Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
06 октября 2020,  13:53

«Вражина» из Белгорода. Как Павел Ушаков снимался в сериале про команду «КАМАЗ-мастер»

В фильме белгородский гонщик был на стороне её соперника

«Вражина» из Белгорода. Как Павел Ушаков снимался в сериале про команду «КАМАЗ-мастер»Фото: предоставлено Павлом Ушаковым
  • Статья

В этом году на НТВ выйдет сериал «Мастер», посвящённый легендарной гоночной команде «КАМАЗ-мастер» – 17-кратному победителю самого престижного ралли-марафона мира «Дакар». В съёмках задействованы настоящие пилоты и их машины.

Снялся в сериале и директор белгородского автоспортивного комплекса «Вираж» Павел Ушаков, который сам участвовал в «Дакаре». После съёмок с гонщиком встретился журнал «Спортивная смена».

Правда и вымысел

— Павел, как вы попали на съёмки?

— В России мало гоночной грузовой техники, а у нас она есть. Позвонили из «КАМАЗ-мастера», пригласили. Вообще съёмки должны были состояться в апреле, но из‑за коронавируса всё перенесли на август. В них участвуют пилоты КамАЗа Эдуард Николаев, Айрат Мардеев, Дмитрий Сотников, Антон Шибалов. Зрители увидят настоящую технику, а не картонные танки, как это принято в кино. Думаю, им будет интересно посмотреть и на ралли-рейдовую кухню.

— В какой роли выступает ваша машина?

— Наш MAN и капотный КамАЗ Николаева представляют вымышленную команду-конкурента Cron Racing из Канады. Забавно, что если посмотреть на дизайн логотипа, то можно прочитать «вражина».

— В основу сериала легла какая‑то реальная история?

— Конечно. КамАЗу всё время кто‑то противостоит, всегда есть борьба, драматизм, интриги. Скорее всего, в фильме это будет.

 

— У вас раньше был подобный опыт?

— Мы впервые снимаемся в большом сериале. Съёмки проходили в Астрахани и Казахстане – красивые виды, настоящие скорости, всё должно выглядеть правдоподобно. Специалисты увидят огрехи, но, если снимать в полном соответствии с правилами ралли-рейдов, зритель не поймёт, что происходит на экране.

— Продюсеры Владимир Чагин и Фёдор Бондарчук присутствовали на съёмках?

— Нет, всем руководил режиссёр Степан Коршунов. Режиссёр на площадке – царь и бог, его все слушают беспрекословно. Он как капитан на корабле. Мы постоянно были в контакте, говорили, где всё получается очень грустно, чему зритель не поверит, а чего вообще не может быть. Он прислушивался.

— Бывало, чтобы Коршунов кричал «Не верю!»?

— При работе с массовкой. Она вяло встречала финиширующие машины, он пытался их оживить.

— А во что не поверит специалист?

— Самое неправдоподобное – финиш. В ралли-рейдах он может происходить за километр до финишной арки. Ты завершаешь гонку, когда отдаёшь судье контрольную карту, где он ставит время финиша. И к арке едешь 10–20 км/ч, чтобы не запылить судейский пункт. Там нельзя обгонять, и тебя встречают пресса, команды, болельщики. Но здесь сделали так, что эту арку пролетали на скорости 100 км/ч – адаптировали для массового зрителя. Недочёт был и с безопасностью пилотов, однако его заметят только специалисты.

Астраханское гетто и казахская грунтовка

— Как доставляли машину до съёмочной площадки?

— Обклеили её, как нам сказали, и поехали своим ходом по дорогам общего пользования.

— Гаишники останавливали?

— Ага, интересовались, что за машина такая, где гонка. Отвечал, что еду в кино сниматься. В Астрахани провёл три недели, из которых лично у меня было только четыре съёмочных дня. Так что в свободное время достаточно походил по музеям, антикварным лавкам, посмотрел достопримечательности.

— Астрахань впечатлила?

— Астрахань – гетто. Разруха, мусор, в центре города в некоторых домах нет канализации, дома обиты железом и фанерой – настоящие фавелы. И это наши Каспийские ворота… Просто удручающее впечатление.

— Были моменты, когда вы радовались, что ехали на спортивном грузовике, а не на обычной машине?

— После Астрахани мы на неделю отправились в Казахстан. И после пересечения границы до самого Атырау нет дороги – это 200 км! Там был когда‑то советский асфальт, но не сейчас. С обочины нагребают землю на его остатки и всё – по сути, грунтовая дорога. Все плетутся 10–20 км/ч, а я около сотни топил – будто спецучасток проходил. И меня, конечно, оштрафовали.

— Сколько заплатили?

— Там очень большие штрафы, начинаются от 6 тысяч рублей. За невключённый свет фар, непристёгнутый ремень, превышение скорости… Камер нет, зато полицейских много, и они хорошо оснащены.

 

Даже статистам трудно

— Расскажите подробнее о съёмочном процессе.

