• 64,15 ↑
  • 68,47 ↑
  • 2,48 ↓
18 апреля 2015 г. 16:14:16

В 1941 году под Смоленском сложили головы тысячи солдат из Алексеевки, Валуек и Красного

БелПресса
RUпроспект Славы, 100308009Белгород,
+7 472 232-00-51, +7 472 232-06-85, news@belpressa.ru
Атакующая 149-я
Атака советских пехотинцев

Мой отец, Стефан Романович Лесунов, воевал во втором батальоне 479-го Острогожского территориального стрелкового полка 149-й стрелковой дивизии. Родился он в 1913 году в селе Дуровка (ныне – Вербное) Воронежской области. Отца призвали в армию 28 мая 1941 года. В начале войны от него приходили домой фронтовые весточки. Однажды отец сообщил, что многие его земляки убиты или попали в плен. «Только меня смерть обходит стороной, а в плен я ни за что…», – писал он. Судьба отца, как и сотен других бойцов этой дивизии, оказалась трагической и, что самое страшное, до конца не понятной.

Все эти годы отец значился пропавшим без вести. Неизвестность угнетающе действовала на меня и моих родных. Мама Анисья Афанасьевна, потерявшая мужа в 29 лет, до самой смерти верила в то, что её Стеша жив и обязательно объявится. Она так и не вышла замуж, навсегда осталась верной любимому человеку. Воспитывая одна троих детей, в трудные голодные послевоенные годы и в сложные жизненные моменты мама обращалась к нему, как к живому, просила совета и слёзно звала домой. Моей сыновней обязанностью стало отыскать хоть какие-то крупицы сведений о последних днях отца и сражениях, в которых он участвовал.

С учений – на фронт

В мае-июне 1941-го в Коротоякском лесу под Острогожском проходили большие учебные сборы войсковых частей. На них призывали мужчин-резервистов и запасников из Воронежской, Тамбовской, Орловской, Курской и других областей. Несколько тысяч мужчин было призвано из сёл и деревень Алексеевского, Острогожского, Уколовского, Валуйского и других районов. Из колхозов, совхозов и промышленных предприятий на место сборов поставляли лошадей, обозы и механизированный транспорт. Дислоцировались все части в Острогожске.  

В воскресенье, 22 июня 1941 года участники сборов после обеда отдыхали. Светило солнце, на импровизированном стадионе проходила встреча футбольных команд 479-го и 568-го стрелковых полков. И вдруг над лесом резко и пронзительно зазвучал сигнал тревоги – началась война. Из резервистов сформировали 149-ую стрелковую дивизию. Командиром назначили Фёдора Захарова, ставшего впоследствии генерал-лейтенантом, Героем Советского Союза.

Дивизия представляла собой достаточно мощную военную силу, насчитывая 15 тысяч бойцов. 26 июня 1941 года командование дивизии организовало срочную погрузку личного состава и боевой техники в эшелоны, поданные одновременно на железнодорожные станции Острогожска, Алексеевки и Валуек. Узнав о скорой отправке на фронт, сюда прибыло много родственников. Большинство из них добирались пешком из сёл прилегающих районов.

В июле быстро продвигающийся враг уже вышел на дальние подступы к столице. По замыслу командования, в районе Смоленска, Рославля и Ельни должно было состояться крупное сражение, в ходе которого войска Брянского, Западного и Резервного фронтов нанесут врагу сокрушительный удар, и наступление немцев на Москву будет сорвано. К сожалению, этого не произошло.

Короткие победы, первые потери

Дивизию направили в Сухиничи (Западный фронт), где обстановка складывалась драматично. Она заняла 30-километровую линию обороны в районе Михайловки на левом берегу Десны. Летом-осенью 1941 года в районе Рославля разгорелись ожесточённые бои войск Западного и Резервного фронтов против наступающей группы армий «Центр». Они явились составной частью Смоленского оборонительного сражения и Вяземской операции. 16 июля немецкие войска захватили южную часть Смоленска.

19 июля полки 149-й стрелковой дивизии получили приказ совершить 200-километровый марш по маршруту Рославль-Яхрома и не допустить продвижения противника в направлении Ельни. С 21 июля по 7 августа группа войск под командованием генерал-лейтенанта Владимира Качалова сосредоточилась в районе Попов Бор-Козловка-Кириллы-Ново-Курганье, чтобы предпринять контрнаступление на Смоленск.

Первоначально наступление наших полков было успешным. Они продвинулись вперёд на 60 километров, захватив в плен около шестисот вражеских солдат и офицеров. Это было едва ли не самое первое крупное пленение немецких войск с начала войны. К 27 июля передовые части 149-й стрелковой дивизии вошли в район Починка. Части противника несли большие потери. Однако, получив подкрепление, враг нанёс удар по флангам наших частей, бросив со стороны Монастырщины и Ельни девять дивизий. Усилились налёты вражеской авиации, появились танки. Несколько дней наши земляки продолжали вести тяжёлые бои, медленно продвигаясь вперед. Вечером 28 июля противник прорвал линию обороны и начал наступление на Рославль вдоль Варшавского шоссе. Во второй половине дня, 29 июля, немного отступив, дивизия заняла опушку леса юго-западнее Чернявки, Рудни, Захаровки и перешла к обороне.

