Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
01 марта 2021,  13:40

Чеснок – в Корею, яблоки – в Эмираты. Каким был 2020 год для белгородских экспортёров

Эксперты «Белгородских известий» – директор белгородского Центра поддержки экспорта Павел Деревянко и начальник департамента АПК и воспроизводства окружающей среды Юлия Щедрина

Чеснок – в Корею, яблоки – в Эмираты. Каким был 2020 год для белгородских экспортёровФото: Вадим Заблоцкий (архив)
  • Статья

Кофе, чай, специи, шелуха от какао-бобов, конфеты, мясо, чипсы и ещё много вкусного. Рассказываем, что и кому продали, как пандемия повлияла на экспорт и что от успехов в международной торговле перепало белгородцам.

Коротко о себе: 11 %

Наша область занимает всего 1 % территории страны, а сельхозпродукции в прошлом году продали на 602,5 млн $. Таких подвигов от неё явно не ожидали. В планах Минсельхоза по экспорту даже на 2024 год стоят показатели на 81 млн меньше.

Да и чего ожидать, если который год почти 70 % экспорта – это металлы и изделия из них. ГОКи – наше всё! Они стабильно наращивают объёмы продаж в деньгах и тоннах, в 2019 году дошли до 6,6 млн тонн на 2,2 млрд $. В очереди за металлом Турция, Италия, Египет, Германия, Алжир и ещё несколько десятков стран.

На втором месте минеральные продукты – 12 % экспорта. Главные покупатели руд, шлака, золы, соли, серы, камня и штукатурных материалов – Словакия, Украина, Германия, Япония и Китай. Но с каждым годом им нужно всё меньше, и за пять лет объёмы продаж снизились в три раза – до 3,3 млн тонн.

«Нельзя же бесконечно сидеть на сырье!» – констатирует кабинет министров и неустанно твердит о том, что нужно экспорт диверсифицировать – разбавлять продукцией с высокой добавленной стоимостью. Той, в которую наши граждане вложили силы и душу. В приложении к Белгородской области – это готовая еда и сырьё для её производства. Продукция АПК в структуре экспорта в 2019 году заняла скромные 11 %. Первое ковидное полугодие увеличило значимость еды до 15 %.

Заграница хочет мяса

Гиганты международной торговли – агрохолдинги. В отрасли АПК занято больше 120 тыс. жителей области. Одним компаниям экспорт нужен, чтобы развиваться и уверенно смотреть в завтра, другим – чтобы сохранить своё сегодня.

«Наши основные экспортёры – «Эфко», «Агро-Белогорье», «Приосколье», «БЭЗРК-Белгранкорм», – перечисляет начальник департамента АПК и воспроизводства окружающей среды Юлия Щедрина. – В 2019 году Валуйский сахзавод начал торговать свекловичным жомом и наращивает объёмы. Приоритет экспорта не сырьё, а переработанная продукция, и тут активны «Славянка» и «Белогорье». У них уже сложились торговые отношения с зарубежными партнёрами, их продукцию знают».

Компания «Эфко» в 2020 году перешагнула планку в 1 млн тонн, и 80 % этого объёма делают белгородские предприятия. Продукцию вывозят в 50 стран мира.

«Агро-Белогорье» открыло для себя Гонконг в 2016-м, отправив всего 300 тонн продукции. За четыре года объёмы нарастили до 4,8 тыс. тонн. Основным покупателем с долей 92 % по‑прежнему остаётся Гонконг, 7 % уезжает во Вьетнам и 1 % – в Габон.

«За десять лет собственное производство свинины в России увеличилось настолько, что стало покрывать все потребности, а это 3,3 млн тонн мяса в год. Если в 2010 году страна импортировала 1,1 млн тонн свинины из Бразилии, Аргентины и Евросоюза, то в 2020-м импортной свинины уже не было, – говорит гендиректор торгового дома «Агро-Белогорье» Олеся Дмитрова. – А раз мы достигли потолка, то нужны новые рынки сбыта, иначе будет профицит, который грозит сокращением производства и людей. У нас в ГК порядка 10 тыс. сотрудников. Чтобы не лишать их рабочих мест, платить налоги и выполнять свои социальные обязательства, мы, как и другие российские производители свинины, ищем новые рынки сбыта. В 2021 году Россия планирует экспортировать около 500 тыс. тонн свинины. В планах нашей компании нарастить экспорт вдвое – до 10 тыс. тонн».

