Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
02 апреля 2021,  13:30

«Главное – не делать резких движений». Как я ездил по Белгороду на «Москвиче-412»

За руль легенды советского автопрома корреспондент «Белгородской правды» сел в один из снежных дней февраля

«Главное – не делать резких движений». Как я ездил по Белгороду на «Москвиче-412»Фото: Павел Колядин
  • Статья

Оранжевый «Москвич-412», сошедший с конвейера Ижевского автозавода в 1975 году, когда‑то колесил по дорогам Туркмении. Позже своим ходом преодолел расстояние до Белгорода (более 2 300 км), а теперь всё чаще греет бока на стоянке у выставочного зала «Родина». Но лошадиные силы под его капотом по‑прежнему водятся.

Без зеркал, но на ходу

Сегодня этот автомобиль вызывает не те эмоции, как 46 лет назад. Неудивительно, ведь за эти годы популярная в прошлом модель перестала излучать былое величие и мощь, утратила статус мечты и приобрела массу возрастных болячек. Однако, несмотря на украденный кем‑то колпак с переднего левого колеса, порванную обшивку на сиденьях в салоне, отсутствие молдингов, вмятины и разбитый поворотник, автомобиль обладает важной характеристикой – он на ходу. Куда девается искра у представителя славного семейства карбюраторных двигателей внутреннего сгорания, нынешний владелец раритета Анатолий Валито знает не понаслышке.

— Я до сих пор изредка езжу на нём на дачу в Корочанский район, летом – на речку, – утверждает Анатолий Антонович, счищая щёткой снег с лобового стекла. – Заводится, между прочим, с полуоборота. Сложности возникают зимой при низких температурах: минут 15 уходит на то, чтобы включился двигатель, столько же – на прогрев.

— А зеркала? – недоумеваю я, обращая внимание на то, что нет боковых зеркал заднего вида. – Как в таком интенсивном транспортном потоке можно обходиться без них?

— Во‑первых, они не предусмотрены конструкцией автомобиля, во‑вторых, легко ориентируюсь благодаря поворотам головы, – спокойно объясняет водитель со стажем. – Главное – не делать резких движений рулём, и всё будет в порядке.

 

 

Впрочем, мои удивлённые возгласы звучат ещё многократно: я делаю несколько невероятных открытий подряд, затмевающих по значимости первое. Езда без полноценного обзора дорожной ситуации сзади ничто по сравнению с летней резиной, на которой мы собираемся отправиться в короткое путешествие по заснеженному Белгороду. Говорите, в Советском Союзе ничего не знали об этом? Вот и Анатолий Валито убеждает: зимним комплектом шин раньше могли похвастаться лишь единицы автолюбителей, поэтому подавляющее большинство к холодам не «переобувались» и пользовались всесезонными моделями. Ну что ж, ключ в замке. Попытка оживить застывший двигатель номер один пока безуспешна.

81–62 БЕП

Первым владельцем оранжевого «Москвича» был отец Анатолия – кадровый военный Антон Романович Валито. Последние 10 лет полковник Валито служил в городе Красноводске Туркменской ССР и перед увольнением из армии в 1975 году купил в военторге автомобиль мечты. А в 1976-м посадил в салон супругу и поехал в Белгород, где жили его сослуживцы. Получил квартиру на улице Железнякова, устроился на работу в горисполком. Управлял автомобилем аккуратно, правила соблюдал, никого не обгонял и не подрезал – одним словом, других участников дорожного движения уважал.

«В основном ездил по Белгородской области, иногда – на Украину к друзьям, к старости здоровье стало подводить, поэтому брал в поездки меня, – рассказывает Анатолий. – Например, в один конец машину веду я, обратно – отец. Но вообще он нечасто доверял мне руль: едва заезжали в Харьков, требовал остановиться – мол, ты не справишься, давай меняться местами. И то, что я в Москве несколько лет работал в такси, его не успокаивало – пересаживайся на пассажирское и точка».

81–62 БЕП – отличительная черта нашего москвича, к железным бамперам которого прикручен госномер советского образца. Когда появились российские экземпляры с тремя чёрными цифрами и буквами на белом фоне, Антон Романович наотрез отказался от новшества и продолжал колесить со старым добрым знаком. Даже сейчас, пояснили в областном управлении ГИБДД, ездить с подобными номерами законно, современный прямоугольник владелец получит в том случае, если решит продать автомобиль или совершить другие действия регистрационного характера. Достаточно иметь с собой технический паспорт.

«Пожалуйста, – протягивает мне нужную книжечку Анатолий Антонович. – Документы на машину в полном порядке. Даже инструкцию по уходу и эксплуатации автомобиля сохранил. Хотите посмотреть?»

Конечно, хочу. Открываю техпаспорт, в котором содержится вся информация о 412-м с указанием номеров двигателя, шасси и кузова, с отметками о ежегодном прохождении технического осмотра, начиная с года выпуска. В 1976-м – на ходу, в 1977-м – на ходу, а напротив 79-го – штамп «Исправлено»: видимо, что‑то починили автослесари в москвиче спустя четыре года. В инструкцию с пожелтевшими страницами тоже заглядываю с огромным интересом. Рекомендации ижевских заводчан по обкатке машины, техническая характеристика, органы управления и прочие полезные указания на 156 страницах полковник Валито, судя по исписанным закладкам, неукоснительно выполнял. «Плотность электролита, 14 июня 2010, 1-я снизу красная, проверить воду, масло двигателя, масло тормоза и скорости», – коротко изложил на одной из них заботливый водитель.

«Попробуйте ещё раз», – предлагаю Анатолию Антоновичу в десятый раз завести холодный москвич.

