05.12.2016, Понедельник 21:41
  • 64,15
  • 68,47
  • 2,48
4 мая 2016 г. 15:27:12

«ОнОнас» разбирается, могут ли молодые белгородские учёные выступать в баре

БелПресса
RUпроспект Славы, 100308009Белгород,
+7 472 232-00-51, +7 472 232-06-85, news@belpressa.ru
Вызываем аспиранта на бис
Фото Игоря Гончарова

Представьте, что вы магистрант или аспирант. Ваша исследовательская работа не прорыв, тянущий на Нобелевскую премию, а две странички расчётов внутри какого-то процесса. Вы любите больше времени проводить в лаборатории, чем в общении со знакомыми. И вот теперь вам, такому достаточно погружённому в себя и в науку, предлагают поучаствовать в научном слэме. Вы согласитесь?

Конечно, нет

«ОнОнас» регулярно сообщает о поэтических слэмах в Белгороде, где любители писать и декламировать стихи соревнуются, у кого это лучше получается. А научный слэм – это что? Да такой же турнир, только среди учёных. У участника есть десять минут, чтобы рассказать зрителям о том, чем он занимается и почему это важно. Зрители послушают всех, поаплодируют погромче самому интересному лектору – и таким образом решат, кто победил.

Но слэм проходит не в университете перед коллегами, а вечером в баре перед теми, кого сюда занесло отдохнуть и пообщаться с друзьями. Давайте тут снова пофантазируем, но с другого ракурса: вы закончили в пятницу работать (или сидеть над курсовой), позвонили подружке: «Привет! Я не видел тебя 40 тысяч лет!» – позвали её в бар, пришли, расселись... И тут включается музыка, на сцену выходит человек, который боится софитов и аудитории, но вместо того чтобы разнообразить ваш вечер песенками, рассказывает, как пустить отходы Стойленского ГОКа в переработку, чтобы они принесли пару миллиардов долларов в год. И таких – человек пять-семь.

Вполне нормальной реакцией было бы: «Пошли-ка, подруженька, отсюда, мы же их не перекричим». Но в Германии где в 2006-м придумали такой вид выступлений, научные слэмы стали набирать популярность: вроде пришёл отдохнуть так же, как делал это много раз, а тут и тему для разговора подкинули, и вообще какой-то необычный досуг...

Если что-то придумали в Европе, до России это тоже докатится. В 2013-м во время российско-германского форума слэм устроили в Петербурге. Отсюда начинается история научных боёв в нашей стране.

Провести слэм в крупном городе не составляет труда: тут большой выбор всего. Есть несколько (а то и несколько десятков или даже сотен) вузов, научных институтов и предприятий, которые проводят разнообразные изыскания. В исследовательские группы входят не только матёрые учёные, но и молодёжь, которой, собственно, и разрешается участвовать в слэме. Есть люди, которые научат слэмеров не бояться сцены и говорить проще. Есть большая потенциальная аудитория: выбрать сотню поклонников науки из миллиона горожан гораздо проще, чем из сотни тысяч. И, что немаловажно, в мегаполисе легко найти приличный бар с демократичными ценами, удобным расположением зала и сцены, хорошим звуком и нормальным освещением.

Этим воспользовались Питер, Москва, Самара, Новосибирск, Екатеринбург и другие города России. Особенно хорошо слэм прижился в Томске: там много вузов, где легко найти и участников, и заинтересованных зрителей. Дело дошло до того, что с 2015 года в России появилась ассоциация Science Slam, которая объединяет организаторов из разных городов, помогает тем, кто проводит соревнования впервые, придумывает более узкие форматы (детский слэм – среди школьников, нанослэм – среди тех, кто занимается именно нанотехнологиями). Но самое главное – ассоциация устраивает всероссийский слэм. То есть, покорив аудиторию в своём городе, учёный получает шанс удивить горожан где-нибудь в трёх тысячах километров от родного дома.

  • Слайд презентации одного из участников научного слэма.

  • Призы за победу в слэме – красные боксёрские перчатки. Рядом – микрофон с шумомером.

Хм, возможно...

Давайте снова прикладывать условия задачи к своей реальности. Есть ли в Белгородской области наука? Безусловно: вузы, плюс несколько исследовательских лабораторий за их пределами, плюс предприятия, где надо внедрять какие-то наукоёмкие новинки.

Есть ли у нас молодые учёные? Да практически каждый второй студент: отбрасываем тех, кто скачивает курсовые из Интернета или пишет их в последний момент по книжкам – и получаем море исследований. Да, это не прорывы в науке, но они дополняют какую-то область знания новыми открытиями или дополнительными фактами.

Есть ли в регионе заинтересованные зрители? Ну это уже вам решать. Редакция «ОнОнаса» пошла бы на слэм в полном составе.

