• 63,39 ↓
  • 68,25 ↓
  • 2,46 ↑
19 ноября 2014 г. 8:00:12

«ОнОнас» выяснил, чем живут белгородские руферы, диггеры и сталкеры

БелПресса
RUпроспект Славы, 100308009Белгород,
+7 472 232-00-51, +7 472 232-06-85, news@belpressa.ru
Рождённые лазить
Фото Explorer

Их считают крутыми парнями, экстремалами, городскими сумасшедшими, просто сумасшедшими или нарушителями порядка. Так, в общем-то, бывает с представителями многих субкультур. Эти – залезают на крыши и высотные конструкции (руфинг), исследуют подземные сооружения (диггерство), проникают на заброшенные, а порой и действующие промышленные, военные и иные объекты (сталкерство). Перечисленные увлечения часто объединяются под словосочетанием «индустриальный туризм». Такие «туристы» не очень-то любят «палиться», но мы нашли в Белгороде двоих парней, согласившихся побеседовать.

В этой среде иногда обращаются друг к другу не по именам, а по позывным. Наши собеседники – в миру Алексей и Георгий – ищут «залаз» (путь проникновения на объект) как Explorer и Кот.

Explorer давно живёт в областном центре и за три года диггерства облазил множество местных и окрестных «заброшек», защитных сооружений, объектов гражданской обороны и других труднодоступных локаций. Кот в Белгороде всего несколько месяцев, да и вообще индустриальным туризмом увлёкся только полгода назад. Зато уже успел отметиться на вершине нашей 220-метровой телевышки, вызвав резонанс в соцсетях.

Попытаемся понять, как, чем, а главное, зачем рискуют исследователи непопулярных пространств.

Мотивы и перспективы

– Почему ты выбрал такой необычный досуг?

Explorer: Друг этим занимался, много рассказывал – стало интересно, захотелось самому попробовать. На заводах, в убежищах есть документация, из которой больше узнаёшь, например, о системе гражданской обороны; часто на объекте можно сфотографировать что-нибудь необычное. Руфинг – это всегда классные виды и красивые кадры. К тому же с охраной сталкиваешься реже, чем в диггерстве. Вообще сам процесс преодоления охраны или высоты бывает даже интереснее объекта или открывающегося сверху пейзажа.

С крыш некоторых жилых домов можно увидеть город с необычного ракурса.
С крыш некоторых жилых домов можно увидеть город с необычного ракурса.
Фото Explorer

Фотографии, отчёты я публикую в «ЖЖ». Народ читает, комментирует, задаёт вопросы… Хотя люди и раньше всюду лазили – просто тогда не было блогов. А сейчас всё выкладывается в сеть, информацию нетрудно найти в открытом доступе.

Кот: По мне, основная цель сталкерства – показать обществу, как государство уничтожает собственную инфраструктуру. На Донбассе, откуда я приехал, закрыли шахты и другие предприятия, которые ещё могли бы работать и приносить пользу экономике города, области, страны. Приходят в негодность станки, всё распиливается на металл, переплавляется, сдаётся и продаётся – никому ничего не нужно. А мачты, телебашни воспринимаю просто как интересную цель. Почему бы её не добиться?

Помещение одного из заброшенных заводов.
Помещение одного из заброшенных заводов.
Фото Explorer

– На объект обязательно нужно идти с кем-то? Или можно обойтись без напарника?

Кот: Это тот случай, когда один в поле не воин. Считаю, что никуда не стоит ходить одному. В Луганске у нас сформировалась определённая команда: сначала меня поддержали двое друзей, а позже присоединился ещё один парень, фотограф. В Белгороде нашлись единомышленники среди соседей по студенческому общежитию.

Explorer: Бывает, я в одиночку выбираюсь, бывает, с кем-то. Плюсы и минусы есть и там, и там. Когда ты один, то ни за кого не отвечаешь, меньше палишься. Если в компании – вылазка получается веселее. Хотя группой больше четырёх человек ходить нельзя – увеличиваются шансы быть пойманными.

