Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
15 февраля 2024,  13:40
 89

В Афганистане душманы предлагали большие деньги за жизнь советских лётчиков

В Афганистане душманы предлагали большие деньги за жизнь советских лётчиковАлександр ТыльныйФото: Валерия Шатько
  • Белгородская правда
  • Белгородская правда

В этом году исполняется 35 лет со дня вывода советских войск из Афганистана. Как всегда, 15 февраля к памятнику павшим в Афганистане, что находится возле музея-диорамы в Белгороде, придёт ветеран Военно-воздушных сил, капитан в отставке Александр Тыльный. На гранитном постаменте он привычно положит две гвоздики в память о боевых товарищах, которых ему суждено было пережить.

А рисунок‑то хорош!

Так случилось, что война дважды вписалась в биографию Александра Тыльного. Он родился в Кировоградской области в 1943 году, в самый разгар Великой Отечественной. Тех страшных для всей страны дней он, конечно, не помнит. Но в цепкой детской памяти отложились тяжёлые будни послевоенного времени.

«Помню голод 1947 года, как тяжело было и как очень рано мне пришлось работать по‑взрослому, – рассказывает Александр Пантелеевич. – Я ещё в школу практически не ходил, но уже умел с лошадью управляться. Знаете, как в колхозе картошку окучивали? Лошадка идёт, я веду её за уздечку, а взрослый мужчина плугом окучивает картошку».

Но остались в памяти и светлые моменты, которые зародили в душе мальчугана мечту о небе. В деревню часто приезжал в отпуск лётчик – подполковник Владимир Ищенко. Он заходил в школу, где работала его жена, в сияющей (как тогда казалось мальчишкам) настоящей лётной форме, поскрипывая голенищами высоких хромовых сапог, от чего у пацанов аж дыхание перехватывало. Эти воспоминания Саша Тыльный пронесёт через всю жизнь, выбрав своей профессией авиацию. Но это ещё не скоро, а пока он увлёкся живописью, да настолько, что и на других уроках рука сама тянулась к карандашу:

«В восьмом классе на уроке математики, а преподавал её мой двоюродный дядя, директор школы, я вместо того, чтобы что‑то решать, рисовал одноклассницу, которая мне очень нравилась. Звали её Аня Бодюл, она была молдаванка. За урок я нарисовал её портрет. После звонка тетради собрали, ну и мою, с рисунком этим. На следующий день дядя давай меня перед всеми ругать за то, что на математике рисовал. А после урока подозвал и говорит: а рисунок‑то хорош! И улыбнулся так по‑доброму».

Парень настолько грезил карьерой художника, что в 9-м классе вместе с другом Иваном Мельниченко сбежал из дома, чтобы поступить в художественное училище в Киеве. Но живший там родной дядька, чтобы вернуть сорванцов родителям, слукавил: сказал, что приём документов закончен. По пути домой друзья познакомились с ребятами, которые уговорили их поступать в ремесленное училище в Черкасской области. Там Александр Тыльный получил специальность столяра.

Когда его призвали в армию, судьба сама взяла нужный крен: попал рядовой Тыльный в город Морозовск Ростовской области, в авиационную школу. Учился на лётчика Ан-12. После учебки службу продолжил в Ленинградской области. А там в ангарах не самолёты, а вертолёты. Александр Тыльный рассудил так: значит, судьба летать на них. И в 1962 году началась его служба в ВВС, которую пришлось совмещать с учёбой: командир, узнав, что у его лучшего солдата только девять классов образования, настоял, чтобы тот поступил в заочную вечернюю школу для офицеров Ленинградского военного округа.

«Рядом со мной учились те, кто получил опыт во время войны, настоящие асы лётного дела, и при этом даже среднего образования у многих не было, – вспоминает Александр Пантелеевич. – Мой командир добился, чтобы я, простой солдат, учился вместе с офицерами. После, увидев, что я прилежен в учёбе, направил меня в Харьковское авиационное училище».

Окончив его, Александр Тыльный вернулся в родную эскадрилью офицером.

 

В Афганистане душманы предлагали большие деньги за жизнь советских лётчиков - Изображение Фото: Валерия Шатько

Строго по курсу

Служба побросала Александра Пантелеевича по самым отдалённым точкам – Чита, Воркута. Вместе с ним тяготы армейских будней разделила жена – Клавдия Михайловна, которая тоже служила в военном городке и не раз с замиранием сердца вместе с сыновьями ждала мужа с заданий. А задания были разными – от охраны государственной границы до санавиации. Случались и почётные поручения, которые не всем доверяли. Однажды экипаж, куда входил Александр Тыльный, выделили для обслуживания лётчика-космонавта СССР № 12, генерал-лейтенанта 
авиации Георгия Берегового и его группы офицеров. Задача – доставить их из Воркуты в Амдерму (посёлок в Заполярном районе Ненецкого автономного округа). Метеослужба полёт разрешила. На подлёте экипаж запросил посадку.