 

Чеснок – в Корею, яблоки – в Эмираты. Каким был 2020 год для белгородских экспортёров - Изображение Фото: Владимир Юрченко (архив)

 

Сейчас белгородская свинина и субпродукты уезжают в 14 стран мира, и география будет расширяться. ГК «Агро-Белогорье» прошла аттестацию в Кот-д'Ивуаре, Бенине, Анголе, Украине, Белоруссии, Армении, Казахстане и Киргизии.

Кому пандемия, а кому…

Пандемия закрыла людей по домам, но есть‑то они не перестали. Они перестали работать. Как только остановились китайские заводы и фабрики, сотни других, в том числе российских, производители без боя заняли освободившиеся плацдармы.

«Из‑за физических и ресурсных ограничений наметился сырьевой дефицит, и по некоторым продуктам наши производители просто рванули в гору. Например, вся Россия работала на китайской керамике, в определённый момент поставки встали, и теперь у «Борисовской керамики» поставки расписаны на полтора года вперёд. Старооскольский завод рапсового масла распродал свой годовой запас ещё в марте», – объясняет успех директор белгородского Центра поддержки экспорта Павел Деревянко

Этот государственный институт создан в 2019 году, чтобы помочь выйти на международные рынки мелким производителям.

«Положительный эффект, – продолжает Деревянко, – оказала господдержка: применение нулевой ставки НДС для сельхозпроизводителей и субсидии на перевозку до 50 % расходов сделали российскую продукцию конкурентной».

Из аниса и фенхеля

«Мы не концентрируемся только на крупных производителях. На выставку «Зелёная неделя» в Берлин вывозили и мелкие компании, – там они смогли заключить контракты. Радует, что в экспортный процесс входит всё больше мелких предприятий», – отмечает Юлия Щедрина.

Белгородская область – действительно щедрая душа, а уж география какая! Джемы и мармелады – в Монголию, семена аниса и кориандра – в Нидерланды, фрукты и орехи – в Парагвай, соусы и вкусовые добавки – в США, чаи – в Австралию и кофе – в Молдавию. За пять лет экспорт немясных пищевых продуктов по весу вырос вдвое, в деньгах это с 72 млн до 116 млн $. Только шелухи от какао-бобов на 90 тыс. $ на Украину продали.

Да, результаты невелики – 3,7 % в общем объёме экспорта. Даже с учётом прироста едва перешли отметку в 1,1 млн тонн, но, если переложить цифры и проценты на рядовых белгородцев, всё заиграет другими красками.

С 2007 года НПО «Алексеевское» из Алексеевки делает эфирные масла из кориандра, аниса, фенхеля. У них своё производство и плантации, частично сырьё закупают. «Алексеевское» – одна из 700 компаний, с которыми работает Центр поддержки экспорта.

«Российский рынок им неинтересен: он небольшой, и есть крупные игроки. Экспорт составляет 95 % их выручки. Продают в Англию, Австрию, Испанию, США, Канаду и другие страны», – говорит Павел Деревянко.

 

Растёт сырьё для травяных чаёв Растёт сырьё для травяных чаёв / Фото: Павел Колядин

Долгая дорога в дюны

Подводные камни есть на любом рынке. По еде сложности связаны с продуктовым эмбарго, жёсткими требованиями сертификации и её дороговизной. Сертификация на одну товарную пищевую группу стоит 2–3 тыс. евро. По этим причинам Россия не может поставлять в Евросоюз мясо и молочку.

Помимо сертификации, есть масса других вопросов и затрат, а перспектива всегда неизвестна. Поэтому долгое время малый бизнес не особо стремился на внешние рынки. Дело сдвинулось, когда появились институты, подобные центрам поддержки экспорта, которые взяли эти заботы и затраты на себя.

«Среди наших клиентов – производитель яблочных чипсов. Мы год искали партнёров и вели переговоры с Турцией, и сейчас они на стадии подписания договора. Отправили пробную партию чеснока в Корею, чёрную икру и яблоки уже поставляют в Эмираты. Работаем с мясными чипсами и куриными полуфабрикатами», – перечисляет Деревянко истории успеха. 