— Рабочий день начинался на рассвете, а заканчивался на закате. Иногда приходилось ждать, когда уйдёт тучка, чтобы освещение было правильным. Делали 10–12 дублей одной и той же сцены, снимали с разных сторон: где‑то рядом ехала машина со специальной установкой, где‑то оператор работал с крыши авто, где‑то шла имитация вида из кабины. Очень много съёмок с коптера. Наши проезды режиссёр отсматривал в онлайн-режиме и давал указания: ты здесь морду высунь, ты быстрее поезжай, ты заверни по этой траектории.

— Как вы добивались синхронности?

— Сначала всё обговаривалось, а потом проводили небольшую репетицию. Если режиссёра устраивало, начиналась съёмка. Непосредственно перед выполнением дубля ещё раз обговаривали проезд с другими пилотами и старались чётко выполнить указания режиссёра.

— Сколько же вы километров за это время проехали?

— Километров 500 точно. Отрезки для каждой сцены разные, к тому же грузовику нужно разогнаться. В Казахстане много наездил, а в Астрахани снимали локально – отрезками до 500 метров.

— Утомительное дело?

— Не без того. Сделаешь проезд, развернёшься, едешь обратно – всё время одна и та же картинка перед глазами. Плюс жара, пыль, ветер. Я понял, что и для актёров это непростая задача. Но настоящая гонка всё равно утомительнее, там совсем другая работа.

 

— Где вы жили?

— В Астрахани в гостинице, в 40 км от съёмочной площадки. А в Казахстане рядом с местом съёмок, в палатках. Очень красивая долина, меловые горы, как у нас в Белгороде. И были съёмки на Каспии – возможно, это имитация Розового озера (бывший конечный пункт гонки «Париж – Дакар» – прим. авт.). Тоже красиво – песок, вода…

— Эксцессы случались?

— Как‑то один пилот перегонял машину (без шлема и непристёгнутый) и перевернулся. Сломал ключицу, три ребра, получил сотрясение мозга. Хотя ехал всего 30 км/ч. Поэтому в автоспорте всегда надо соблюдать правила техники безопасности.

— Сколько всего человек участвовало в съёмках?

— Съёмочная группа – это человек 40: операторы, гримёры, костюмеры, помощники и так далее. Массовка – местные жители. У меня в машине было два местных водителя пожарной машины. Одевали их в комбинезоны, шлемы, подшлемники – чтобы машина не казалась пустой. Для обывателя впечатляюще видеть, как четыре машины рядом идут на большой скорости. После первых заездов все делились впечатлениями, радовались, а к концу дня кряхтели – всё болело. Даже для статистов это трудная работа.

— Что вас удивило?

— Я это предполагал, но всё равно удивился, насколько сложен съёмочный процесс и как чётко он организован. График расписан буквально по минутам, вечерами никаких праздников и алкоголя – отработали, поужинали и спать. Я так понял, что в съёмочном деле праздник – день премьеры.

«КамАЗ – это символ России. Как гармошка, матрёшка и медведь»

— Ещё будете сниматься?

— Скорее всего, в октябре надо будет в специальном павильоне «Мосфильма» доснять кадры из кабины – в гоночных условиях это сделать проблематично. Там машину поставят на специальную площадку, которую будет трясти.

— Сколько минут в сериале будет с вашим участием?

— Не знаю. Это же спортивная драма, где основное место займут человеческие отношения. Самих гонок, наверное, много не будет, хоть это и самая затратная часть.

— Такое кино популяризирует автоспорт в России?

— В последнее время выходит много спортивных фильмов, но они все о прошлом. А КамАЗ – это настоящее. Для остального мира, в автоспорте и не только, это символ России – как гармошка, матрёшка и медведь. Может, этот сериал зацепит мальчишек, и в будущем, когда мы, надеюсь, станем жить побогаче, у них появится возможность прийти в картинг, а потом подняться выше и попасть в большой автоспорт. Но пока в кошельке ничего нет, про популяризацию автоспорта можно забыть. Есть деньги на лыжные палки – будешь заниматься финской ходьбой, на трусы с очками – плаванием. Так что подавляющему большинству на гонки остаётся только смотреть.

— А вам эта поездка не ударила по кошельку?

— Я доволен командировкой. Во‑первых, она оплачивалась, а во‑вторых, нам компенсировали все расходы. Например, колесо на нашу машину стоит 1 000 евро, а я за это время 5–6 тысяч км проехал – эти колёса для ралли уже не пойдут.

— У вас же одна машина. Не жалко было?

— Конечно, жалко, она же стареет. Но зато теперь сможем увидеть её в сериале. Кстати, я её оставил на сервисе в Астрахани, скоро у нас там гонка «Золото Кагана». Будем участвовать в фильмовой раскраске – удивим соперников.

 

«Вражина» из Белгорода. Как Павел Ушаков снимался в сериале про команду «КАМАЗ-мастер» - Изображение Фото: предоставлено Павлом Ушаковым
Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×