• 57,51 ↓
  • 67,89 ↓
  • 2,17 ↓
31 января 2017 г. 15:21:21

БелПресса
RUпроспект Славы, 100308009Белгород,
+7 472 232-00-51, +7 472 232-06-85, news@belpressa.ru
«Быть русскими, а не казаться ими». Зачем белгородцы собираются на вечёрки в центре народного творчества
Фото Алёны Антоновой

Вот уже четвёртый год раз в месяц БГЦНТ приглашает петь уже почти забытые песни, водить карагόды и плясать танόки. «БелПресса» посетила одну из вечёрок и узнала, что это за вид отдыха, и кто туда приходит.

Несмотря на название вечёрок, в Белгороде их проводят днём. А раньше как их только не именовали: супрядки, посиделки, вечерины…

На подходе к центру народного творчества не сложно определить, где именно собрались отдыхающие: гармонь и незнакомые песни слышны ещё с улицы. В зале среди присутствующих больше тех, кому уже на вид за 40. Есть и молодые, но это в основном дети от 8 до 15, которые пришли с родителями, бабушками и дедушками. Корреспондента с фотоаппаратом встретили приветливо: сразу предложили ответить на все интересующие вопросы.

Доброслав Тимофеев, один из организаторов, рассказал, из чего состоит программа:

− Сначала выступают народные коллективы, потом мы танцуем карагоды, затем играем в народные игры.

− А что такое карагоды?

− «Карагоды», как и «таноки» – региональные слова Курской, Воронежской и Белгородской областей. Мы используем эти слова вместо «хороводов» и «танцев».

Поют здесь песни, не знакомые массовому слушателю. Единственную известную – «Ой, мороз, мороз» – тянули все, и даже те, кто просто решил заглянуть посмотреть, что здесь происходит. После хороводов знакомимся с Дмитрием Ховайко, который уже несколько лет участвует в этих встречах.

− А с чего тут всё началось? Почему решили проводить вечёрки?

− Я сам не организатор, моя жена этим занимается. Но я многое знаю. Началось всё с того, что лет пять назад приехали к нам украинские ребята. Они проводили семинар по хороводно-игровой программе. Набралось человек десять. После начали самостоятельно проводить у нас в городе вечёрки, чтобы развивать народное творчество. Находясь в городе в постоянной суете, мы забываем свои корни, а пока есть вечёрки – традиции не забыты.

После первой части программы пенсионеры переместились в соседний зал и устроили застолье с чаем и сладостями. Более молодые остались на игры.

Играли в «заморожу»: ведущий становится в центр круга и предлагает участникам вытянуть руки, затем он старается успеть дотронуться до ладошек, пока их не спрятали за спину. Далее играют по такому же принципу, но уже с носами, животами, пятками и так далее. Кого ведущий успевает коснуться, тот выбывает из игры.

Не забыли и про знакомый с детства «ручеёк»: все становятся парами, образуя коридор и поднимая руки вверх. Водящий входит в образованный коридор с одного конца и двигается в другой, по дороге выбирая себе пару. Понравившегося человека берёт за руку, расцепляя стоящую пару. Новая пара вместе идёт в конец «ручейка» и встаёт там. А освободившийся игрок становится водящим. Играют, пока не надоест.

Здесь же у входа небольшая ярмарка, где продают книги, косметику и бездрожжевой хлеб.

«Вы попробуйте хлеб, который наша Света печёт! Он самый настоящий, вы такого нигде не пробовали, − советует Дмитрий. – Она вам сейчас всё расскажет про него».

Светлана Курмаева засмущалась, но потом всё же сообщила, что живёт в родовом поместье в Шебекинском районе и печёт в основном для своих. Предложила попробовать хлеб из тыквы. Честно, очень вкусно:

«Вообще процесс изготовления очень долгий, но не сильно трудоёмкий. Закваска делается на пророщенной пшенице, на цельно-зерновой муке. Замешивается тесто, делается опара как в старину, без дрожжей. Добавляется вода, мёд, масло, соль. Тесто настаивается, а затем отправляется в настоящую русскую печь, немного модернизированную, но на дровах. Когда я пеку хлеб для определённого человека, то уже знаю, какая форма будет у булки. Главный секрет – делать тесто с душой, тогда и хлеб будет вкусным».

На людей посмотреть и себя показать на вечёрки ходит и один из ведущих – Владимир Лобачёв. Как и многие мужчины здесь, он с бородой и в рубахе.

− Вечёрки нужны были для того, чтобы найти себе жениха или невесту. У нас тут две свадьбы уже сыграли, в том числе и мою. Так что присмотритесь! – делится Владимир, которому около сорока. – У меня сидячая работа за компьютером. Пять дней в неделю просто так посмотреть друг другу в глаза времени нету. А здесь я танцую, общаюсь с людьми, отдыхаю душой. Тут нет зрителей, нет сцены. Все являются участниками и поют для себя, а не для потребителя.

− А костюм вы свой где взяли?

− Я купил его на конференции по борьбе за народную трезвость в 1992 году в Новосибирске. У меня есть и другие костюмы, которые полностью соответствуют нашим белгородским традициям.

− Часто вечёрки проводите?

− Раз в месяц стараемся. Зимой – в помещении, летом – на улице. В тёплое время года поинтереснее это всё и народу больше.

К четырём часам людей стало значительно меньше: многих повели на экскурсию в музей на третий этаж. В небольшом помещении на стенах висят ковры, в витринах – народные костюмы, игрушки, предметы быта наших предков.

Руководитель ансамблей, которые выступали в первой части вечёрок, заслуженный работник культуры, Иван Веретенников тоже тут, в музее:

− Сначала мы собирались у меня на дому. Разучивали песни, учились их петь. У меня записано несколько сотен народных белгородских песен, о которых никто не знает.

− А что это за песни? Приведите хоть одну в пример.

− Да вы всё равно их не знаете. К примеру, есть такая песня «Мне не спится, ноченька». Прав я, не слышали?

Киваю.

− В школах сейчас чему детей учат? Даже урока пения нет, только музыка. И то там не поют даже, а знакомят с европейской музыкой. Происходит духовный геноцид, понимаете? Нужно знать свою собственную культуру, чтобы уважать самих себя, а не подражать американскому кваканью. Молодёжь уже принимает свои русские песни за чужие, а чужие – за свои. А надо быть русскими, а не казаться ими. И только тогда, как говорил Достоевский, нас будут уважать другие народы. Расскажите это всё современной молодёжи, может, задумаются!

 

Заканчиваются вечёрки ближе к шести. Правда, мне надо бежать, поэтому я до конца остаться не смогла, да и не захотела. Зашла в автобус, надела наушники и включила, как выразился Иван Иванович, европейщину.


для комментариев используется HyperComments