой класс, пошла сразу в девятый. Окончила и устроилась секретарём в Заоскольский сельсовет. Заочно отучилась в Новооскольском педтехникуме. Пришлось поработать и учительницей в сельской школе, и пионервожатой в уразовском детдоме. А потом пришла в библиотеку, да так там и проработала до самой пенсии.

Не сразу удалось ей подтвердить свой ветеранский статус: документов– то не было. По совету знакомой сделала запрос в архив, где обнаружили фамилию Лемзяковой в зарплатных ведомостях госпиталя.

«Да мы и не получали её, зарплату эту. Ни разу. Время такое было: всё для фронта, всё для Победы. Работали за еду», –  вспоминает Вера Михайловна.

Долго она не выходила замуж –  почти все ровесники её, говорит, на войне погибли. Но в конце концов устроила свою судьбу. В 1956 году родила сына Владимира. Сейчас он помогает матери по хозяйству, как и невестка Татьяна. Внучка Вика живёт и работает в Белгороде.

И в доме, и во дворе у Веры Михайловны –  чистота. На грядках –  ни бурьянинки, клумбы все в цветах.

«Это у меня привычка с детства. Во всём люблю порядок. Выхожу в шесть утра с тяпкой полоть сорняки, цветы поливать», –  гордо говорит Лемзякова.

Хотя с возрастом ходить ей всё тяжелее –  даже по дому перемещается с палочкой. Однако Вера Михайловна проводила меня до калитки и улыбнулась на прощание. На воротах у неё тоже висит ветеранская табличка. Но это больше информация для чужих. Свои, уразовские, и так знают, где живут те, кто 70 лет назад –  с автоматом ли в руках, в танке, самолёте, за баранкой грузовика или в медицинской форме –  завоевал Победу.


для комментариев используется HyperComments