24.09.2017, Воскресенье 20:39
  • 57,65
  • 69,07
  • 2,20
8 января 2017 г. 17:54:08

В Белгороде набирает обороты новый вид замешанного на здоровье бизнеса

БелПресса
RUпроспект Славы, 100308009Белгород,
+7 472 232-00-51, +7 472 232-06-85, news@belpressa.ru
Как платёжеспособным белгородцам «помогают» худеть
Фото с сайта likar.info

К «бесплатным» косметическим процедурам и волшебным чемоданчикам с кремами за кругленькую сумму добавляются центры, предлагающие белгородцам радикально похудеть.

Схема их работы достаточно проста. Под благовидным предлогом вас приглашают в клинику на «совершенно бесплатную» диагностику организма, а затем незаметно уговаривают заказать несколько медпроцедур и оформляют кредитный договор на немалую сумму. Не всем такая работа по душе. Благодаря бывшей работнице одной из таких фирм «Белгородские известия» узнали, как белгородцев вовлекают в партию худеющих по высоким технологиям. Вот что рассказала 30-летняя Анна (имя изменено).

Без опыта, за 30 тысяч

Вторник. Сегодня нашла объявление в Интернете. Клиника ищет менеджера по работе с клиентами. Без опыта. Зарплата 30 тыс. рублей. Требования: коммуникабельность, стрессоустойчивость, чёткая дикция, умение общаться с людьми. График – 5 через 2. Мне подходит! Кажется, ничего сложного. Позвонила, завтра иду на собеседование.

Среда. Собеседование прошло нормально. Я особо не в восторге, но какая-никакая работа. Оклад обещали 14 400 руб. плюс проценты. Сразу рассказали, в чём будет заключаться моя работа: рассказывать о фирме и проводить диагностику на компьютере. «Ну всё, не видать мне работы, у меня же нет медицинского образования», – подумала я. Успокоили, сказали, что компьютер сам всё сделает: программа поможет расшифровать результаты. Странно. Заполнила анкету, обещали перезвонить. Остаётся ждать.

Четверг. Ура, мне позвонили. Пригласили на обучение. Три дня. Потом три месяца испытательного срока. Если всё хорошо, то устроят официально.

На обучение пришли четыре человека. Нас встретила девушка и представилась заведующей клиникой. Кроме неё, есть ещё минимум три таких же. Всего за час объяснила, что мы должны продавать медицинские услуги, продиктовала список процедур. Остальную информацию о них искать нужно самим. Она рассказала, как начисляется зарплата: 500 рублей за день работы плюс проценты от продаж. До 800 тыс. в месяц – 3 %, от 800 тыс. до 2 млн – 4 % , более – 5 %. Заявили, что у них не работают те менеджеры, которые получают меньше миллиона. Какие‑то цифры невероятные… График работы – с 9 до 20.

Из клиентов – в пациенты

Пятница. На второй день рассказали, как правильно общаться с клиентом, чтобы он не ушёл из центра просто так. Кстати, в общении с посетителями нельзя говорить «клиент», здесь только «пациенты». «Ваша задача – сделать из клиентов пациентов», – так нам объяснили.

Суббота. Последний день обучения. Сегодня на мне показывали, как нужно проводить диагностику. Результаты были неожиданными и нереальными – вторая степень ожирения (мне и до первой ещё далеко). На вопрос, почему такие данные, мне честно ответили, что данные здесь немного преувеличены. Не хочу об этом думать, мне нужна работа…

Воскресенье. Утром купила медицинскую форму, в три часа пошла на работу. Конечно, ни одного клиента пока не получила. Продолжали оттачивать мастерство, полученное за три дня обучения, друг на друге. Мне начинает не нравиться происходящее. Может, бросить всё это? Нет! Попробую хоть один полноценный день отработать, хоть с одним клиентом поговорить и решу, что делать дальше.

Понедельник. Мне начинает казаться, что в этой клинике обманывают людей. Но сама пока ничего не сделала, и мне абсолютно не совестно. Правда, мама изначально была против такой работы, но все друзья советуют остаться: работа не пыльная и платят нормально.

Вторник. Два дня я просидела без клиентов. Тренировалась на коллегах. На третий рабочий день получила своего первого пациента. Женщина, 66 лет, пенсионерка, переехала с Камчатки в Белгород. Я её расположила к себе тем, что у неё, как и у меня, были родственники на Украине. Вместо нужных полутора часов мы разговаривали все четыре.

Люди хотят продолжать полноценную жизнь, хотят семью и детей. Поэтому идут в такие клиники. Моя пациентка, несмотря на возраст, хотела найти дедушку и жить в своё удовольствие. Я намекнула ей, что после похудения отбоя от женихов не будет.