Трагедия под Рославлем

1 августа немцы, имея значительное превосходство в живой силе и технике, после длительной артиллерийской подготовки, при поддержке авиации продолжили наступление на Рославль. Наши бойцы медленно отступали к Рославлю. К исходу 3 августа враг стал сжимать кольцо окружения. Для спасения оперативных документов штаба армии командир 149-й стрелковой дивизии генерал Захаров получил приказ силами одного полка прорвать вражеское кольцо окружения в районе деревни Лыковка, тем самым дав возможность выйти из окружения управлению штаба и остаткам частей 28-й армии.

«Для решения этой задачи был выделен 568-й Валуйский стрелковый полк. Он вступил в бой и стал теснить противника. Но силы были не равны. Прорыв не удался. Тогда командующий 28-й армией генерал Качалов сам сел в командирский танк и бросился в бой. На окраине села Старинка под Рославлем от прямого попадания вражеского снаряда танк взорвался. Так на 51-м году жизни погиб генерал-лейтенант Качалов», – описывал этот драматический момент белгородский краевед Михаил Карагодин. Части 28-й армии неоднократно пытались вырваться из окружения. Но удалось это немногим.

5 августа командир 149-й стрелковой дивизии генерал Захаров предпринял очередную попытку вывести свою дивизию из окружения, но по другому маршруту, через реку Остёр у шоссе Москва-Варшава. Через пять дней, теряя своих бойцов, часть дивизии вышла из окружения за Десну. Но некоторые её разрозненные части, в том числе и командир дивизии генерал Захаров, смогли вырваться из вражеского кольца только к 28 октября. Всего к своим вышло около восьми тысяч воинов, более двух тысяч из них – раненые.

До последнего дыхания

Несколько дней дивизия пыталась закрепиться на Десне. К 30 августа она получила приказ командования 43-й армии перейти в наступление на Ельню. Бойцы Острогожского, Алексеевского и Валуйского полков снова были брошены в самое пекло.

До середины сентября наши земляки, будучи в окружении, вели тяжёлые оборонительные бои и всё же смогли частично выйти из него и закрепиться на оборонительном рубеже на реке Шуйца. С началом операции «Тайфун», 2 октября 149-я дивизия получила приказ нанести контрудар во фланг прорвавшейся вражеской группировки. Но перейти в наступление ей не удалось, так как начался авиационный налёт врага.

6-7 октября остатки 149-й стрелковой дивизии занимали рубежи на реке Угра, южнее города Юхнова, а затем отошли к Наро-Фоминску, где были влиты в сводную Московскую стрелковую дивизию. Полки 149-й стрелковой дивизии сражались как могли и погибли, как и большинство других частей Западного и Резервного фронтов. 27 декабря 149-я стрелковая дивизия была расформирована. В настоящее время известны основные места гибели и пленения её воинов: Ельня, Деминск, река Десна, Новоспасское, Рославль, Смоленск, Спасск-Деменск, Стодолище, Юхнов, Екимовичи.

Навечно в памяти

В местах ожесточённых боёв 149-й стрелковой дивизии остались братские и единичные захоронения советских воинов. Больше всего бойцов погибло в условиях непрерывной бомбардировки и спешного отхода частей. Они так и не были захоронены, остались навечно без вести пропавшими. Там, где успевали похоронить товарищей, на могилах устанавливали деревянные столбики с фамилиями, именами, воинскими званиями погибших. Такие захоронения находятся в деревнях Богданово, Заболотье, Изотовка, Гусарки, селе Буда, в лесу, в 500 м от деревни Усоки Смоленской области.

После долгих поисков мне удалось узнать, где погиб мой отец. Он был тяжело ранен у реки Шуйцы и попал в плен в лагерь «Шталаг-352», что размещался в Белоруссии под Минском. Он умер на второй день пленения – 12 ноября 1941 года. Об этом я узнал в рассекреченном немецком архиве. Сегодня судьба 149-й стрелковой дивизии у нас мало известна. Мы должны исправить эту несправедливость и сохранить память о наших героических земляках.

От редакции

Уже в начале 1942 года в Рязани 149-ю стрелковую дивизию сформировали вновь – из рязанцев, москвичей, туляков. В конце февраля соединение уже дралось в окрестностях Калуги. В начале 1943 года дивизия вела бои на орловском направлении, участвовала и в сражении на Курской дуге, отразив контрудар противника в районе Севска. А потом было форсирование Днепра, Львовско-Сандомирская операция, освобождение Польши… Солдаты и офицеры дивизии брали Берлин и Прагу, а завершила она войну в звании Новоград-Волынской, краснознамённой, орденов Суворова и Кутузова. Теперь мы знаем, что это и наша, белгородская дивизия.


для комментариев используется HyperComments