• 63,39 ↓
  • 68,25 ↓
  • 2,46 ↑
28 октября 2014 г. 9:49:12

В Корочанском районе поисковики обнаружили останки солдат Великой Отечественной войны

БелПресса
RUпроспект Славы, 100308009Белгород,
+7 472 232-00-51, +7 472 232-06-85, news@belpressa.ru
Здесь раньше вставала земля на дыбы
Находки поисковиков. Фото Евгения Филиппова

Суббота, 25 октября. Телефонный звонок прервал размеренное течение выходного дня: «Приезжай! – прокричал мне в мобильник Владимир Лазарев. – Мы в поле между Мясоедово и Мелихово. Помнишь мелиховскую траншею? Так вот, мы пошли по ней дальше. Нашли четверых наших солдат…»

Замёрзшие колдобины грунтовых дорог, петлявших между перепаханными полями Корочанского района, не оставляли шансов нежной подвеске иномарки. Я спешил. Темнеет нынче рано, и надо было успеть найти то место, откуда мне звонил военный археолог, сотрудник военно-исторического музея-заповедника «Прохоровское поле» Лазарев. А посему стайка серых куропаток, упрямо бежавшая перед бампером, и худая лиса, перечеркнувшая своим коричневато-рыжим хвостом путь, остались без должного внимания. Немного поплутав между лесополосами, я пересёк дамбу через реку Разумную и на пригорке увидел знакомых поисковиков…

В середине сентября на соседском огороде в Мелихово что-то искали двое мужчин в камуфляжных куртках. Сам по себе факт неинтересный. Мало ли по каким делам они топчут соседний участок. Только вот инвентарь у них был не сельскохозяйственный: металлоискатель, щуп, мешки какие-то да бумага в руках, по которой они то и дело сверяли свой маршрут.

«Чёрные копатели, – подумал я. – Ни стыда ни совести. Уж средь бела дня рыщут». И преисполненный негодования пошёл к ним.

К счастью, я ошибся. Владимир и Юрий оказались поисковиками. По огороду они ходили с разрешения хозяина, а искали не медали и ордена, которые очень ценятся на чёрном рынке, а останки солдат Красной армии.

В руках у Владимира Лазарева смертный медальон красноармейца. К сожалению, записки с именем погибшего в нём не было.
В руках у Владимира Лазарева смертный медальон красноармейца. К сожалению, записки с именем погибшего в нём не было.
Фото Евгения Филиппова

– Как же вы определяете, где надо копать? – поинтересовался я у искателей.

– По воспоминаниям местных старожилов да вот по этой немецкой аэрофотосъёмке 1943 года, – ответил один из них.

На копии фотографии с вражеского самолёта было видно длинную траншею, перечёркивавшую разбомблённое Мелихово.

– Вдоль этой траншеи мы и идём, – объяснил Владимир. – Тут была наша оборона.

– Нашли что-нибудь?

– Останки двух солдат и ящики от 50-миллиметровых миномётных снарядов,– рассказал поисковик. – Видимо, здесь стоял миномётный расчёт.

Так мы и познакомились. Виктор Черных работает слесарем-мотористом, Геннадий Муленко – инструктор по вождению пожарной техники, Андрей Камилов в свободное от поисковых дел время трудится слесарем-сборщиком на одном из белгородских предприятий, а Юрий Иванов – в поисково-спасательной службе регионального управления МЧС. Всех их объединяет историко-поисковый клуб «Огненная дуга».

В двух мешках на фермерском поле, с которого, как на ладони, видна заводь реки Разумной, село Мясоедово и километров на пять окрестные поля, лежат красновато-жёлтые человеческие кости. Рядом – проржавевшие, пробитые осколками солдатские каски, россыпь винтовочных патронов, остатки кожаных ремней, сапёрные лопатки и обувь.

Андрей Камилов показывает, в каких ботинках воевали наши солдаты.
Андрей Камилов показывает, в каких ботинках воевали наши солдаты.
Фото Евгения Филиппова

«Здесь была траншея и ячейки нашей обороны, – махнул рукой вдоль поля Владимир Лазарев. – Вот откопали четверых солдат. У двух были смертные медальоны. Жаль, что пустые», – вздохнул он.

