23.04.2018, Понедельник 20:12
  • 61,32
  • 75,65
  • 2,34
20 января 2018 г. 15:08:05

БелПресса
RUпроспект Славы, 100308009Белгород,
+7 472 232-00-51, +7 472 232-06-85, news@belpressa.ru
До полного истребления. Как действовали в тылу белгородские добровольческие отряды
Фото с сайта «Военный альбом» (waralbum.ru)

Отряды партийно-советского актива, рабочие военизированные отряды, коммунистические батальоны, полки народного ополчения. Эти и другие объединения, не входящие в армию, стали силовым оплотом прифронтовых территорий в первые месяцы и после освобождения районов от фашистских захватчиков. Родоначальниками же тыловых образований считаются истребительные батальоны.

Народная милиция

Появились они не стихийно, на одном лишь порыве патриотизма. 24 июня 1941 года Совет народных комиссаров издал постановление по борьбе с парашютными десантами и диверсантами противника в прифронтовой полосе, охране предприятий и учреждений с помощью истребительных батальонов. Возглавил их центральный штаб при НКВД СССР, а в районах и областях, соответственно, местные отделы и управления комиссариата внутренних дел. Формированием же занимались непосредственно партийные органы. В Государственном архиве новейшей истории Белгородской области сохранились сведения об истории создания батальонов на нашей территории.

Кадры – всё

К 30 сентября 1941 года Валуйский, Белгородский, Прохоровский, Борисовский и другие бюро райкомов партии утвердили списки добровольцев, вошедших в батальоны, – от 50 до 150 человек. К весне 1942 года 145 человек (в том числе 33 женщины) вошли в Вейделевский батальон. Прохоровцы к июню этого же года сочли, что их батальон укомплектован изначально неправильно – лишь родившимися в 1924–1925 годах. И создали его заново, включив товарищей постарше. При этом распорядились собрать при батальоне отдельную группу истребителей танков, «проведя с ними специальную подготовку».

По закону в батальоны должны были войти граждане призывного возраста, остававшиеся в тылу: надёжные, проверенные, физически выносливые. На самом же деле, в период общего кадрового голода и того огромного количества задач, которые лежали на тыловиках, принимали всех, кого отправляли колхозы и предприятия. Видимо, не всегда тех. Случалось, что райкомы критиковали бойцов истребительных батальонов за недисциплинированность и моральную незрелость, плохую посещаемость и незаинтересованность в занятиях. Что скрывалось за ругательными протокольными строчками? Сложно судить, не имея малейшего понятия о том, каково это было: отработать в поле или на производстве день, а ночью отправляться на учёбу или гарнизонное дежурство.

Сточасовой урок

Командирами (комиссарами) и их замами назначали чаще всего участковых уполномоченных милиционеров, руководителей-коммунистов с боевым опытом или опытом армейской службы. Они должны были сделать батальоны боеспособными и научить людей обращаться с оружием, вести разведку и наступление в разной местности, уничтожать боевую технику противника. Из числа штатских и опытных агитаторов назначали политруков.

На специально разработанный НКВД курс отводилось около 100 часов.

Занимались бойцы в основном без отрыва от производства: вырвать в уборочную страду людей из колхозов было сложно. Тем не менее в Валуйском районе до 17 ноября 1941 года истребители находились на казарменном положении, в том числе председатели колхозов, сельсоветов и члены городского партактива. Затем командиру батальона Тарасу Говорову предложили «отпускать их в дневное время для работы и налаживания выполнения работ в организациях и учреждениях» и «в связи с миновавшей необходимостью». С чем связана такая формулировка, сегодня объяснить сложно.

Однако необходимость в обученных защитниках возникла по мере того, как отступала Красная армия. Тогда на основе истребительных батальонов, в том числе и Валуйского под руководством Говорова, создали партизанские отряды.

Новые задачи

После освобождения белгородских сёл и городов от оккупантов с января 1943 года батальоны пережили второе рождение. Была к тому и директива сверху, которая обязывала укрепить их боеспособность. Теперь этим формированиям предстояло не только бороться с диверсантами и лазутчиками, но и выявлять дезертиров, мародёров, уклонистов от мобилизации среди своих сограждан. Дисциплина стала жёстче, о каждом её нарушении командиры обязаны были докладывать секретарю райкома партии. И хотя занятия для бойцов продолжались, стремились принимать в «истребители» уже тех, кто умел держать оружие в руках. Если руководители предприятий не отпускали кого‑то из своих подчинённых в батальоны, с них лично и весьма строго спрашивали за это по партийной линии. Выросла материальная база подразделений. Теперь каждому батальону выделяли отдельное здание, транспорт, топливо для него, оружие, боеприпасы.

В любой момент

В докладе командира батальона, лейтенанта милиции Ковалёва Старооскольскому РК ВКП (б) сообщалось, что действовал батальон круглосуточно, патрулируя город по ночам, дежуря на важных дорогах «для задержания преступного элемента», обходя дома для проверки документов проезжих. Отмечалось, что за полгода с момента освобождения от немецко-фашистских оккупантов «истребители» задержали 180 дезертиров, которых признали изменниками Родины. Кроме того, бойцы были готовы отправиться в любой район в случае высадки парашютного десанта. Помимо основного состава в каждом населённом пункте были группы содействия батальону из трёх-пяти человек. Действовали батальоны до конца 1944 года.


для комментариев используется HyperComments