• 63,30 ↓
  • 67,21 ↓
  • 2,45 ↓
8 мая 2015 г. 10:12:04

«Белгородские известия» рассказывают о Митрофане и Анастасии Омельченко из Ровеньков, для которых нынешний год трижды юбилейный

БелПресса
RUпроспект Славы, 100308009Белгород,
+7 472 232-00-51, +7 472 232-06-85, news@belpressa.ru
Хороший месяц май
Фото Вадима Заблоцкого

Митрофан Григорьевич – человек немногословный. И хотя он, как участник войны, постоянный гость на разных встречах, оратором так и не стал. С большим трудом вытягиваем из него подробности военной биографии.

От Львова до Праги

Митрофана Омельченко призвали в армию в мае 1943-го, на фронт попал в ноябре. В июле 1944 года его 54-й стрелковый полк вошёл во Львов.

«Во время нашего наступления немцы легли на дорогу, чтобы танки не проехали. Все ждали приказа что делать. Позвонил маршал Жуков, отдал команду: немцев не давить, с дороги убрать», – вспоминает ветеран.

Во время боя под Львовом Митрофана Григорьевича ранило в ногу. Он рассказал, что в госпиталь за ним приехал начальник штаба Киселёв и выкрал бойца прямо из палаты. Пуля так и осталась в ноге до нынешнего дня. И ни слова о героизме. Пришлось искать дополнительные источники информации.

На сайте «Подвиг народа» в приказе от 30 июля 1944 года по 51-му отдельному мотоциклетному полку (к тому времени бойца перевели в другую часть) сказано, что Митрофан Омельченко награждён медалью «За отвагу», когда «в бою за д. Княже и Почапы (Львовская область) 20–23 июля 1944 года ходил в разведку и, вступив в бой с неравной силой противника, уничтожил 6 солдат, взял в плен 2 солдат противника».

Уже с озера Балатон Митрофана Григорьевича за его подвиг отправили в 45-дневный отпуск на родину. 11 дней добирался боец до Россоши, до дома шёл пешком. А в Ровеньках уже ждала телеграмма: всех отпускников из близлежащих окрестностей отзывали на сборный пункт.

Окончил войну Митрофан Григорьевич в звании ефрейтора в Чехословакии, награждён медалью «За освобождение Праги». До сих пор вспоминает, с какой теплотой и радушием наших солдат встречали местные жители: там никто не сомневался, что пришли освободители.

Митрофан Григорьевич Омельченко.
Митрофан Григорьевич Омельченко.
Фото Вадима Заблоцкого

За шутками горя не видно

В семье Омельченко не принято грустить. В их воспоминаниях есть место и шуткам.

«Это в 1948 году было. Я по улице шла, а бригадир – Митрофан – на тарантасе ехал. Махнул мне рукой: «Я в поле. Поехали со мной!» Я ему говорю: «А меня туда возьмут? Я ведь в тюрьме была», – со смехом рассказывает Анастасия Фёдоровна историю знакомства с будущим супругом.

И, подтрунивая над собой, описывает картину, как её, сосватанную невесту на телеге, запряжённой волами, верхом на сундуке с приданным перевозили в дом суженого. Маленькая, ладная, она как живой огонёк всё время в движении, а на лице – добрая улыбка. Дюймовочка, да и только! Только испытания в её жизни были совсем не сказочные.

В марте 1942 года по разнарядке отправили её на торфоразработки под Ленинград обеспечивать город топливом.

«Добровольно ехать не хотел никто, отправляли приказом. Считай, всю войну прожила в бараках в прифронтовой полосе», – вспоминает Анастасия Фёдоровна.

В мае 1942-го на торфяном поле девушка встретила своё 17-летие. Почему-то этой некруглой дате собеседница придаёт большое значение. Говорит: какой хороший месяц май, мне в мае 17 лет исполнилось.

– Как-то его отметили? – нечаянно задаю глупый вопрос.

– Отметили? Сказала себе: сегодня твой день рождения. Вот и всё отмечание, – Анастасия Фёдоровна грустно улыбается.

Это событие имеет для неё особое значение. Не верилось тогда, что в неимоверном напряжении, без сна, полуголодным можно дожить до 17 лет.

«Работали за еду: 600 г хлеба в день, похлёбка из брюквы. Ведомость зарплатную принесут: распишитесь, говорят, только деньги ваши пошли на танки. Днём в поле копаем, ночью грузим. Две недели в 1944 году работали в окружении. Всех вывезли, а нашу бригаду оставили. Бомбить начинают – мы в окопы, – она хорошо помнит подробности того времени. И добавляет: – Хоть и трудно было, жили 12 девчат из бригады душа в душу».

Анастасия Фёдоровна Омельченко.
Анастасия Фёдоровна Омельченко.
Фото Вадима Заблоцкого

На вопрос о том, как она попала в тюрьму, долго подбирает слова (газета всё-таки, можно ли об этом?). Потом со вздохом поясняет.

«Перевели меня в Шатуру под Москву, опять на торфоразработки. Там и встретила день Победы в мае. Хороший месяц, в нём всё хорошее происходит! Вернулась домой, побыла немного, а меня снова на торф посылают. Пятый год как я на разработках. Я отказалась. Вызвали в прокуратуру. Дали мне четыре месяца тюрьмы», – этот факт биографии её, конечно, смущает.

Она не струсила тогда, нет. Просто надорвалась так, что даже тюрьма была не страшна. Потом по жизни Анастасия Омельченко не раз доказывала, что не боится никакой работы. Хозяйство держали, огород. Всё эта маленькая женщина умеет. Даже себе и дочке Раисе дома сама кирпичом обложила. Огород в 50 соток и сейчас Митрофан Григорьевич бросать не разрешает. Он, вечный бригадир, руководит, а она у него на подхвате. Не привыкли старики без дела сидеть.

Спасибо, что не представляем

Омельченко вырастили пятерых детей. У них восемь внуков, семь правнуков. В этом году каждый из супругов отметит 90-летие. Получается, что 2015-й для них, включая 70-летие Победы, – год трижды юбилейный. Ветераны очень ждут этих праздников. И гордятся, что в честь 9 Мая мы будем о них писать в газете. Послушно позируют нашему фотографу у дома.

«Притуляйся ко мне ближе», – задорно отдаёт команду супругу Анастасия Фёдоровна.

Тот, махнув рукой (эх, была ни была, хоть и непривычный он к «телячьим нежностям»), игриво приобнимает жену.

После весёлой фотосессии Анастасия Фёдоровна наклоняется ко мне и вдруг грустно произносит:

«Деточка, как мы выжили, ты даже не представляешь».

Честно, не представляю. Как никто из нас, выросших в мире, не может даже приблизительно представить, что такое война. Благодаря вам, уважаемые Митрофан Григорьевич и Анастасия Фёдоровна. И миллионам других советских людей, подаривших нам Великую Победу. Спасибо вам за это!


для комментариев используется HyperComments