 

 

Тот поворачивает ключ, быстро нажимает на педаль газа, вытягивает рукоятку воздушного подсоса, и мы оба замираем в ожидании, слушая вялые обороты двигателя. Агрегат под капотом как будто откашливается, чихает, фыркает и, наконец, оглушает долгожданным рёвом в исполнении 75 лошадей. Ух, прокатимся!

Без резких движений

Через 20 минут прогрева частично оттаивает только лобовое стекло, боковые и заднее, несмотря на работающую печку, всё ещё покрыты ледяной коркой. Мысленно я уже смирился с тем, что нам предстоит поездка на летней резине и без зеркал, но с закрытым обзором слева, справа и сзади ехать не готов даже на пассажирском сиденье. Хозяин обнадёживает и достаёт щётку, соскабливая наледь со всех окон. Они, правда, опять замерзают через пару минут, но мы настроены решительно и пускаем в ход ногти. Поехали?

«Это прикуриватель, это фары, переключатель наближний и дальний в москвиче ножной, – комментирует Анатолий Валито, выезжая со Свято-Троицкого бульвара на проспект Богдана Хмельницкого. – Вот вентилятор печки, жалюзи радиатора, приёмника только нет, хотя стоял. Ручка поворотника давно сломалась, взял с «Лады», кажется».

Медленно, но уверенно едем на 45-летнем москвиче, постоянно поворачивая головы на 180 градусов, чтобы не помешать обгоняющим нас тойотам и фордам. Причём, не сговариваясь, делим зоны ответственности: я отвечаю за безопасность справа, Анатолий Антонович – слева. Но что делать с обзором сзади, ума не приложу, потому что тепла от печки стеклу катастрофически не хватает. Мастер объясняет: оно станет прозрачным, когда салон полностью прогреется – километров через 50, а пока наличие транспорта за нами можно определить по отблеску фар на заднем стекле. Вспоминаю золотое правило – не делать резких движений рулём, и всё будет хорошо.

 

 

— С какой скоростью движемся? – интересуюсь у водителя.

— Не знаю, спидометр барахлит, – продолжает удивлять мой собеседник. – На старом отвалилась стрелка, поменял, с тех пор не показывает. И общий пробег вам не назову по той же причине. Раньше выжимала 110 км/ч, сейчас 80 – потолок. Двигатель тоже не заводской. Отец как‑то возвращался из Дальней Игуменки и заглох. Поставили другой.

Проезжаем «Стадион», «Энергомаш», вгрызаемся в снег на красном светофоре и смело стартуем после включения зелёного. Шины словно срастаются с дорогой и ведут себя вполне адекватно, несмотря на обильно выпавший снег. А я узнаю новые заповеди безопасного вождения по‑советски в экстремальных условиях.

«Не превышай скорость, тормози заблаговременно и плавно, – учит меня Анатолий Антонович и сразу возмущается: – Не понимаю тех, кто покупает машины за миллион и дороже. Какой толк от мерседеса, который только что обошёл нас слева? Вот он, родимый, стоит на светофоре. В городской местности не разгонишься, все равны. Зачем переплачивать?»

За 45 лет «Москвич» лишь однажды попал в ДТП. В 2000 году Антон Романович поворачивал с проспекта Богдана Хмельницкого на улицу Железнякова, и какой‑то лихач въехал в левое крыло. Люди тогда не пострадали, а вмятину выправили.

 

След в истории

В районе автовокзала разворачиваемся и следуем в обратном направлении. «Москвич» по‑прежнему послушен и управляем в снежной каше, которую уверенно разрезает, как ледокол. Анатолий Антонович явно удовлетворён: машина движется мягко, напоминая ему раскачивающийся на волнах корабль.

— Вы давно заглядывали под капот современной машины? – неожиданно задаёт вопрос хозяин, пересекая улицу Студенческую. – Куча проводов, никуда не подлезешь, а у 412-го абсолютный простор. Проводов минимум – от генератора, стартера, ну и датчики. Удобно. И в ремонте прост. Кстати, запчасти до сих пор можно достать в специальном магазине на авторынке. Или у старьёвщиков.

— Чем это пахнет? – спрашиваю я, чувствуя резкий запах гари. – Мы что, горим?

— Нет, – улыбается Анатолий Антонович. – Глушитель нагрелся, и капельки масла испаряются. Салон‑то не герметичен, дыр хватает. Всё нормально.

Печка, считавшаяся одной из лучших среди автомобильных моделей, наконец, оправдывает своё прямое предназначение: воздух к концу поездки прогревается до комфортной температуры. Выходить из машины совсем не хочется, и Анатолий Антонович, как будто угадывая моё настроение, опять уносит к истокам.

«Москвич был мечтой для многих автолюбителей в 1970-е годы, его даже обменивали на квартиру, представляете? – говорит мой собеседник. – Прошли те времена, к сожалению. Сейчас даже за 30 тысяч никто не возьмёт».

Из точки А в точку Б наш москвич доставляет, возможно, не в лучшем виде, но зато время в дороге пролетает интересно и незаметно. Это наша история, в которой я тоже оставляю маленький след. 



Справка. «Москвич-412» – советский и российский заднеприводный автомобиль малого класса, выпускавшийся с октября 1967 по 1976 год в Москве на заводе МЗМА, позднее переименованном в АЗЛК, и с 1967 по апрель 1999 года – на автомобильном заводе в Ижевске. Первоначально был версией автомобиля «Москвич-408» с более мощным двигателем. На АЗЛК обе модели выпускались параллельно вплоть до 1976 года, а затем, после очередного рестайлинга и модернизации, производство продолжилось под индексом 2140 (2138 – для М-408). Машины «Москвич-412» Ижевского завода модернизировались по собственной программе.

Владимир Писахов

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×