Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
26 ноября 2020,  15:18

Рисование как спасение. Белгородец, переживший шесть инсультов, нашёл новый смысл жизни

Жена Владимира Батлуцкого поделилась с «Белгородской правдой» опытом борьбы с коварной болезнью

Рисование как спасение. Белгородец, переживший шесть инсультов, нашёл новый смысл жизниВладимир Батлуцкий за работойФото: Вадим Заблоцкий
  • Статья

«Представьте трёхлетнего ребёнка, который немножечко ходит, говорит, но не может держать в руке ложку, ничего не помнит и не понимает», – говорит Наталья Шалагинова. Таким она забрала мужа из больницы после первого инсульта. Владимир Батлуцкий, кандидат химических наук, за последние 10 лет перенёс шесть инсультов, перестал преподавать, но начал рисовать.

Книжные люди

Супруги нечасто принимают гостей. Раньше в их доме не умолкал телефон, а друзья собирались на посиделки и литературные вечера.

«После болезни мужа к нам никто, кроме детей, и не приходит. С Володей остались только два друга. Другие его похоронили после первого инсульта. Люди не хотят чужую беду делить. Но находятся новые знакомые», – улыбается Наталья.

На стенах дома висят картины в аккуратных рамках, а мастерская художника полностью заставлена книгами.

«Мы книжные люди. В 1990-е годы мы продавали в вузах учебно-методическую литературу, а потом открыли пять книжных магазинчиков», – рассказывает женщина.

На стопках книг лежат папки с рисунками. Перед окном стоит письменный стол с красками, за которым Владимир обычно делает наброски. С портрета в углу на художника тёмными глазами смотрит чернобровая девушка.

 

В мастерской художника. Слева вверху – портрет Натальи Шалагиновой В мастерской художника. Слева вверху – портрет Натальи Шалагиновой / Фото: Вадим Заблоцкий

 

— Это Володя меня в молодости нарисовал. Зацепила я его чем‑то. Он мне циклы стихов посвящал, а когда сын Сеня родился, написал наш с ним совместный портрет. Мы познакомились в 1989 году на стадионе. Выгуливали собак. Всё лето Володя оказывал мне какие‑то знаки внимания, но подошёл только в октябре, пригласил в кино. Причём на какое‑то суперинтеллектуальное. Он делал закрытые показы. А когда съехались, оказалось, что у нас много книг и пластинок одинаковых. С тех пор и собаки, и заботы – всё у нас общее. До знакомства я как‑то из окна автобуса увидела, как он на улице стоит – интеллигентно одетый, с рюкзачком. И я себе целую картину представила: наверное, он военный, приехал к родителям в отпуск. А оказалось, что мы вместе работали в одном университете. Он преподавал химию у иностранных граждан, а я педагогику. Ходили по одним коридорам, только он мимо меня проходил и не здоровался. Было смешно: «Чёрт подери, значит, утром он мне улыбался, глазки строил, а тут не видит?» Я же на стадион коротенькую юбочку надевала, была худенькая, с косичками, как и сейчас, – на плече Натальи лежит каштановая, с редкой сединой, коса. – А в университет солидней одевалась. Он не понимал, что это один и тот же человек.

— Что‑то я не припомню, чтобы такое было, – хриплым голосом говорит Владимир.

— Было. Ты просто забыл.

 

Наталья Шалагинова Наталья Шалагинова / Фото: Вадим Заблоцкий

Несколько дней рождения

Владимир Батлуцкий – кандидат химических наук. Он писал стихи, прозу и вместе с женой издавал литературный журнал «Белгородский графоман», где публиковались молодые авторы. Жизнь изменилась в июне 2009 года, когда случился первый инсульт.

«В тот день у Владимира Павловича сильно заболела голова. Я была на работе, он мне позвонил и в разговоре по поводу и без вставлял слово «скоросшиватель». Говорит: «Я открываю книжку, а все буквы путаются». Я примчалась домой, – вспоминает Наталья. – Скорая отвезла его в больницу с подозрением на инсульт. В больнице врач дал Володе почитать карту больного – буквы разбежались. Его сразу на МРТ послали, и там оказался весьма обширный инсульт».

По словам медиков, у Владимира диагностировали геморрагический инсульт. При нём в голове возникает болезненный очаг, тот начинает расползаться в мозгу, а после инсульта остаётся киста, которая давит на голову. Врачи отделения нейрохирургии Белгородской областной клинической больницы святителя Иоасафа провели уникальную операцию, которую в Белгороде делали единицам: над ухом больного просверлили дырочку и высосали гематому.

