Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
11 апреля 2021,  09:20

«Если бы не Петя…» Что делать, когда в классе есть конфликтный ребёнок

«Белгородская правда» спросила об этом у педагога, психолога и специалиста департамента образования

«Если бы не Петя…» Что делать, когда в классе есть конфликтный ребёнокФото: istockphoto.com
  • Статья

Обычная городская школа, 2-й класс. В классе 27 учеников: есть тихони, есть задиры. Но один мальчик по имени Петя – настоящая головная боль для классного руководителя, для администрации школы и родителей остальных учеников.

Отдельный чат

8-летний Петя ведёт себя агрессивно. Только за один день ударил одноклассницу, оторвал соседу по парте пуговицу на рубашке, выбросил из шкафа все шапки и потоптался по ним. В ответ на любую шутку в свой адрес бросается в бой. 

Ростом Петя меньше всех в классе, а энергии хватит на десятерых. Классный руководитель ни на уроках, ни на переменах старается не выпускать из виду Петю. Но ведь и другим ученикам необходимо внимание!

При этом мама Пети в ответ на звонки и замечания учителя и родителей обвиняет школу в неумении найти подход к ребёнку. Уже написала несколько жалоб на классного руководителя и директора.

В конце концов родители создают отдельный чат в «Вайбере» – без Петиной мамы. После недолгого обсуждения собирают подписи под обращением на имя директора школы с просьбой оградить своих детей от неуправляемого одноклассника. Администрация школы каким‑то образом договаривается с родителями Пети, и вскоре мальчик действительно уходит в другую школу.

 

«Если бы не Петя…» Что делать, когда в классе есть конфликтный ребёнок - Изображение Фото: pixabay.com

Крайний найден

Спустя три года в класс приходит новая ученица Катя. Девочка рослая, яркая, сразу претендует на лидерство. Но методы выбирает неудачные: обзывает одноклассников, устраивает мелкие пакости, неугодным грозит старшим братом. При этом, говорят, курит и матерится. Мама девочки сразу уходит в глухую оборону. Родители после тщетных попыток добиться от неё объяснений действуют проверенным способом: отдельный чат, коллективное письмо с требованием оградить.

Директор школы приглашает Катину маму для беседы, после которой девочку переводят на дистанционное обучение на неопределённый срок. А родительский комитет получает подробный отчёт администрации школы – что специально созданная комиссия изучила ситуацию, приняла меры, в том числе в отношении классного руководителя, которому пришлось писать объяснительную. В общем, крайний найден. Точка.

Статистики подобных случаев нет – школа обычно старается не выносить сор из избы. Между тем Интернет пестрит запросами из разных уголков страны: помогите составить коллективное письмо, чтобы убрать ученика из класса.

Признаюсь, я лично дважды подписывала такие коллективные письма. А вы бы не подписали? Любой родитель защищает своё чадо всеми доступными способами.

Но одна мысль не даёт мне покоя: что если однажды таким неудобным для класса окажется мой ребёнок? Дети растут, постоянно вляпываются в истории. Но им простительно – они только начинают жить. А мы – взрослые и априори мудрые – не находим других решений, кроме как вытеснить. Правильно ли это? Давайте обсудим вместе.

Сразу оговорюсь: не рассматриваем ситуации, когда у ребёнка явные проблемы с психикой – тут должны разбираться специалисты. Его изоляция – вопрос безопасности одноклассников.

Совет педагогов: запастись терпением

Надежда Семёновна, учитель начальных классов с 40-летним стажем, Белгород:

«Несколько лет назад в моём классе учился конфликтный ребёнок. Он не понимал, чего от него хотят, устраивал истерики. Мог залезть под парту, кричать, звуки какие‑то издавать, по пути в столовую упасть в коридоре и лежать на полу. Постепенно и я, и остальные дети заметили: чем больше мы реагируем на его выходки, тем больше он возбуждается и агрессивнее себя ведёт. И мы перестали обращать на него внимание, как будто не замечаем совсем, хотя давалось это непросто. Очень хорошо, что удалось найти общий язык с мамой (мальчик воспитывался без отца). Дома она тоже стала придерживаться той же тактики: не реагировать на истерики.

Знаете, это подействовало! Взрослея, ребёнок постепенно менялся, выравнивался. И такой славный парняга вырос, я очень рада за него! 

Я бы не сказала, что сейчас стало больше очень агрессивных детей. Скорее так: стало больше нервозных, взрывных. Думаю, в работе с такими учениками необходимо особое терпение. И готовность родителей к диалогу».