Но кое-чего у нас пока нет. Если года три назад шуточка, что лучшие клубы Белгорода находятся в Харькове, вызывала улыбку, то теперь оказывается, что это действительно так. Конкурировать белгородским барам совершенно не с кем, и поэтому их, во-первых, не так уж много, а во-вторых, бороться между собой за атмосферность, ценник или меню им не очень-то и надо. Есть, конечно, прекрасные исключения, но у них свои минусы: например, расположение вдали от центра города, откуда далеко не каждый студент позволит себе такси.

Ещё одна проблема – разговорить учёного. И эта задачка порой сложнее, чем написать курсовую. Проводить много времени над книгами, цифрами, фактами, микроскопом и другими научными атрибутами согласится человек с определённым складом ума и характера. То есть кропотливо выискивать погрешность в расчётах скорее будет серьёзная скромная лаборантка, чем яркий харизматичный шоумен. Как убедить эту девушку выйти к аудитории и рассказать, чем важен поиск этой самой погрешности? Скорее всего, она вежливо ответит, что зрителям в баре этого не понять, а ей самой неинтересно кому-то постороннему что-то доказывать.

Но тут есть подводный камень. Учёным не очень хочется общаться с теми, кто не в теме, но делать это приходится. Ведь если раньше с исследованиями помогало государство, то теперь помощь либо очень мала, либо напоминает тотализатор: готовишь заявку на грант, проводишь исследование, а деньги в итоге могут дать тому, чьи выкладки стране сейчас нужнее.

Поэтому приходится искать инвесторов. А для этого нужно составить пафосную презентацию. В ней должно быть много внушающих цифр, три-четыре эмоциональные картинки и упор на экономику: «Наше исследование принесёт городу 5 млрд рублей в год», – даже если речь вообще-то о том, что каждый водитель сэкономит из своего кошелька по 50 рублей. Но в сумме-то миллиарды! На войне все средства хороши.

Откатимся в реальность. Белгородский государственный технологический университет два года подряд проводил «Шуховские баталии»: отдалённый аналог слэма, в котором выступать надо было в университетской аудитории, а оценки выставляло жюри. Оба раза участвовали представители разных вузов, в том числе из Старого Оскола и Курска. И оба раза выступления были в большинстве своём адаптированы из презентаций для инвесторов. Что это значит? Да то, что на экране высвечивались малоизвестные в широких кругах термины, огромные таблицы с расчётами экономической эффективности, появлялись графики, сравнивающие показатели нескольких опытных образцов. Из бара от такого точно убежишь.

Что с этим делать? Да объяснять аспирантам, почему важно уметь не только добыть философский камень, но и по-разному рассказать о нём коллегам на кафедре, потенциальным производителям, а главное – своей семье. Понимает ли младший брат, что там делает в лаборатории старшая сестра? А бабуля может похвастаться любимой внучкой, объяснив подругам на лавочке, зачем Наташа синтезирует диоксид титана? Этот пласт работы упускают не только в Белгороде, но и во всей стране. А слэмы тут как раз в помощь: организатор разыскивает преподавателей, которые научат, на что сделать акцент, выступая перед парнями с пивом, а что подчеркнуть, общаясь с кружком юных химиков. Есть ли в Белгороде такие преподаватели? Наверняка. Осталось их найти и пригласить к сотрудничеству.

Победители первого белгородского научного слэма – Марина Рыкунова и Эллина Калатози.
Победители первого белгородского научного слэма – Марина Рыкунова и Эллина Калатози.
Фото Игоря Гончарова

Однозначно да!

Во всех примерах, предложенных выше, получился один большой стереотип: что учёные – это те, кто что-то высчитывает или выращивает в лаборатории. Но ведь есть и гуманитарные науки. И в них тоже ведут долгие и упорные исследования, делают открытия, публикуют результаты. Но широкой аудитории трудно понять, что гуманитарии не машинально переписывают абзацы текста друг у друга, а делают важную работу.

Прелесть слэма как раз в том, что в нём участвуют представители разных научных сфер. Например, на первом всероссийском турнире рассказывали, как дёшево напечатать кроссовки на 3D-принтере. И о том, как конструировать химические соединения. И о ведьминых мётлах – это такие аномалии у растений, а томский ботаник придумал, как их использовать в садоводстве. Но победила филолог Александра Исакова, которая исследует, как в Республике Коми люди используют имена персонажей из местных мифов, как они забывают свою историю и культуру. Разве это не важно?

Зачем привозить в Белгород слэм, теперь понятно. И первую попытку уже сделали: всё тот же БГТУ вместе с Роснано провёл 22 марта Science Slam Nano. Скорее всего, вы и не знаете об этом: дело было в середине рабочего дня в кофейне, расположенной вдали от массовых прогулочных троп. Зато теперь вы знаете, почему с первого раза всё и не могло получиться идеально. А организаторы наверняка понимают, что никогда не поздно устроить второй, третий, пятый слэм – и уже так, чтобы люди шли в бар именно на него, потому что «подруженька, там же сегодня учёные выступают!».


для комментариев используется HyperComments