Удивительно, но чувствовала я себя уверенно. Вела себя как настоящий врач, вжилась в роль, так сказать. Хотя на тренировках у меня дрожал голос, я сбивалась и запиналась.

Закину удочку

Действовала по специальной схеме, которой нас обучили. Сначала «топка льда»: представление, знакомство с клиентом. Главное – расположить человека к себе. Следующий шаг – «контроль». Я чётко регулирую действия, которые должен выполнить клиент: вещи оставить там, сесть сюда.

Дальше «закинула удочку о квоте» – попросила у клиента направление на обследование. Женщина, конечно, растерялась, у неё никакого направления нет. Его и не может быть, ведь их не существует. Это первая уловка. Тем самым создаётся ощущение важности клиники. Я делаю удивлённый вид.

«Как нет направления? У меня на это время должен быть человек по квоте. Вы посидите, а я пойду, уточню», – говорю стандартные фразы и выхожу.

Всего за приём необходимо выйти три раза. Вернулась и рассказала женщине как бы между прочим о квотном отделении. Здесь лечатся люди с льготами, из многодетных семей, инвалиды, пенсионеры и т. д.

Женщина заполнила анкету. Начинаю собирать личную и второстепенную информацию о пациенте, которая позволит понять, сколько денег она может заплатить. Когда доходит дело до перечисления болезней и принимаемых препаратов, чувствую себя неловко. Пациентка диктует свои болячки, а я даже не знаю, что это и как пишется.

«Вы знаете, что все эти болезни из‑за лишних килограммов», – перехожу к внушению, рассказываю о вреде ожирения и воздействии его на все органы.

— А если я забуду, что говорить, все эти медицинские термины, – неоднократно спрашивала я до этого на инструктажах.

— Говори что придётся, только уверенно, не запинаясь, главное – не молчать. Они не врачи, откуда им знать, – отвечали опытные работники.

Вот я и несла чушь так уверенно, что сама поверила.

С того года

Продолжаю общение с пожилой гостьей рассказом о клинике. Всех менеджеров обязали говорить, что клиника работает «с того года», так и никак иначе, хотя на самом деле она существует несколько месяцев. Само лечение длится полтора года, поэтому, если назвать настоящую дату, люди поймут, что клиника новая, клиентов нет, результатов нет.

В России сеть таких клиник существует уже шесть лет – Москва, Санкт-Петербург, Сочи и Воронеж. Из разговоров в коллективе я поняла, что они действительно существуют, но там немного другие методы манипулирования. Например, вместо направления там используют ложные медицинские карточки.

После рассказа о клинике перешла к врачам.

«Все наши врачи – высококвалифицированные специалисты из Москвы», – обязательная фраза, которая вызывает у меня сомнения.

В клинике работает молодёжь, и только главврач кажется старше. Врачи ли они на самом деле? Не знаю. Я видела только хирургов, диетолога, главврача, косметолога и всё. А список их на этом не заканчивается.

Среди менеджеров врачей тоже нет: кто парикмахер, кто продавец. Вначале меня это особо не настораживало: работа лёгкая, а деньги большие. Но в глубине души я понимала, что здесь что‑то не то.

Вас снимает скрытая камера

Дальше следует рассказ о процедурах. И плавный переход к ценам.

«Так как вы пришли не по направлению, а на общих основаниях, то сумма лечения будет составлять от 230 тысяч рублей (позже нам сказали округлять цену до 300 тысяч)» – это ключевая фраза, после которой пациент интересуется квотами, направлениями, про которые говорилось вначале.

Расценки по квоте не оглашаются. Сообщаю гостье радостную весть, что квота позволяет хорошо сэкономить, необходимую сумму можно взять в кредит тут же.

«Но ещё рано говорить о лечении, давайте я для начала вас осмотрю. Вы раздевайтесь, а я выйду за перчатками».

И начинается самое интересное. Кабинет, в котором проходит приём, прослушивается и просматривается, пациент, конечно, ничего не подозревает. Человек раздевался. А в это время в «ординаторской» заведующие вместе с менеджерами наблюдали за поведением клиента. Люди по‑разному себя ведут: кто танцует перед зеркалом, кто осматривает кабинет, приводит себя в порядок, звонит, чтобы посоветоваться. Наблюдение за человеком позволяет увидеть его расположение, заинтересованность.

Выйдя, я направилась в «ординаторскую», где установлены мониторы, и меня уже ждали, чтобы дать советы и пожурить за ошибки. Но я никуда не смотрела, схватила перчатки и выбежала. Странно, в этот момент показалось, что на самом деле помогаю пациенту.

Вернулась и перешла к осмотру. Предварительно сделала простые замеры: рост, вес, объём талии и объём бёдер. Дальше поставила женщину напротив зеркала и начала её щупать, указывая на недостатки, проблемы. Кожа свисает, варикоз – это приходит с возрастом, а не с лишним весом, я это понимала, но говорила другое. О том, что с человеком придётся иметь такой близкий контакт, на обучении нас не предупреждали.

