• 63,92 ↓
  • 67,77 ↓
  • 2,44 ↓
29 октября 2016 г. 15:09:48

Белгородский ветеран угрозыска – о самом трудном в своей работе

БелПресса
RUпроспект Славы, 100308009Белгород,
+7 472 232-00-51, +7 472 232-06-85, news@belpressa.ru
К этому не привыкаешь

Недавно сотрудники уголовного розыска отмечали профессиональный праздник, учреждённый в честь образования 5 октября 1918 года Центрального управления уголовного розыска при НКВД СССР. С тех пор уголовный розыск занимает очень значимое место в правоохранительной системе. Сотрудники уголовного розыска расследуют практически все преступления, в том числе тяжкие и особо тяжкие. Сталкиваться им приходится подчас с матёрыми преступниками, которые не остановятся ни перед чем. Потому одно из самых немногочисленных подразделений в системе МВД является одним из самых значимых.

Мы встретились с ветераном уголовного розыска Александром Шевченко. Он более 20 лет проработал опером, в сентябре этого года вышел на пенсию. Шевченко рассказал много интересного о профессии, с которой связал жизнь.

Всякое бывало

Родился Александр Петрович в городе Грозный. Поступил в Грозненский нефтяной институт, а через год ушёл в армию. Служил в Краснознамённом Среднеазиатском военном округе в разведке. После армии окончил институт по специальности «инженер нефтяных и газовых скважин». А в 1991 году переехал жить в Белгород, где и пошёл работать в милицию.

«Работал вначале участковым. А потом с 1995 года до самой пенсии опером в уголовном розыске».

За время службы в угро Шевченко пять раз побывал в командировках на Северном Кавказе.

«В чём работа заключалась? Да почти то же самое, что и здесь. Плюс зачистки, сопровождения, блокпосты. Своя специфика, конечно, есть. Если здесь с пистолетом ходишь, то там с автоматом. Сейчас мелкие кражи и туда добрались, хотя раньше не было такого, чтобы магнитолы или колёса крали. Раньше там в основном были подрывы, обстрелы, похищения людей. Мы учились у местных милиционеров, они у нас. С похищениями людей мы не сталкивались в Белгороде, с нападением на колонны тоже. А так – рутинная работа, но со своим отпечатком. В 2000 году у нас оперативник погиб при задержании особо опасного бандита – Александр Колесников из Грайворона. У одного из бандитов ствол оказался в автобусе. Из Валуек ещё один парень погиб в эту командировку у нас. Всякое бывало».

Такая работа

На вопрос о трагическом в работе оперативник лишь пожимает плечами:

«Если говорить о трагическом, то в нашей работе почти всё трагическое. Когда на тяжкие преступления против личности выезжаешь – тяжело. Особенно с родственниками беседовать. И к этому не привыкаешь с годами. Стараешься с ними быть помягче, особо не давить. Но нужно выяснять все подробности, в том числе не самые хорошие. И вынужденно давишь на больную мозоль. Такая работа у нас».

Большую часть даже сейчас оперативник рассказать просто не имеет права. Это тайна оперативной работы. И рассказывать о ней – предупреждать преступников о способах и методах борьбы с преступным миром.

Чуйка

Чуйкой оперативники называют выработанный годами инстинкт распознавания. Шевченко говорит, что много раз именно чуйка помогала задержать преступников:

«Один раз ребятам из Новочеркасска убийство раскрыть помогли. Смотрим: машина с краснодарскими номерами. Подошли, представились, а те в бутылку полезли. Если бы не это, скорее всего, отпустили бы их. А тут мы их в отдел доставили. И чуйка сработала, что не всё чисто. Пробили по учётам, сделали запросы, начали работать – и пошла информация, что за ними убийство. Оказалось, они продавшую дом бабушку убили и ограбили…»

Я не брал!

Встречалось в работе сотрудников уголовного розыска не только трагическое, но и забавное. Об одном из таких случаев рассказал Александр Петрович:

«Конец 90-х. Пришло сообщение о квартирной краже. Приехали мы на место. Эксперт смотрит – взлома нет. Никого нет. Квартира «пышная». Солидный предприниматель. Деньги по тем временам серьёзные пропали. Не перерыто ничего. Мы беседуем, улики собираем, а в детской комнате сын лет восьми учебник увлечённо читает. Я думаю: ну как же так? Тут мы, тут собака служебная, участковый по форме. Пацану это ж интересно должно быть! А он от книжки оторваться не может. Напарнику говорю: «Маму отвлеки на минуту». Подхожу».

— Читаешь?

— Читаю.

— Ну рассказывай…

— Я не брал!

— Ну сейчас же собака понюхает и определит.

Он в рёв. Вышло, что решил помочь не очень богатым друзьям. Взял отцовы деньги и накупил им всякого разного: кроссовки, жвачку, чупа-чупсы… На себя вообще ничего не потратил.

Жалко стало

Про первый опыт розыскной работы Александр Петрович помнит до сих пор. Тогда к нему, молодому участковому, пришла семья. У их ребёнка неизвестные украли велосипед.

«Они пришли и спрашивают: писать заявление или нет? А времена тогда были тяжёлые, 90-е. Ни денег у людей не было особо, ни каких‑то излишков. Они сыну из последних сил велосипед купили. И тут его украли. У мальчишки горе было – словами не опишешь. Я себя сразу вспомнил, как велосипеду в детстве радовался. И так мне жалко пацана стало! Несколько дней велосипед искал, весь район облазил и в итоге нашёл».

— Поблагодарили вас?

— Да я не помню уже. Но вообще нас редко благодарят. Ругань часто слышать приходится. А чтобы слова благодарности – такое редко…

Про фильмы и сериалы

Шевченко признаётся, что современные фильмы и сериалы про полицию вообще не смотрит:

«Там чушь полная! Ничего нет из реальной работы. Если брать фильм хороший, то это «Место встречи изменить нельзя». Это фильм про конкретную работу. От и до: смотришь и поражаешься, насколько всё точно. А современные фильмы – глупость и вымысел. Как‑то случайно посмотрел про какую‑то собаку. Там можно было пять протоколов составить, не выходя из кабинета, на сотрудника и увольнять за служебное несоответствие. Ерунду показывают. Хотя первый сезон «Улиц разбитых фонарей» тоже очень близок к реальности. Но вот потом ерунду стали показывать».


для комментариев используется HyperComments