04.12.2016, Воскресенье 13:13
  • 64,15
  • 68,47
  • 2,48
17 июля 2016 г. 12:29:50

Почему гипермаркеты не всегда полезны для отечественного продовольствия

БелПресса
RUпроспект Славы, 100308009Белгород,
+7 472 232-00-51, +7 472 232-06-85, news@belpressa.ru
Рынок в сетях ретейла?

Импортозамещение. Продукты дорожают, население экономит, а сети богатеют – примерно такая ситуация сохраняется на рынке продовольствия второй год.

Умерить аппетиты ретейла должны поправки в закон о торговле, предложенные группой депутатов Госдумы в прошлом году. Однако они успели пройти лишь первое чтение в мае 2015 года и несколько смягчиться к моменту второго чтения (которого, к слову, пока так и не случилось). Как инициативы депутатов могут сдержать цены, сколько сейчас накручивает ретейл и может ли общественность повлиять на судьбу законопроекта, рассуждает председатель Комиссии по экономическому развитию, поддержке предпринимательства и жилищно-коммунальному хозяйству Общественной палаты области Василий Золотухин.

— Продукты в магазинах дорожают. Кто виноват в этой ситуации – производители или продавцы?

— В своё время закон о торговле рождался в муках. Это был своего рода пробный шар, и все говорили: давайте годик-полтора поработаем по нему и актуализируем. Сегодня его торпедируют. Никаким чаяниям времени он не соответствует, это обираловка производителей и потребителей. Ну что такое, когда сети могут тянуть по 30–45 дней оплату за поставки! К примеру, возим мы продукцию в магазин через день, значит, она продаётся, а деньги мы в лучшем случае получим через две недели. А мы должны взять кредит, купить сырьё, произвести продукцию, отвезти в торговые сети и потом ждать, когда же нам соизволят вернуть деньги. Получается, производитель кредитует сети? При этом никаких штрафных санкций нет, сети такого разговора даже не допускают. В итоге, смотрите по 2015 году: у производителей – либо стагнация, либо сохранение, в лучшем случае 2–3% роста. А торговые сети имеют 20–30% прибыли.

— Что предлагают изменить?

— В варианте, предложенном группой депутатов Госдумы во главе с Ириной Яровой, предлагалось сократить сроки оплаты и снизить бонусы с 10% до 3%. Простой пример наценки: филе индейки по оптовым ценам стоит в пределах 200 рублей за килограмм, а в сетевом магазине продаётся уже по 360–400 рублей. Почему бы на социально значимые продукты не установить предельные цены? На водку есть рекомендованная цена, на сигареты есть, а почему не установить её на продукты питания?

— Получается, магазины накручивают до 100% от цены производителя. А как же прописанная в нынешнем законе о торговле норма, согласно которой размер вознаграждения магазину не может превышать 10% от стоимости приобретённых продовольственных товаров?

— Эти 10% само собой. Но есть же дополнительные бонусы и надбавки за маркетинг, рекламу, которые сети насчитывают поставщикам. И эти надбавки никем не регулируются: что захотели сети, то и накрутили. Периодически возникают ситуации с лавинообразным ростом цен на соль или гречку. Население недовольно и ругает производителей. Но кто на самом деле эти цены устанавливает?

Кроме того, торговля сегодня не несёт никакой ответственности за качество товара, перекладывая ответственность на производителя. Если недовольный покупатель обратится в магазин с испорченным продуктом, ему вернут деньги, а потом взыщут эту сумму с производителя. И тут нет никаких вопросов, если виноват производитель. А если товар испорчен уже в магазине? Ответственности никакой.

— И всё же производители хотят в сети. Как туда попасть?

— Всё сложно. Ты должен быть № 1, в крайнем случае № 2 по объёмам и качеству производства в своем регионе. С другими они разговаривать вообще не хотят. Попадание на прилавки сетевых магазинов – это кропотливая работа, которая порой требует нескольких лет.

 – А как «Зелёной грядке» удалось? Не успели открыть теплицы, а продукция уже в «Магнитах».

— Поспособствовало то, что турецкие овощи попали под санкции. Поэтому, можно сказать, повезло. В данной ситуации это элемент удачи.

— Разработчики поправок в закон надеются уравновесить стартовые возможности для мелких и средних производителей. Возможно ли это вообще, если они априори разные?

— Сегодня мелкому и среднему производителю пробиться в сети практически невозможно. Да, мелкий производитель не способен покрыть всю сеть, но почему он не может поставлять продукцию в 3–5 местных магазинов этой большой сети? Ответ прост: потому что нет сегодня закона, который бы открыл ему эти двери. Сети относятся к этому делу наплевательски. В регионе представителей ретейлера нет, поэтому мы раз в полгода ездим в Краснодар договариваться с тем же «Магнитом» и каждый раз ведём переговоры с новыми мальчиками и девочками.