Все они начинались с нуля и заняли 8–12 месяцев.

Небольшой производитель чипсов ИП Ланина (торговая марка MultiChips) идёт по этой дороге с 2019 года. Тогда они впервые представили продукцию на крупнейшей выставке еды Food2China Expo в китайском городе Гуанчжоу.

«Мы ещё ведём переговоры с китайцами. Сложилась картина, куда нам выгоднее и удобнее поставлять, мы нашли канал сбыта даже ближе, чем Гуанчжоу, – рассказывает коммерческий директор Андрей Жогов. – Мы подписали контракт, но поставок пока не было: пандемия поставила всё на паузу. Но спрос есть, а значит, с нашей стороны будет и предложение».

 

Чеснок – в Корею, яблоки – в Эмираты. Каким был 2020 год для белгородских экспортёров - Изображение Фото: Вадим Заблоцкий

 

Говоря о перспективах, отмечает, что рынок огромен и зарубежные партнёры озвучивают большие объёмы. Для небольшой компании, в которой трудятся меньше сотни человек, это гарантированная загрузка мощностей на несколько лет вперёд.

«Когда мы начали работать с крупной федеральной сетью, мы нарастили объёмы и набрали людей, – приводит он пример. – Так и здесь. Экспорт – это заработок компании, а значит, возможность развиваться, открывать новые направления и создавать новые рабочие места».

Откуда такая география

В 2019 году Белгородская область торговала со 116 странами мира, из‑за пандемии их количество снизилось до 106. География же Центра поддержки экспорта, наоборот, расширилась на 10 стран. Это результат размещения товаров на электронных торговых площадках.

«Есть много сервисов типа «Амазон» и «Алиэкспресс», но для бизнесменов и представителей определённых отраслей, – объясняет Деревянко. – За границей нет стереотипа, что российское равно плохое, он есть только в России. Во всём мире для клиента главное – цена/качество. Для частного клиента из Канады без разницы, заказывать из Китая или России, ему всё одинаково далеко. Но если товар устраивает, его покупают».

У каждой площадки своя география покрытия, и заказ может прийти из любой страны. Так, в списке белгородских импортёров появились экзотические Танзания, Перу, Нигерия, Того.

Далее всё зависит от активности продавца и скорости его ответа на запросы покупателей. Беда любой маленькой компании – отсутствие не то что экспортного отдела, а вообще отдела продаж. Как правило, этим занимается тот же, кто и производит, – владелец или директор.

 

Чеснок – в Корею, яблоки – в Эмираты. Каким был 2020 год для белгородских экспортёров - Изображение Фото: Вадим Заблоцкий

Найти и удержать

В России 79 центров поддержки экспорта.

«По нашему общему опыту, продаётся всё: от чёрной икры до варенья из морошки. У российской продукции, особенно небольших производителей, уже складывается имидж экологически чистой и вкусной, – продолжает Деревянко. – За полтора года в нашей базе уже больше 700 компаний-экспортёров. Многие говорят о том, что условия для экспорта очень комфортные. Я считаю, что тренд на экспорт только формируется и в ближайшие два-три года он продолжится. Да, мы сделали первый шаг к тому, чтобы переориентировать экспорт с сырья на готовую продукцию. Потенциал белгородских компаний большой. И если раньше тормозила сертификация и оформление документов, то сейчас мы даём инструменты, которые убирают эти тормоза».

По наблюдению Павла Деревянко, многие поняли, что с подстраховкой от государства экспорт не страшен и зачастую это даже проще, чем работа на внутреннем рынке.

По мнению Юлии Щедриной, структура сельского хозяйства давно сложилась и новых продуктов вряд ли стоит ожидать. Перспективы экспорта она связывает с ростом количества экспортёров.

Павел Деверянко видит их в увеличении и качества, и ассортимента.

«Экспорт – это, как правило, долгосрочные контракты в валюте, которые дают нашему производителю объёмы работы и уверенность на несколько лет вперёд, – говорит он. – Интерес будет расти. Наш горизонт планирования – до 2024 года. Думаю, наши компании выйдут на стабильные долгосрочные экспортные контракты».

Интересный факт: с 2015 по 2019 год Белгородская область экспортировала чая на 754 тыс. $ и кофе на 81 тыс. $.

Ирина Дудка

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×