Диагностика

Продолжительность её зависела от компьютера и могла составлять от 2 до 15 минут. Пациент клал руки и ставил ноги на гальваническую пластину, датчики считывали информацию. Главное в это время – не молчать, чтобы человек не чувствовал дискомфорта. В это время я рассказывала то, что упустила, расспрашивала подробнее о жизни пациентки. В целом это была просто болтовня. Но мы привыкли, что если человек в белом халате, то ему можно верить. Этот стереотип действовал и в клинике, ведь менеджеров считали врачами.

При расшифровке данных нас учили делать упор на плохих показателях. А данные, которые выдаёт компьютер, заранее искажены – цифры там завышены. Что бы ни показала диагностика, нужно говорить, что всё очень плохо. У моей пациентки результаты оказались не такими уж плохими, но я их объяснила «как надо».

Когда «поставили диагноз», пациент пишет заявление, в котором просит предоставить ему квоту для прохождения лечения в клинике. Убедившись, что клиент созрел, его ведут к главврачу, который подтверждает отсутствие противопоказаний для процедур. Из‑за варикоза моей пациентке он не разрешил делать только прессотерапию. Она выполняется с помощью специального аппарата и костюма, который давит на определённую часть тела или всю его площадь. Затем я отвела пациентку в финансовый отдел, где оформили кредит на один из трёх банков почти на 85 тыс. рублей. В итоге почти два года она должна выплачивать 4 900 рублей в месяц.

Здесь же я завела медицинскую карточку на пациентку. Ей выдали направление на анализы. Когда она расписывалась в медицинской карточке, я поняла, что у меня всё получилось, но на душе стало пакостно. Когда всё оформили, пациентке провели ознакомительную экскурсию, показывали процедурный кабинет, который я тоже увидела впервые. Ей, кстати, провели прессотерапию – ту самую, которую главврач запретил. Видимо, здесь не очень считаются с последствиями процедур для пациента.

В конце мы с пациенткой обменялись номерами телефонов. Проводила её, мне было очень плохо: представила, что так кто‑то может обмануть мою маму.

Хватит

Среда. Я отработала три с половиной дня, у меня было три пациента. Одну бабушку я обработала до конца, она взяла кредит. У второй оказалось много противопоказаний, и ей вежливо отказали. Последняя пациентка пришла и с порога заявила: «Я пришла на бесплатную диагностику, и вы от меня ни копейки не получите».

Тяжёлый осадок на душе не давал мне нормально работать. Я поняла, что это не по совести.

Четверг. С утра приехала в клинику и заявила о своём уходе. Я в прямом смысле бежала оттуда. Приехала домой и сразу позвонила своей первой пациентке. Извинилась перед ней за то, что втянула её в это, посоветовала ей расторгнуть договор. Как ни странно, она меня поблагодарила.


Бесплатный сыр

Как, заботясь о своём здоровье, не стать потребителем весьма сомнительных услуг? Об этом – председатель региональной общественной организации «Белгородское общество защиты прав потребителей» Евгений Михайлов:

«Если вас приглашают по телефону на бесплатную процедуру – это уже странно. Уточните информацию о компании на сайте Роспотребнадзора или почитайте отзывы в Интернете. Посмотрите сайт компании: там должны быть все разрешительные документы. Если сайт сухой, без информации, только лишь с рассказом о бесплатной акции и бонусах, то следует насторожиться.

Если вы уже находитесь в клинике, то в первую очередь обратить внимание следует на наличие уголка потребителя с лицензией на ведение медицинской деятельности. Книга жалоб также является неотъемлемым атрибутом уголка потребителя. Она должна быть прошита и пронумерована. Если документации нет, её обязаны предъявить по первому требованию.

Изучая документы, посмотрите дату регистрации компании. Если она существует год-два, то следует с осторожностью к ней относиться, ведь государственные проверки проходят раз в три года.

Во время общения вам не дают подумать, давят и не оставляют одного – это тревожный сигнал. При заключении договора обратите внимание на предмет, сроки и ответственность сторон.

Если вы всё‑таки подписали договор, но хотите его расторгнуть, необходимо написать заявление о возврате денег. Проконсультироваться по поводу написания заявления можно по горячей линии Роспотребнадзора. В течение десяти дней компания должна рассмотреть ваше заявление и дать ответ. Если по истечении этого срока реакция не последовала, то следует обратиться в суд, прокуратуру.

Пожилых людей обмануть легче. Только на следующий день они понимают, что сделали. Бывает, что уже поздно. Судебный процесс с компанией типа ООО и уставным капиталом 10 тыс. может затянуться на годы».


для комментариев используется HyperComments