«Человек только что лежал без сознания, а наутро он мне отвечает. Благодаря операции восстановление после первого инсульта пошло быстро. На лето я увезла Володю в деревню. Мне все говорили, что я сумасшедшая. Там почти нет связи, и скорая могла не доехать. А Володя тогда не мог ходить, был как трёхлетний ребёнок. Разговаривал как иностранец, который только начинает учить русский язык. Не понимал, что такое глагол. В голове была постоянная путаница: «Где мои штаны?» Оказывается, не штаны, а рубашка. Но ему на свежем воздухе было лучше. Я сажала его в кресло на крыльце, сама убирала двор и постоянно с ним разговаривала. Он потихоньку пошёл, потому что ему жалко меня было. Думаю, это нас спасло. Сейчас в деревню не ездим, боюсь. Инсульт повторился там дважды, и один раз скорая не доехала, везли сами».

 

Собака Дуся – антистресс для супругов. Всегда сопровождает художника Собака Дуся – антистресс для супругов. Всегда сопровождает художника / Фото: Вадим Заблоцкий

Владимир разработал программу реабилитации, занимался физкультурой и логопедией. Через полгода он почти полностью восстановился, начал водить машину, вернулся на работу. Но спустя год болезнь ударила вновь, и не единожды.

«У Владимира Павловича несколько дней рождения. Самыми страшными были четвёртый и шестой инсульты. В четвёртый мужа парализовало. Врачи говорили: если ночь переживёт, будет жить. И мы жили от ночи до ночи. Тогда пришлось закрыть последний книжный магазинчик. С ним сильно помогали дети».

Последний инсульт случился три года назад. Тогда перед Натальей встал выбор: если не сделать операцию на правом полушарии мозга, которое отвечает за поведение и память, муж умрёт. Но после неё он очнётся совершенно другим человеком.

«Я решила: пусть проснётся каким угодно, только бы жил. После операции мой муж – интеллигентнейший и умнейший человек, который перечитал массу книг, – забыл вообще всё. Не узнавал ни меня, ни дочку, ругался матом и выкручивал мне руки. Он мог куда‑то уйти или убежать, было паническое состояние. Володя превратился в какую‑то оболочку. Инсульт – коварная болезнь. Она задевает разные участки мозга: кто‑то не может дышать, кто‑то глотать, у кого‑то руки парализованы. В нашем случае затронула память, речь, мышление, поведение. Она крадёт у человека самое важное. Для мужа это было преподавание. Он мечтал написать роман. А инсульт это отобрал».

 

Сборник с рассказами и стихами Владимира Павловича Сборник с рассказами и стихами Владимира Павловича / Фото: Вадим Заблоцкий

«Надо рисовать, иначе жизнь закончится»

«После четвёртого инсульта я была в подавленном состоянии. Справиться нам помог фонд борьбы с инсультом «Орби». Как‑то я зашла на сайт фонда в раздел «Они пережили инсульт». Нашла историю художника, который после инсультов рисовал. И предложила Володе. Он в молодости рисовал, а потом забросил».

Поначалу Наталья вырезала из губки полоски, окунала их в краску и помогала мужу выводить на бумаге линии. Он не понимал, как держать кисть и карандаш, но со временем овладел этими инструментами.

«Иногда я просила его рисовать красками. Акварель живая, она в душе должна родить цвета. Обычно он делал это в приподнятом настроении. У него есть серия картин маслом, но писать маслом тяжело. Потом попробовал рисовать тушью, долго тренировался, и чёрно-белая графика очень хорошо у него пошла. Видимо, сознание такое было. После каждого инсульта работы по стилю отличались, можно проследить, как менялись тараканы в голове. Сейчас он почти не рисует красками, использует в основном карандаш».

 

Свои работы Владимир Батлуцкий создаёт в разных техниках Свои работы Владимир Батлуцкий создаёт в разных техниках / Фото: Вадим Заблоцкий

На работу, нарисованную карандашом, может уйти день, акварелью – два дня, а тушью – несколько недель. Владимир рисует деревенские и городские пейзажи, портреты, юмористические карикатуры и зарисовки на темы, связанные с историей, философией и биологией. Работы часто посвящены воспоминаниям о Санкт-Петербурге – в этом городе Батлуцкий учился в аспирантуре. Одна из картин называется «Питерские модницы»: у Медного всадника гуляют дамы XIX века. Автор полностью закончил её только через полгода после очередного инсульта.

Некоторые картины срисованы с фотографий. По голубому снегу меж обнажённых деревьев с санками спешат на горку два мальчика – маленький сын Сеня и его друг. Рисунок особенно дорог оттого, что фонд «Орби» напечатал его на новогодних открытках. Но самая любимая работа жены художника – акварельные «Берёзы».

«Она вся светится. Инопланетная какая‑то», – объясняет Наталья.

«У меня любимых картин много. Не всегда получается хорошо, но я совсем плохие убираю, – говорит Владимир. – Без работы не могу. Надо рисовать, иначе жизнь закончится».