Кажется, нет ни одного диггерского сообщества, в котором бы не упоминалась аббревиатура ЧОП (частное охранное предприятие). Какую угрозу вы представляете друг для друга?

Кот: У ЧОПа работа такая – охранять имущество объекта. Они же не знают, кто ты: сфотографировать пришёл, просто посмотреть или спереть цветмет? Как-то на одном военном объекте меня вежливо попросили удалить все снимки из фотоаппарата. Благо в телефоне немного осталось, но я не рискнул их публиковать.

– А возможно ли попасть на интересующие вас территории легально?

Explorer: Возможно. Приходишь, представляешься блогером, разговариваешь с охраной или администрацией. Но пропускают редко. Некоторые по «баянам» лазят – то есть там, где охраны нет вообще. Правда, толку от подобных объектов мало: они либо разворованы, либо изрядно побиты, либо на них обитают бомжи. В Белгороде есть такой, мы его называем «графа». Находится на Харгоре, недалеко от второй горбольницы. Одни говорят, что там был гараж пожарных машин, другие – цех какого-то завода… Короче, сейчас это просто бетонное двухэтажное сооружение, куда приходят пива попить. Сейчас его уже сносят.

Кот: Такое практикуется. Иногда стоит попробовать договориться заранее, получить разрешение на съёмку. Тебе даже могут в качестве провожатого какого-нибудь слесаря дать, который проработал, например, на этом брошенном заводе не один десяток лет. Он столько расскажет, что ты никогда бы не узнал! Поэтому легальные экскурсии бывают даже лучше, чем самостоятельные.

Руферы страются не «светить» свои лица перед фотокамерами.
Руферы страются не «светить» свои лица перед фотокамерами.
Фото Explorer

Теория и практика

– Какой объект ты мечтаешь увидеть? Куда полезешь в ближайшее время?

Кот: Думаю, каждый уважающий себя сталкер хочет побывать в Чернобыльской зоне отчуждения – хотя бы легально, посмотреть что к чему. А дальше от желания зависит. Я, например, пока не уверен, что через пять лет буду заниматься этим делом. Ещё планирую поехать в Белоруссию, посетить заброшенные ядерные хранилища. Ближайшая цель – город Галич Костромской области. Там находится ретрансляционная мачта высотой 355 м – это самая высокая «заброшка» России. Но сейчас многое упирается в погодные условия (обледенение, порывы ветра).

А в Белгороде полазить особо негде. Я считаю его чудесным городом с обалденной инфраструктурой, он развит во всех сферах, он – для людей, и это замечательно. Просто диггеру здесь не развеяться.

В одной из меловых штолен под Белгородом.
В одной из меловых штолен под Белгородом.
Фото Explorer

Explorer: В Белгороде находится около 150 убежищ! Я много где был, не сосчитать. Но ещё больше объектов неизвестных, которые только предстоит найти. Убежища, допустим, ищутся по аварийному оголовку или вентиляционным шахтам, располагающимся над землёй. На одной из сторон аварийного оголовка стоит решётка, за ней – галерея аварийного выхода (тоннель от 1 до 15 м) и гермофорточка (дверца вентиляционной системы). Открываешь её – и попадаешь в убежище. Но по пути часто встречаешь различные датчики, замки, а иногда эти дверцы просто заварены.

– Расскажи о местах или находках, которые тебя особенно впечатлили.

Explorer: В Курске убежище одного завода запомнилось, рассчитанное на 500 человек. Полный порядок, стены покрашены; дизель, свет – всё в исправности. В общем, идеальное состояние! То есть в случае чрезвычайной ситуации можно было бы сразу заселяться. Такое сейчас редкость. Зачастую убежища или развалены, или переделаны под какие-то другие цели, чаще всего склады.