Чуть поодаль Юрий Иванов обследовал металлоискателем уже смёрзшийся чернозём. Пронзительный писк поискового аппарата нарастал. Юрий остановился, отложил его в сторону и принялся протыкать почву двухметровым стальным щупом.

«Есть, – прошептал он, когда металл, воткнувшись метра на полтора в землю, упёрся во что-то твёрдое. – Косточки, наверное», – предположил Иванов.

В это время в почти откопанной пехотной ячейке Владимир Лазарев аккуратно очищал человеческий череп.

– А вот и то, от чего этот солдат погиб, – Лазарев показал чуть сплющенную винтовочную пулю.

– А у меня нога в ботинке, – высунувшись по пояс из окопа, крикнул Андрей Камилов.

На дне ямы, впрессованная в чернозём, лежала человеческая берцовая кость в ботинке. Андрей достал её из земли и положил в стоявший рядом мешок, а из скомканного кожаного ботинка аккуратно, одну за одной, вынул пять косточек – пальцы солдата.

– Ботинки наши, отечественные, – сказал он и, взглянув на подошву, добавил: – Сорок второй размер.

– Бывало, что находили ленд-лизовскую обувь, – объяснил Владимир Лазарев. – Кстати, одна из трёх сапёрных лопаток у найденных солдат тоже ленд-лизовская.

Останки бойцов.
Останки бойцов.
Фото Евгения Филиппова

Как рассказали поисковики, здесь проходила линия обороны Корочанского направления июня-июля 1943 года.

– Но почему вы решили, что была оборона, а не наступление? – спросил я, поёживаясь от колючего, холодного предзимнего ветра.

– Бойцы обутые, – коротко ответил Владимир Лазарев.

– В смысле? – не понял я. – Не босиком же они воевали?

– Когда шло наступление, с убитых обувь, ремни, сапёрные лопатки да и одежду в основном снимали. Она нужна была живым, – объяснил Лазарев. – А в обороне обычно не раздевали. Кроме того, на некоторых останках ноги обмотаны проволокой.

– А это зачем? – всё больше недоумевал я.

– Таким образом убитых стаскивали с полей в траншеи. Где и закапывали.

Поисковики раскапывают окоп.
Поисковики раскапывают окоп.
Фото Евгения Филиппова

Пока мы беседовали, Геннадий Муленко обнаружил ещё два места захоронения.

«Ребята, здесь что-то есть, – сказал он. – Металлоискатель разрывается от писка».

Я переходил от окопа к окопу, и каждый раз поисковики доставали из них что-то новое. Кости складывали в мешки, а каски, остатки ремней, патроны, гильзы и пуговицы – рядом. Здесь же лежал спрессованный от времени кусок немецкой газеты, остаток напильника, ватная трубка и кресало. Это был курительный набор бойца Красной армии.

– Кресалом поджигалась ватная трубка, и пока она тлела, боец прикуривал сигарету, – объяснил Геннадий Муленко.

Немецкая газета пошла на самокрутки.
Немецкая газета пошла на самокрутки.
Фото Евгения Филиппова

– Где будете хоронить найденные останки? – спросил я.

– В Мелихово. Летом, – ответил поисковик.

Октябрьское солнце пряталось за горизонт. Надо было спешить. Лопаты врубались в чернозём, под которым покоились русские солдаты Великой Отечественной.



Справка. «…Утром 7 июля 1943 года на восточной окраине села Мясоедово передовые части 94-й гвардейской стрелковой дивизии вступили в бой с тяжёлыми танками и мотопехотой фашистов. Ожесточённый бой продолжался до поздней ночи, полки дивизии отбили пять танковых атак. Гвардейцы подожгли больше 30 вражеских танков и уничтожили более тысячи солдат и офицеров противника. Немцы были вынуждены отойти на ночь на прежние позиции, в сёла Мясоедово и Севрюково. Оборонительные бои продолжались четыре дня…»

Из истории боевого пути 94-й Красногвардейской, Звенигородско-Берлинской, Краснознамённой, ордена Суворова II степени стрелковой дивизии.


для комментариев используется HyperComments