«Это для него способ разработать руку и обрести смысл жизни. Для нас рисование стало спасением», – добавляет супруга художника.

 

Наталья Шалагинова помогла своему супругу преодолеть последствия инсультов Наталья Шалагинова помогла своему супругу преодолеть последствия инсультов / Фото: Вадим Заблоцкий

Семья Батлуцких старается сохранить это творчество и показать большему числу людей, как важно не отчаиваться во время трудностей.

«Дом Володиной дочери полностью украшен картинами отца. Дети сделали фотокнигу с его работами и календарь. Некоторые картины мы принесли в больницу, чтобы их повесили в центре реабилитации. Врач-реаниматолог нам говорит: «Ой, я сейчас отнесу больной, она у меня рыдает, никак не можем её психологически в чувство привести». У неё после инсульта рука отнялась, еле ходила. А так она увидит рисунки человека, который ложку не мог держать, и поймёт, что после инсульта можно жить дальше».

Мечта Натальи – провести в Белгороде выставку работ мужа. Несколько лет назад она обращалась с этой просьбой в региональное отделение Союза художников, но не получила отклика. Тогда она освоила соцсети и создала страничку в «Фейсбуке» и аккаунт @batlutskii в «Инстаграме», где выкладывает работы:

«Когда у Владимира Павловича был юбилей 65 лет, фонд «Орби» спросил, что ему подарить. Я сказала, что лучший подарок – это внимание. И они разместили у себя на странице его работы. Одна картина набрала почти 500 лайков. Тут столько счастья было! Значит, людям картины нравятся. А как художник, который сидит дома и нигде не выставляется, получит реакцию от людей? Лайки не самоцель, просто приятно знать, что твоё творчество оценили».

 

Часть работ Владимира фонд «Орби» напечатал на новогодних открытках Часть работ Владимира фонд «Орби» напечатал на новогодних открытках / Фото: Вадим Заблоцкий

Другая жизнь

Жизнь человека после инсульта меняется. Владимир больше не читает книги, а слушает их в аудиоформате. Он мечтал написать книгу, но теперь, чтобы поставить в уголке картины подпись, каждый раз заново учится писать. Однако книга всё же вышла: Наталья собрала ранние рассказы и стихи мужа в сборник «Меловая сосна», опубликовала произведения на сайтах «Проза.ру» и «Стихи.ру».

«Мы стараемся находить радость во всём. Наш день начинается с прогулок. Берём пакет корма для голубей, пакет для грачей, для кошек, собаку и идём подкармливать всю округу. Иногда смотрим футбол – Володя с детства болельщик «Спартака», – рассказывает Наталья.

Меняется и жизнь людей, которые находятся рядом.

«Ты полностью пересматриваешь свои взгляды на жизнь. Ценность становится одна – выходить любимого человека и помочь ему, – говорит супруга художника. – А радость в том, что приходишь утром на свою кухню и пьёшь кофе из любимой чашки, а не в больничной палате из казённого стакана. Наверное, самая яркая иллюстрация перемен – путешествия. Я могу придумать себе целый сценарий, что чуть ли не заказала билеты, выбрала отель, распланировала экскурсии. Конечно, я не поеду, но эта виртуальная игра мне помогает. Дети куда‑нибудь едут, и я с ними благодаря интернету. У меня есть любимые пословицы. Первая: «Не знаешь, что делать, делай, что можешь». Панику подальше, покорми мужа, сделай с ним зарядку, тряси врачей и проси помочь. А вторая: «Всё пройдёт». И трудности тоже. Главное – с каким достоинством ты их проживаешь. Нужно понять, что жизнь будет другая, но со всем можно бороться, перетерпеть, себя как‑то организовать, по‑другому на всё смотреть».

Болезнь может вернуться: врачи не смогли точно определить, почему сосуды мозга рвутся в разных местах.

 

«Возможные причины – наследственная предрасположенность или мальформация (патологическая связь между венами и артериями, обычно врождённая – прим. ред.) сосудов головного мозга. Мне эта мальформация снилась в образе чёрного паука, который в голове у него, но давит и на меня».

Единственное, что Наталья может сделать, – уберечь мужа от волнения и завлечь интересным делом.

«Я видела в больнице людей, которые от горя волосы на себе рвали. Я тоже при первом инсульте думала, что это конец света. Проблема в том, что у нас в Белгороде почти нет просветительской работы. Но если постоянно об этом думать, можно сойти с ума. Мы всё преодолевали: где‑то с юмором, где‑то с силой воли. Я пыталась воодушевить Володю. Он сам каждый раз брал себя в руки, не ныл, не жаловался. Он очень сильный. Мы не застрахованы от повторного случая. Но ничего, живём дальше и заботимся обо всех».

Валерия Солошенко

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×