• 57,57 ↑
  • 67,93 ↑
  • 2,17 ↑
10 декабря 2016 г. 12:26:15

БелПресса
RUпроспект Славы, 100308009Белгород,
+7 472 232-00-51, +7 472 232-06-85, news@belpressa.ru
Суд безбожный. Как «Белгородская правда» вела антирелигиозную пропаганду

Газета на протяжении долгих лет оставалась свидетелем и непосредственным участником насаждения в общественном сознании воинствующего атеизма.

После Октябрьской революции отношение к религии изменилось кардинально. Декрет Совета народных комиссаров 23 января 1918 года отделил церковь от государства и школы. Затем партия большевиков постановила, что разрушит «связи между эксплуататорскими классами и организацией религиозной пропаганды, содействуя фактическому освобождению трудящихся масс от религиозных предрассудков».

По первому списку

Впрочем, «Известия Белгородского Совета рабочих и солдатских депутатов» (впоследствии «Белгородская газета», а потом «Белгородская правда») первый критический материал о священнослужителях опубликовала ещё до прихода к власти большевиков – летом 1917 года. В ходе кампании по выборам депутатов городского собрания один из священников агитировал во время службы прихожан: «Христос прошёл бы по первому списку, списку лучших людей». И приглашал голосовать за партию, шедшую под первым номером. «Так‑то не по разуму зачислил батюшка Христа в кадетскую партию и уподобил Астрова и Кишкина основателю христианской церкви», – иронизировала газета.

Напомним, что к власти в Белгороде пришли профессиональные революционеры, в большинстве своём атеисты, для которых любая идеология, не являющаяся коммунистической или демократической, была контрреволюционной. Поэтому издание, которое они курировали, активно полемизировало на духовные темы.

В частности, оценивало обращение Поместного собора к народу, который назвал причиной кризиса в стране бездну нашего духовного падения и опустошение сердца. «Не ошибочность финансовой политики, не разруху промышленности впоследствии саботажа капиталистов… а духовное падение!» – возмутился этому объяснению автор заметки «Голос духовенства», опубликованной 14 сентября 1917 года.

Заботливо избежали

Сразу после Октябрьской революции члены партии большевиков выступали за то, чтобы в антирелигиозной работе «заботливо избегать всякого оскорбления чувств верующих», что приведёт «лишь к закреплению религиозного фанатизма» (программа РКП(б), принятая на VIII съезде партии).

Фёдор Славгородский
Фёдор Славгородский

На деле же в 1918–1920 годах деликатность вылилась в массовое вскрытие святых мощей. 5 декабря 1920 года «Известия Белгородского уездного исполнительного комитета Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов и уездного комитета РКП(б)» опубликовали заметки к вскрытию мощей Белгородского святителя Иоасафа. Их произвели 1 декабря 1920 года по решению V уездного съезда Совета. В комиссию вскрытия вошли представители уездного исполкома, церкви, милиции, профсоюзов и др. Протокол обследования раки опубликовали в газете полностью, детально описав состояние мощей.

Перечитывать этот документ, засвидетельствовавший святотатство, сегодня нелегко. Но тогда, видимо, подробности были необходимы, чтобы доказать обыкновенность останков святого человека.

Публикацию в газете предваряла статья Фёдора Славгородского «Циничный обман и циничные обманщики». Как написал о себе в партийной анкете автор (бывший надсмотрщик железнодорожного харьковского телеграфа), выступать он любил, умел и «очень часто председательствовал». Видимо, составляя тираду против церкви, он представлял себя на трибуне перед многотысячной толпой – такой ненавистью пропитана его речь ко всему человеческому, не говоря уже о самих святых мощах.

«Долой позор русской нации – нетленные мощи, долой обман – святые мощи. Долой обманщиков попов и монахов, которые ещё не желают сознаться в своём бесчестном циничном обмане», – призывал Славгородский.

Эта статья, как показала история газеты, стала самой гнусной в её антирелигиозной деятельности. И превзойти её не смогли никакие другие заметки, задевающие чувства верующих, церковь и священнослужителей. А было их множество.

Покаянные письма

В номерах «Трудового дня» и «Белгородской газеты» за 1922–1925 годы большинство антирелигиозных публикаций сводилось к созданию негативного образа священника. По газете того времени поп – это самогонщик и пьяница, который водит дружбу с кулаками и наживается на крестьянах, исполняя глупые, ненужные обряды.

Так, сообщалось, что 21 мая 1923 года в народном суде слушали дело попа Ивана Дяконова из села Беловского о хранении самогона. Газета разоблачала священника, которому руководство (!) Томаровской волости предписало освятить колодцы в период засухи, а тот потребовал за труд по 1,5 рубля с колодца. Денег у крестьян не было, и сговорились святить за самогон.

В той же волости один из попов опередил комсомольцев, собиравших пожертвования в пользу беспризорных. В результате в его закромах оказалось 5 пудов муки, 4 пуда пшена, 32 фунта сала, а «детям почти ничего не досталось».

В середине 1920-х годов «Трудовой день» начал печатать покаянные письма священнослужителей, в которых они сознавались, что долгое время одурманивали людей, но теперь раскаялись.

«Я рву навсегда с прошлым, преступным и постыдным, никогда ничего не буду иметь общего с ордой вредных советской власти паразитов», – писал псаломщик села Старицы Муромской волости Михаил Елисеев.

О предрассудках

Но атеистами белгородцы стали далеко не сразу. Рвать с религиозным прошлым не хотели даже члены партии.