«Передаём: такой‑то борт, на такой‑то высоте, с таким‑то курсом, разрешите посадку, – рассказывает лётчик. – Там отвечают: аэропорт закрыт по метеоусловиям, посадку запрещаем. А что же нам, с космонавтом и всей группой назад возвращаться? Летим дальше и вновь запрашиваем посадку. Снова запрещено. Мы передаём: включите систему посадки. Там помолчали, а потом передают: система включена, посадка на ваше усмотрение. Садимся по приборам, строго выдерживаем курс. Уже полоса должна быть, а мы не видим её. Спускаемся ниже и наконец увидели. Туман действительно был сильный. Сели, а куда рулить – аэропорта не видно. Механика высадили, он впереди вертолёта бежал, а мы рулили уже за ним. Докладываем: товарищ генерал, задание выполнено, дальнейшие указания? Береговой молчит. А потом изумлённо всплеснул руками и говорит: «Как они летают, не понимаю!» Мы его слова приняли как комплимент».

Вернусь обязательно

Это только кажется, что вертолёт – маленькая машинка, но аэродинамика у него сложнее, чем у самолёта. Бортинженер 1-го класса Александр Тыльный за долгую лётную жизнь освоил немало стальных стрекоз: начинал с Ми-2, 
Ми-4, потом были Ми-8 (бронированный), МИ-8 ТВ (полубронированный). На этих машинах ему и пришлось выполнять интернациональный долг в Афганистане:

«Однажды собрал нас командир части и говорит: пришла телефонограмма, срочно надо экипаж отправлять в Афганистан. А кого? У нас двухгодичники молодые после училища. Послать их туда на верную гибель? Нужен опытный экипаж. Собрали из нашей старой гвардии, как в фильме «В бой идут одни старики». Врезалось в память, как провожал меня мой сынок Максимка, ему тогда 5 лет было. Прощаемся, а он вдруг говорит: «Папа, а тебя там могут убить?» Я был ошарашен вопросом. Максюша, говорю, нет, конечно, я вернусь к вам обязательно, жди. Вышел за дверь, а в голове его голос звучит».

Это было в феврале 1981 года. В горах Афганистана вертолёты стали самой востребованной машиной – без них не обходилась ни одна операция. «Вертушки» наносили бомбоштурмовые удары, вели разведку, уничтожали караваны, высаживали десанты и группы спецназа, подвозили боеприпасы и продовольствие на поле боя и отдалённые блокпосты, вывозили раненых, охраняли автоколонны. Не случайно вертолётчиков там прозвали ангелами-хранителями. А душманы объявили на них настоящую охоту: за сбитый вертолёт давали 25 тысяч долларов, за живого лётчика – 50 тысяч. К тому же летать приходилось в трудных условиях – рельеф местности своеобразный, да и сама война, когда иногда трудно понять, где моджахеды, а где мирное население:

«Там шла, я бы так сказал, очаговая война: вот кишлак, нам передали, что в нём банда, которую нужно уничтожить. Мы взлетаем и выполняем команду, а потом наши войска окружают кишлак и идут по дувалам, зачищают. Если видим, что где‑то перебежка, по радио корректируем действия наземных частей. Бывало, что бандиты так маскировались, что сверху их можно было за какой‑то булыжник принять. Нам не разрешалось ниже 400 метров опускаться, но мы рисковали и задания выполняли чётко. А сама страна производила гнетущее впечатление. Впервые в жизни я увидел, как землю пашут деревянным посохом. Старики приходили к нам просить хоть каплю керосина. Для них это золото, потому что ни газа нет, ни угля, а вместо дров – саксаул».

Около года прошло в таких командировках. Летали попеременно: три месяца один экипаж, потом другой. От этой войны у Александра Тыльного осталась грамота Президиума Верховного Совета СССР и медаль «От благодарного афганского народа». А ещё – седые волосы у него и у жены, которая всё это время мысленно молила об одном: вернись живым. Он вернулся, дослужил в Военно-воздушных войсках, вырастил двоих сыновей, тоже офицеров. А теперь с удовольствием занимается с внучками и правнуком. И охотно откликается на приглашение школ прийти и рассказать ребятам про Афган, но гораздо больше любит говорить об устройстве вертолёта и о самых интересных случаях, которые с ним произошли за 32 года службы в ВВС.

Арина Беседина

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×