Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
10 июня 2021,  15:16
 491

Работа с огоньком. Как корреспонденты «Белгородских известий» пожарными были

Алексей Стопичев и Ирина Дудка проверили не только свою физическую подготовку, но и характер

Работа с огоньком. Как корреспонденты «Белгородских известий» пожарными былиФото: пресс-служба МЧС России по Белгородской области
  • Статья

Журналистам не привыкать гореть на работе, но они решили пойти дальше и шагнули в огонь и воду наравне с настоящими пожарными.

Как Алексей себя преодолел

«Я полтора десятка лет писал про пожарных и впервые совсем ненадолго оказался в их шкуре, то есть в боёвке – так называется специальная негорючая одежда пожарных. Это толстенная тяжёлая куртка, которую надевать в +27 – то ещё удовольствие. Плюс такие же штаны и тяжеленные сапоги, в которых даже по гвоздям ходить можно. Широкий пояс с карабином и прикреплённым сбоку топориком, подшлемник, каска, ну и дыхательный аппарат. Всё снаряжение весит около 50 кг. Но поначалу вес не ощущаешь: настолько плотно всё прилегает. Правда, жара изматывает. Начинаешь двигаться, и кажется, будто зашёл в парную. Но не это заставляет меня испытать самый большой страх.

Пока нам объясняют тактико-технические данные, я рассматриваю маску, которая плотно прилегает к лицу. Нужно надеть её и вдохнуть с закрытым клапаном для проверки, но… что‑то идёт не так. На миг меня пронзает страх, становится трудно дышать. Кажется: сними маску – и всё уйдёт, но паника буквально парализовывает. Помогает пожарный – он открывает клапан, и я вдыхаю свежий воздух…

Начаинается тренировка – она приближена к реальным условиям. Для разминки катаем по земле огромное колесо, и я хоть немного привыкаю к неудобной одежде. Первое испытание – задымлённое помещение. Я в экипировке весом полцентнера, за спиной – кислородный баллон с запасом воздуха на 40 минут. Открывается дверь в темноту, из которой валит дым, и я добровольно шагаю в этот кромешный ад – не один, в команде профессионалов.

 

Работа с огоньком. Как корреспонденты «Белгородских известий» пожарными были - Изображение Фото: пресс-служба МЧС России по Белгородской области

 

Вокруг клубы дыма. Видимость нулевая. Иду, держась за впереди идущего, за меня держится следующий. Слышу каждый свой вздох: шумно работает клапан. В голове пульсирует одна мысль: только бы не пережать дыхательный шланг! Десяток шагов по прямой – и вдруг поворот, затем ещё один и ещё. Опять нарастает паника, и я не просто иду, а пробиваюсь через неё. Узкий коридор, лестница, и опять испытание – клаустрофобией.

В какой‑то момент мозг устаёт бояться и даже стискивающие со всех сторон стены перестают пугать. Пульсирует мысль: другие проходят, и я должен! Иду, хватая воздух ртом, как рыба, выброшенная на берег. Впереди очередное помещение и лестница к выходу. Поднимаясь по ней, выравниваю дыхание. Выход! Чувствую себя настоящим победителем: всего‑то несколько минут побывал в задымлённом помещении, но, шагая в темноте, преодолел себя.

Дальше – полоса препятствий. Простенькая, если преодолевать её в спортивном костюме, а не всё в той же боёвке, с дыхательной маской и кислородным баллоном. Рукавицы, плотные, огромные, постоянно мешают схватиться за перила, и это особенно нервирует на высоте. Сапоги не дают почувствовать поверхность. Кажется, что я недостаточно цепок, а ведь, если что – падать несколько метров. Простая лестница, макет стены с окном, в которое нужно шагнуть и ползти потом по железной балке, становятся очень сложными препятствиями. Каждое – очередное испытание: ползёшь под бетонной плитой – боишься застрять, забираешься на лестницу – боишься сорваться. Прошёл.