7 декабря 1922 года на заседании Белгородского уездного комитета партии осуждали факты исполнения религиозных обрядов довольно развитыми коммунистами. На бюро партии регулярно исключали из её рядов за религиозные предрассудки (продолжалось это вплоть до 1970–1980 годов). А точнее, за венчание в церкви, крещение детей, отпевание покойников. «Оставлять гниль религиозного учения» не спешили ни председатели колхозов, ни учителя, которых газета за это костерила.

Три года (1923–1925) при белгородской газете «Трудовой день» издавали специальное приложение «Безбожник». Тираж его в разное время составлял от 600 до 850 экземпляров. В 1928 году в Белгороде открыли филиал Всесоюзного общества «Безбожник». Председательствовал в нём тов. Ладыженский. К концу года белгородский филиал состоял из 15 ячеек по округу, куда входило 370 членов. Занимались безбожники в основном пропагандистскими кампаниями во время религиозных праздников: рассылали тезисы, доклады, листовки. Просуществовал «Безбожник» до начала Великой Отечественной войны.

Революционные и особые

Все, кто в церковные праздники вместо красных собраний и демонстраций шёл на службу в храм, становились поповскими пособниками.

Но вот интересный момент. В одном из январских номеров «Трудового дня» опубликовано постановление 1925 года № 264 от Курского губернского исполкома за подписью председателя Прядченко о праздновании «революционных и особых дней». В нём к революционным относились Новый год, дни памяти расстрела ленинградских рабочих, Парижской коммуны, смерти Ленина и другие. А к особым дням отдыха – Крещение – 6 января, суббота 18 апреля, второй день Пасхи – 20 апреля, Вознесение – 28 мая, второй день Троицы – 8 июня, Преображение – 6 августа, два дня Рождества Христова – 25 и 26 декабря. То есть главные православные праздники. Исключить их сразу из жизни людей власть не решилась, но именно в эти дни делала упор на массовую работу.

«Старый город. Пасхальная неделя. В военном уголке политсостав полка делает доклад на тему «Происхождение религии, происхождение человека». Народу масса. Доклад вызывает оживлённые прения. К сожалению, доклады такого характера делаются очень редко…» – сетовал некто Юзефович в одном из номеров «Трудового дня».

Виновата газета

Активное закрытие церквей в округе началось в 1928 году. По мнению окружного начальства, виноваты в том оказались… заметки в «Белгородской правде». Так, в 1929 году в № 235 селькор П. Куценко написал:

«Чего они ждут? Несколько раз в «Белгородской правде» рабочие поднимали вопрос об использовании церквей, в особенности Смоленской, под хлебохранилище. Есть целый ряд требований избирателей, тысячи подписей стоят под постановлением рабочих собраний, а горсовет всё ещё стесняется отобрать церкви у попов и ханжей».

Потом было ещё несколько атакующих публикаций. В районах руководители восприняли их буквально и стали закрывать храмы в массовом порядке. Хотя, как утверждали власти, никаких директив по этому поводу никуда не направляли. В результате за месяц в десяти районах закрыли 56 церквей и 2 – в Белгороде.

Сама отомрёт

О том, к чему это привело, говорится, например, в письме в «Белгородскую правду» от некоего Наблюдающего. В селе Мазикино Белгородского района решили закрыть церковь, передав здание под школу или клуб. Но «тёмные силы деревни» сагитировали огромнейшую толпу женщин, которые «с дикими криками и причитаниями «антихристы» и «грабят и оскорбляют дом божий», стали осаждать церковь, наступая на членов комиссии с угрозами и страшными ругательствами». Закончилось послание просьбой прислать в село хороших пропагандистов и сообщить о «бабьем бунте» в следственные органы.

Похожие беспорядки прошли во всех районах. Из чего окружные белгородские власти сделали вывод, что на местах «увлеклись административным закрытием церквей» (так докладывал начальник окружного административного отдела Татарников), оставив в стороне массовую работу с населением.

В личной же переписке с одним из глав района Павел Павловцев не советовал ломать церковь, «поскольку с этим делом наворочали часть районов и по сейчас валандаются, а положение серьёзное». Секретарь предлагал «укрепить культурно-просветительную работу, и церковь сама отомрёт».

Вера в новое

Новый виток антирелигиозной пропаганды пришёлся на хрущёвскую оттепель в 1958–1964 годах. Теперь атеистические идеологи взялись в том числе и за сектантов.

В «Белгородской правде» материалы по этому поводу печатались регулярно. Чаще всего они носили характер неких житейских, задушевных размышлений о религии от стариков, бывших священников, общественников.

Но выводы авторов были те же, что и тридцать лет назад. «Сам человек создал бога, – писал в 1960 году А. Скрипченко из Алексеевского района, – и потому верить в бога бессмысленно. Для нас, советских людей, одна вера – вера во всё новое, передовое, вера в счастливую жизнь, вера в мир во всём мире, за который так стойко борется наша Коммунистическая партия».

Пройдёт ещё 30 лет, и вера россиян в мир во всём мире и идеалы партии пошатнётся. Выстоять и пережить тяжёлые времена в истории страны поможет то, что десятилетиями пытались из них вытравить,– вера в Бога. На Белгородской земле заговорят о возрождении духовности, а областная газета опубликует десятки репортажей об открытии новых храмов.

Редакция благодарит сотрудников Государственного архива новейшей истории Белгородской области и Государственного архива Белгородской области за помощь в подготовке статьи.


для комментариев используется HyperComments