 

«Если бы не Петя…» Что делать, когда в классе есть конфликтный ребёнок - Изображение Фото: Павел Колядин (архив)

Позиция департамента образования: не замалчивать и не скрывать

Николай Рухленко, первый заместитель начальника департамента – начальник управления образовательной политики департамента образования Белгородской области:

«У каждого ребёнка есть право находиться в школе, не боясь за своё здоровье. У педагогов есть право вести урок в спокойной обстановке. У родителей – право не волноваться за безопасность детей, пока те в школе, и родители вправе добиваться, чтобы в классе было спокойно. Но помните, что нельзя взаимодействовать с нарушителем напрямую: выяснять отношения, тем более угрожать ему. Это чужой ребёнок. Вопрос нужно решать с классным руководителем и руководством школы.

Письменное обращение администрация школы обязана рассмотреть в течение 30 дней и дать ответ. Надо понимать, что требования перевести конфликтного ребёнка в другой класс или школу неправомерны. Законодательно даже не закреплён такой механизм. Перевод в другой класс – внутреннее дело школы. Это возможно лишь с согласия родителей. Перевод в другую школу законодательство квалифицирует как отчисление ученика, то есть прекращение образовательных отношений. Учащихся отчисляют в связи с завершением обучения, а также по инициативе родителей (это и есть перевод в другую школу). Иногда школьника переводят по договорённости между директорами школ – в интересах ребёнка. Отчисление по инициативе школы может быть мерой дисциплинарного взыскания, но только если ученику уже исполнилось 15 лет.

 

«Если бы не Петя…» Что делать, когда в классе есть конфликтный ребёнок - Изображение Фото: Вадим Заблоцкий (архив)

 

Каждая школа имеет свою специфику работы с трудными детьми. Очень важно, чтобы ситуация в классе не замалчивалась и не скрывалась от администрации. Есть такая форма работы, как малый педсовет, который разбирает конфликт с участием обеих сторон. Часто родителям ученика со сложным поведением рекомендуют обратиться к школьному психологу, пройти психолого-педагогический консилиум или психолого-медико-педагогическую комиссию (ПМПК). В Белгородской области действуют одна центральная ПМПК и 16 территориальных. Здесь ребёнку окажут психолого-педагогическую помощь.

Не стоит забывать и о существующих в школах комиссиях по урегулированию споров между участниками образовательных отношений. К сожалению, её возможности пока используются слабо.

Не нужно бояться, что ребёнка поставят на учёт в комиссию по делам несовершеннолетних: эта мера помогает многое осмыслить и пересмотреть. По положительным основаниям школьника в любой момент можно снять с учёта.

Интересен опыт Губкинского городского округа: там при муниципальном центре психолого-педагогической, медицинской и социальной помощи создали мобильную группу из наиболее подготовленных специалистов. В кризисные моменты или по мере их назревания она выезжает в образовательное учреждение. Педагогический анализ ситуации на месте очень эффективен».

Мнение психолога: научить ребёнка дружить

Екатерина Викторова, главный внештатный педагог-психолог Белгородской области:

— Сложные дети в школе были всегда. Которые курили в туалете, объявляли бойкоты, срывали уроки, дрались на улице и в школьных коридорах. Но сейчас детская агрессивность поменяла характер. Она стала очень чётко прослеживаться в отношении себя (самоповреждающее поведение), в отношении сверстников и учителей (когда отсутствует понимание границ между ребёнком и сверстником, ребёнком и взрослым).

— Чем вызвано такое поведение?

— Здесь явное нарушение механизмов адаптации ребёнка в новом детском коллективе (поступление в школу, перевод в другой класс и так далее), к новой социальной ситуации. Однозначно это проблема психологической зрелости ребёнка. Абсолютно не исключаю, что это вопрос в том числе его психического здоровья и психологического благополучия.

Сегодня дети рано начинают читать, говорят на английском языке, знают наизусть энциклопедии, но при этом не научаются главным ценностям: дружить, играть, делиться, уступать, брать на себя ответственность. У них нет командных, дворовых игр, семейных традиций и правил – того, что формирует эмоциональный интеллект, эмпатийность. Обыкновенный человеческий фактор жизни «быть вместе и со всеми» уходит куда‑то за горизонт.

— Родителям нужно научить своё чадо быть рядом с другими людьми?

— Да, но сначала нам, взрослым, надо этому научиться. Ведь даже когда дети сами не являются объектом агрессии со стороны родителей, они видят, как мама и папа ведут себя в конфликтных ситуациях с окружающими, друг с другом.

Семья сегодня детоцентрирована – это проблема современного мира. Дитя привыкает, что мама, папа, бабушка, дедушка, тёти-дяди крутятся вокруг него. Приходит такой «центральный» в школу, а там вокруг него никто не крутится. И тогда появляется злость, агрессия – первая реакция на дискомфорт. Он ищет возможность проявить себя. А как в одном мультике поётся – «хорошими делами прославиться нельзя». Агрессия – самый лёгкий способ достижения цели и привлечения внимания. Это может быть абсолютно любой ребёнок, в том числе умный, победитель олимпиад. При этом тиранит всех, включая учителя.