Сняв боёвку, обнаруживаю, что одежду можно выжимать. Я человек достаточно выносливый, но эта тренировка стала для меня настоящим испытанием. Боюсь даже представить, как пришлось Ире, которая шла за мной по полосе препятствий. Она хоть и сильная, волевая, но всё же девочка.

 

Работа с огоньком. Как корреспонденты «Белгородских известий» пожарными были - Изображение Фото: пресс-служба МЧС России по Белгородской области

 

После полосы препятствий – работа с пожарным рукавом. Впервые вижу в коллеге напарника, поддерживая рукав и страхуя, как научили пожарные. Мы с удовольствием поливаем деревья.

Я замерил свой вес до и после тренировки. За час с небольшим потерял 1,2 кг. Зато приобрёл безграничное уважение к тем, кто изо дня в день надевает на себя полцентнера экипировки и лезет в настоящий ад спасать жизни людей».

Как Ира в горящую избу ходила

«В жизни каждой женщины наступает момент, когда чувствуешь, что пора перестать притворяться, скинуть маску самодостаточной и независимой и наконец‑то вернуться к корням – кони, избы и всё по‑настоящему.

Когда на улице под +30, самое время найти горящую избу и потушить её.

— Астмы нет? – спрашивает пожарный, рассказав, что избой будет дымокамера.

— До дымокамеры не было.

Критически оглядев мои габариты 44-го размера, принесли наименьшее из возможного. На мне боёвка примерно с трёхместную палатку и такие же штаны-парашюты. Если бы в них уже кто‑то был, ей-богу, меня бы это не стеснило. Сапоги 41-го размера я точно потеряю ещё на выходе из гаража, поэтому жертвую своими кроссами.

Впрыгнуть в штаны и сапоги, надев боёвку, пояс, подкасник, каску и краги, пожарный должен максимум за 27 секунд. Для этого одежду складывают определённым образом. Меня же снаряжают всей командой, утягивая всё, что утягивается со всех сторон. Топорик и карабин для краг на ремне останавливаются на бёдрах, стремясь притянуть меня к земле. Я сопротивляюсь.

 

Работа с огоньком. Как корреспонденты «Белгородских известий» пожарными были - Изображение Фото: пресс-служба МЧС России по Белгородской области

 

— В пожарные отбор по физическим данным? – спрашиваю я. – Меня бы взяли?

— Маловероятно.

Едва застегнулась, а уже жарко. Ребята отточенными быстрыми движениями снаряжаются за мгновение, и мы идём на солнечный полигон. Экипировка одинакова и безжалостна к пожарным и зимой и летом. На пояс крепим маяк спасателя – если буду лежать без движения где‑то в избе, он подаст сигнал. За плечами 14-килограммовый баллон со сжатым воздухом, под шлемом – с трудом натянутая резиновая маска. Лёша вот лысый – ему удобно, а у меня волосы на резину наматываются. Дышать трудно, градус внутри одежды растёт.

Про избы Некрасов всё‑таки погорячился. Родина определённо не готова к пожарным, которые весят как полное снаряжение. На мне неполное – килограммов 20.

«Проверяем дыхательные аппараты и идём на разминку: катим по очереди колесо», – говорит руководитель перед строем. 

Мы тяжело дышим в масках, пульс учащается, по спине стекает струйка пота.

Я странно двигаюсь к колесу, совершенно не чувствуя габаритов своего тела, потерявшегося в одежде. Руки в твёрдых перчатках-крагах не слушаются, маска мешает увидеть колесо. Из всех возможных звуков слышу только работу дыхательной системы, сердце бешено колотится, мне душно, чертовски жарко, и вообще всё бесит. А прошло только две минуты тренировки.

Моя изба – задымлённый лабиринт в подвале. Входить туда желательно в сапогах с железной подошвой, а в кроссовках не надо: гвозди и штыри кругом. Меня настойчиво просят ограничиться сенцами и дальше не бродить. Соглашаюсь – не портить же спасателям статистику травматизма! Иду вниз на ощупь, в маске ничего не разглядеть. Звено с фонарями поглощает дым, я же выползаю обратно. Пульс 140, а впереди ещё полоса психологической подготовки и дождь из пожарного рукава. Стягиваю маску и делаю полный свободный вдох. Чудо!