Это убежище в Курске находится в отличном состоянии.
Это убежище в Курске находится в отличном состоянии.
Фото Explorer

В Губкине любопытный объект был – по всему убежищу портреты расставлены. Я его в отчёте назвал «Картинная галерея». Серьёзный «залаз» был на недостроенную атомную станцию в Воронеже – там двойной периметр ограждений, охрана на вышках, постоянные патрули, камеры, колючая проволока под напряжением…

Убежище «Картинная галерея» в Губкине.
Убежище «Картинная галерея» в Губкине.
Фото Explorer

Кот: Как-то на «заброшке» зашли в ангар, а там вагон стоял – что-то типа подстанции своеобразной. Нашли журнал посменный, и мой напарник увидел фамилию своего родственника! Было и неожиданно, и приятно, и вместе с тем как-то странно... В Белгороде понравилось на меловой штольне – для местных это «баян», наверное, однако всё равно очень красиво. И, может, немного не в тему, но в Воронеже впервые попробовал прыжки с моста (роупджампинг) – затянуло меня это дело!

– Что нужно знать о снаряжении руфера/диггера?

Explorer: Необходимо иметь фонарь, а лучше два – я всегда беру налобник и ручной. Если объект загазован или на нём хранятся химикаты, то потребуются средства индивидуальной защиты типа респиратора. Чтобы преодолеть какое-то заграждение, нужна прежде всего смелость. Физическая подготовка, конечно, тоже необходима, но психологическая важнее. Новичкам я бы советовал сначала опытных людей найти, не соваться сразу на серьёзные объекты, походить по менее охраняемым. Просто начинающие могут спалиться, а потом охрану усиливают вдвое. И они обычно «дестроят» (разрушают объект), «хабарят» (забирают интересные вещи), что не есть хорошо.

В арсенале настоящего сталкера обязтельно должны быть средства индивидуальной защиты.
В арсенале настоящего сталкера обязтельно должны быть средства индивидуальной защиты.
Фото Explorer

Кот: Одеваться надо так, чтобы было не жалко потом всё выбросить. То есть когда надо упасть лицом в грязь – быть готовым упасть не задумываясь, если сильно зацепился – ножиком чикнуть и оторвать часть ткани. Обязательна удобная обувь, для сталкерства лучше подойдут берцы (не промокнут и никакая бяка не попадёт). Если идёшь далеко и, возможно, заночевать придётся, надо брать термос с чаем и тушёнку, например. Важно, чтобы всё было хорошо уложено и ничего не телепалось. И самое главное в нашем деле – это аптечка. Чтоб если порез какой, рядом были бинт, спирт, перекись. А для руфа по-любому нужны перчатки, потому что иначе остаются сильные мозоли. И какая-никакая физподготовка. Я на телевышку лез долго, больше часа, и руки в локтях уставали сильно. А когда слез, ноги гудели жутко, идёшь – а они подкашиваются.

– Есть ли в индустриальном туризме девушки?

Explorer: Девушки-руферы не такое уж редкое явление, а вот диггеров гораздо меньше. Хотя есть достаточно известный блогер Лана Сатор. Она, можно сказать, диггерством живёт.

Опасность и ответственность

– Тебе всегда удавалось уйти от охраны?

Кот: Был один «запал» (обнаружение диггеров на объекте). На шахте. Мы полезли на копёр (строительная машина для установки свай), хотели его заруфить. Но конструкция оказалась ненадёжная – передумали. Спускаемся – а внизу охранник с фонариком. Деваться некуда. «Да, понимаем. Да, опасно. Да, дураки. Да, больше не будем». На этом всё.

Вообще ЧОП – не основная опасность. Это всё-таки человек, да, может и отпинать, но ты всё равно знаешь, чего от него ожидать. А на любой «заброшке» есть собаки и другие животные. Вот они непредсказуемы: то ли накинется, то ли погонится, то ли просто хвостиком помотыляет. Плюс «дестрой»: надо постоянно смотреть и под ноги, и вверх, и по сторонам, чтобы ничего не повредить.