 

«Если бы не Петя…» Что делать, когда в классе есть конфликтный ребёнок - Изображение Фото: istockphoto.com

 

— Но ведь конфликтный ребёнок в любом случае мешает остальным учиться?

— Я всегда задаю вопрос: а если бы это был мой ребёнок? Вот ученик, который имеет особенности поведения. У него своё понимание взаимоотношений: надо всех подчинить себе. Значит, ему нужно показать новые каналы коммуникации – такие как дружба, взаимовыручка. Классный руководитель с самого начала чётко формирует правила детского коллектива: «У нас никто друг друга не обижает. Никто никого не имеет права оскорблять». Нельзя забывать, что ребёнок – это личность. Надо его понять, договориться и ввести в формат поведения в коллективе.

Когда педагог не готов работать с учеником с особенностями поведения, родители остальных детей становятся инструментом, чтобы выдавить неудобного из класса. Об этом не говорится напрямую, но транслируется так: я готов учить ваших детей, но Петя срывает уроки.

— Бывает, что родители исключительно сами инициируют такие письма…

— Учитель должен пресекать подобные инициативы. Родители «умных, успешных, послушных, удобных» детей считают, что их чада в жизни всегда будут окружать здоровые, эффективные люди. А тут в классе есть Петя с непонятным поведением… И, конечно, в нём видят причину всех неудач. Дети дома стараются поярче рассказать мамам и папам про выходки Пети, нередко добавляя красок, при этом забыв про свои проступки.

Когда мне показывают видео – мол, посмотрите, как ребёнок себя ведёт, – я спрашиваю: что предшествовало такому поведению? И выясняю, что его дразнили, задирали, провоцировали, замечания учитель делал только ему. Петя в итоге понял: от меня ждут только плохого поведения!

Очень редко кто задумывается: а что в Пете хорошего? Скорее всего, он умеет что‑то, чего не умеют другие. И только он помогает маме нести пакет с продуктами, несмотря на тяжёлый школьный портфель.

Петина мама после череды обвинений и нападок в родительском чате видит в школе территорию опасности, начинает защищать своего ребёнка, агрессировать. И после школы спрашивает у него: «Кто тебя сегодня обижал?» Может быть, Петю сегодня никто и не обижал. Но вопрос от значимого взрослого требует значимого ответа. И он отвечает: все меня обижали!

Конфликт запущен, и самый лёгкий выход из него – убрать Петю из класса. Но надо помнить, что победителей в этой ситуации нет.

— Как быть, если конфликтное поведение вызвано особенностями развития ребёнка?

— У нас непростая ситуация со здоровьем детей. В образовательный процесс в регионе включены около 13 тыс. детей с ОВЗ. У них есть особенности, в том числе ментальные.

Некоторые родители возмущаются: как это такой ребёнок будет в нашем классе! Давайте подумаем: кто кому больше нужен? Детям-инвалидам, сложным детям, поверьте, мы не нужны: у них своя поддержка, родитель, который будет всегда рядом. Но они нужны нам, чтобы мы не забывали, что мы люди.

Когда в классе есть ученик, у которого сложно с процессами саморегуляции, который дёргается, прыгает, выкрикивает, где он должен находиться? Конечно, в зоне быстрого доступа педагога. Иногда достаточно положить руку ему на плечо, тихонечко погладить, успокоить. К сожалению, таких детей часто отсаживают на галёрку. Они начинают бегать, кричать – получается, срывают урок.

Здесь важно понимание образовательных задач ребёнка. Создайте ему ситуацию успеха, дайте задание по силам, чтобы он понял, что может с чем‑то справиться. Отношение педагога к ребёнку – это отношение к нему одноклассников. Здесь мы подаём пример.

— Но ведь часто родители конфликтных детей не идут на диалог.

— Если предложить варианты конструктивного решения проблемы, то любой родитель, хоть и не сразу, но пойдёт на сотрудничество. Важно соблюдение договорённостей всеми сторонами. Если маму попросили показать ребёнка узким специалистам, то она это делает. Если договорились с родителями других детей, то никто никого не выдавливает. С педагогами – о подготовке для ребёнка образовательного материала и образовательного маршрута в соответствии с его индивидуальными особенностями. Поначалу, понятно, наезженные дорожки «конфликта и сложного поведения» будут работать, но если их блокировать, показывая альтернативу, все стороны начнут выстраивать другие пути взаимодействия: доброжелательности, поддержки, милосердия.

Нелля Калиева

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×