 

Работа с огоньком. Как корреспонденты «Белгородских известий» пожарными были - Изображение Фото: пресс-служба МЧС России по Белгородской области

 

У профессиональных пожарных все препятствия с огоньком, для нас огонь – только на эстакаде.

«Вам в обмундировании тяжело будет, так идите», – жалеют меня спасатели. 

К их немалому удивлению, я категорически не соглашаюсь.

«Всё по‑взрослому, только хардкор! Погнали!» – напяливаю краги и карабкаюсь по лестнице на третий этаж. 

Впереди пожар на эстакаде, окно и узкая железная балка. Без экипировки могу и три круга мотануть, но сейчас меня как бы в два раза больше – и ощущения иные. Уверенное «нет» говорю лазу под плитами: меня там точно накроет паника, а это при пожаре – верная гибель.

— Вы сразу бесстрашные, – говорю спасателям.

— Нет понятия «бесстрашные», у кого бесстрашие – тот и погибает, – отвечают они и просят быть аккуратнее. 

Мне не страшно, просто невыносимо жарко, душно, и сердце опять на 140 ударов даже без особых физических нагрузок. А ведь пожарные ещё и пострадавших из огня выносят!

Такие испытания пожарные проходят раз в полгода, чтобы у каждого навыки были на уровне инстинктов, иначе останешься в огне. К нему‑то я и продвигаюсь. Впервые в жизни беру в руки огнетушитель (он тяжёлый), срываю чеку и жму на рычаг. Фыркнув несколько раз белым порошком, он гасит пламя, и я продвигаюсь к последнему препятствию. Вываливаюсь из окна на узкую железную планку и уже представляю, как сигану в траву…

 

Работа с огоньком. Как корреспонденты «Белгородских известий» пожарными были - Изображение Фото: пресс-служба МЧС России по Белгородской области

 

«Только не прыгать! – кричит спасатель. – Аккуратно садимся и спускаемся».

Пузырь в каске гнездится на пятую точку, пытаясь удержать равновесие. О боги, я не упала! Меня подхватывают сильные руки и бережно опускают вниз. Наконец‑то всё сниму!

«Куда раздеваться, а рукава?»

Сняв баллоны и маски, берёмся за пожарный рукав. Чтобы меня не отбросило к забору, Алексей крепко держит толстенный шланг, я же уверенно играюсь переключателем: струя – зонтик, струя – зонтик. Играюсь – в смысле выдаю из ствола по 3,7 литра в секунду на два дерева. На реальном пожаре из такого рукава трёхтонная цистерна опустеет за три минуты. Адски жарко, я откровенно завидую деревьям, но водяной зонтик – это полнейший восторг. Потушили и полили. Наконец‑то всё сниму!

«Куда раздеваться! А рукава скатывать?»

Скинув проклятые краги, обессиленная, плетусь разбирать систему и думаю: почему до сих пор не изобрели вентилируемые фасады для пожарных?

Всё заканчивается. Сил совершенно нет. Скидываю бушлат и штаны, будто выходя из ненавистной мне бани.

— А пожарные любят бани?

— Конечно, особенно тушить».

 

Работа с огоньком. Как корреспонденты «Белгородских известий» пожарными были - Изображение Фото: пресс-служба МЧС России по Белгородской области

Теперь серьёзно

Работа пожарных – это примерно как надеть шубу, зайти в парилку и сделать 50 приседаний с гантелями, потом поддать пара, взять гантельки потяжелее и сделать ещё 50. 

В прошлом году белгородские пожарные проделывали такие упражнения больше 2,7 тыс. раз – столько было пожаров. Примерно по 7 раз на дню. 65 раз они находили обугленные тела взрослых и два раза – детей.

За первые три месяца 2021 года было уже 406 переодеваний в тяжёлую экипировку. 28 человек очень неосторожно обращались с огнём, но очень поздно это осознали.

Пожалуйста, не добавляйте пожарным работы, берегите этих смелых парней!

Алексей Стопичев, Ирина Дудка

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×