Так выглядит город с высоты в 220 метров.
Так выглядит город с высоты в 220 метров.
Фото Кота

Explorer: С охраной проблем не было, полиция нами особо не интересуется. Да и я бы не сказал, что это занятие обязательно повлечёт какие-то серьёзные последствия. За проникновение на режимный объект максимум грозит «Мелкое хулиганство» (вроде рублей 500 штраф), замок сломал по пути на крышу – то же самое. Другое дело, если люди пробираются к бункерам ПВО и прочим секретным объектам или «хабарят» имущество – тогда мало не покажется.

– Как ты относишься к тому, что с твоего штурма телевышки кто-то решит взять пример? (Коту)

Кот: Я думал об этом. И, если честно, испугался, что на фоне моего «залаза» начнётся непонятно что. Не исключаю, что энергомашевская труба, на которую позже взобрались ребята, последствие моего поступка. Но с другой стороны, каждый должен отвечать за себя. Куда-либо лезть надо, только если ты полностью уверен в собственной безопасности. Главное, считаю, беречь своё здоровье, оно всегда должно быть на первом месте.

Кот живёт в Белгороде всего несколько месяцев, зато уже успел позавтракать на вершине телевышки.
Кот живёт в Белгороде всего несколько месяцев, зато уже успел позавтракать на вершине телевышки.
Фото Кота

– Да, но я видел в СМИ информацию, что ты подвергся электромагнитному облучению…

Кот: Этот момент пока остаётся для меня загадкой. Полагаясь на опыт руфинга вышек сотовой связи, могу сказать, что находиться перед антенной опасно, а вот за ней – безвредно для здоровья. Я решил, что у телебашен схожий принцип работы и всё будет нормально. Не знаю… Прошло уже больше месяца, чувствую себя отлично. А вот товарищи из Челябинска, пытаясь заруфить подобную башню, получили ожоги второй степени (током ударило) и были вынуждены быстро свинтить с точки. Такие дела.

Мир глазами Кота.
Мир глазами Кота.
Фото Кота

 


От редакции

Explorer прав. С юридической точки зрения крыша принадлежит всем собственникам жилья, находящегося в доме. То есть любой собственник имеет полное право разрешить своим гостям подняться на крышу, чтобы подышать свежим воздухом или полюбоваться пейзажем. Ломать замок от чердака нельзя, это нарушение. Вам могут вменить мелкое хулиганство и наложить штраф 500 рублей (либо арестовать на 15 суток). При этом даже если вы взобрались на крышу чужого дома и при этом не шумите, не ругаетесь и не совершаете иных правонарушений, привлечь вас к ответственности будет сложно – таких статей нет ни в КоАП, ни в УК. Но если при нахождении на крыше вы испортите муниципальное или частное имущество, вас привлекут к уголовной ответственности (ст. 213 УК РФ).

Самовольное проникновение на охраняемый в установленном порядке объект наказывается штрафом от 300 до 500 рублей (ст. 20.17 КоАП). Прямо скажем – ни о чём. Но здесь также не стоит забывать о последствиях порчи имущества. Кроме того, «хабарить» на языке закона значит «совершить кражу». А это – 158-я статья Уголовного кодекса. Там штрафы идут уже на десятки тысяч и можно даже оказаться за решёткой.

Добавим, что мы не хотим ни романтизировать, ни кошмарить индустриальный туризм. Да, если бы «ОнОнас» был телевизором, мы бы на всякий случай написали на экране: «Не повторять». Но не Explorer’у, не Коту и не «ОнОнасу» учить вас жить. Право выбора – священное право каждого.

Прочитать другие статьи ноябрьского «ОнОнаса» можно, взяв журнал в местах распространения.


для комментариев используется HyperComments