— Может, в таком случае маленьким производителям надо не стучать в закрытые двери, а скооперироваться и создать некую альтернативу ретейлу?

— Что им создать, когда всех задавили? Зачем дали сетям возможность понастроить столько магазинов и гипермаркетов? В Западной Европе, когда поняли, что вековые традиции мелкотоварного производства – булочные и так далее – стали из‑за торговых сетей погибать, власти приостановили расширение торговых сетей. И процесс пошёл назад! А у нас? Мы оправдываем ситуацию безжалостными законами рыночной конкуренции. Но в том‑то и дело, что конкуренция должна быть здоровой, и пора ограничить количество «гиперов» и «суперов» на душу населения. С моей точки зрения, нужно, чтобы не больше 50% рынка занимала сетевая торговля, а ещё половина должна приходиться на долю малого предпринимателя, который занимается торговлей у дома. А мы их всех удавили этими сетевыми магазинами.

— Маленьких производителей никто не слышит, потому что каждый из них сам по себе. Понятно, что если бы они объединились в кооператив или ассоциацию, то отстаивать свои интересы было бы легче. Но они не слишком торопятся это делать. Почему?

— Думаю, это вопрос времени. Пока у нашего бизнеса ещё нет этой самой культуры объединения и совместного лоббирования интересов. Производители собираются под эгидой «Опоры России», пытаются организовываться в ассоциации. Но потребуется ещё немало времени, чтобы они научились договариваться и доверять друг другу.

— Могут ли бизнес, ассоциации, общественность, в том числе Общественная палата, повлиять на судьбу законопроекта?

— Мы подаём соответствующие сигналы «наверх», но пока на федеральном уровне всё ограничивается лишь разговорами. Сегодня цепочка между производителями продуктов питания и потребителями этой самой продукции почти никак не регулируется. И в той ситуации, в которой оказалась наша страна после санкций, торговля стала тормозом в снабжении населения качественной отечественной продукцией.



В тему

Под ретейлерами обычно понимают крупные торговые сети, владеющие сотнями и тысячами магазинов с единым названием. Для розничного рынка России характерна постепенная консолидация основных игроков. При этом на российском рынке присутствуют как российские, так и зарубежные сети.

Общий объём мировой розничной торговли равен примерно 10 трлн долларов. При этом на долю стран Западной Европы приходится порядка трети, а на долю России – около 2% мирового рынка.
По мнению многих экономистов, одна из главных проблем ретейла, характерная и для России, и для многих зарубежных стран, – повсеместная практика «входных бонусов». Производитель или поставщик вынужден платить торговой сети за включение товара в ассортимент. При этом стоимость этого «входного билета» за единицу продукции может достигать сотен тысяч рублей. Эту сумму производители вынуждены закладывать в стоимость единицы продукции, которую в итоге платят потребители.

Известны случаи скандалов и судебных разбирательств, посвященных конфликтам на почве барьеров на входе в сети. Большой резонанс получили события, относящиеся к 2005 году, когда крупнейшие норвежские розничные сети были обвинены в нарушении правил честной конкуренции на волне возмущения общественности.

Представители розницы аргументируют свою позицию тем, что входной бонус является «фильтром», позволяющим отсеивать ненадёжных партнёров, небольшие компании, которые не готовы обеспечивать качество продукции, бесперебойность и ритмичность поставок. По их мнению, плата за полку служит доказательством серьёзности намерений контрагента и его заинтересованности в долгосрочном сотрудничестве.



Справка

Василий Золотухин родился в 1958 году. Окончил Курский сельскохозяйственный институт имени профессора И. И. Иванова по специальности «Механизация сельского хозяйства». Работал инженером на различных аграрных предприятиях. В 1985–1990 гг. – начальник автотранспортного цеха, затем начальник очистных сооружений, затем заместитель директора по коммерческим вопросам совхоза «Губкинский» Белгородской области. Прошёл путь от главного инженера до гендиректора ОАО «Губкинский мясокомбинат» Белгородской области. Организовал и возглавил группу компаний «Губкинагрохолдинг», впоследствии преобразованную в агропромышленную группу БВК, где он занимает должность председателя совета директоров. Кандидат сельскохозяйственных наук. Председатель Комиссии по экономическому развитию, поддержке предпринимательства и жилищно-коммунальному хозяйству Общественной палаты Белгородской области.


для комментариев используется HyperComments