Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
30 июля 2020,  10:47

Пою Богу моему, пока я есть. Чем живёт церковный хор

Пою Богу моему, пока я есть. Чем живёт церковный хорФото: Владимир Юрченко
  • Белгородская правда

В августе исполняется 30 лет Архиерейскому хору Преображенского кафедрального собора Белгорода. Летом 1990 года храм вернули Русской православной церкви, и первое богослужение прошло прямо на его ступенях. С этого момента и начинается история Архиерейского хора.

Сегодня в его составе 20 певчих. У них за плечами – участие в нескольких патриарших богослужениях, в том числе в Успенском соборе Кремля, запись семи дисков, победы в многочисленных конкурсах духовного пения и вдохновляющая любовь прихожан. Постоянный руководитель хора – матушка Елена Кравец – рассказала о том, как устроен церковный хор, почему среди певчих встречаются инженеры и юристы, платят ли им зарплату и зачем для записи церковных песнопений приходилось перекрывать целую улицу.

Поющие инженеры

Стать певчим церковного хора – задача непростая. Минимально для этого нужно быть выпускником музыкальной школы, а лучше – училища или консерватории.

«У нас профессиональный хор, – рассказывает Елена Кравец. – Учитывая, что мы поём на богослужениях в кафедральном соборе, наш уровень должен быть соответствующим. Нужно уметь читать с листа, чисто интонировать, знать особенности церковных богослужений. Перед зачислением в хор я провожу прослушивание. А потому в основном у нас поют студенты и преподаватели музыкальных школ, колледжа имени С.А. Дегтярёва, дирижёры-хоровики. Но бывают, конечно, и исключения из правил».

Так, например, какое‑то время назад в хоре пела бизнесвумен, она участвовала во всех богослужениях и отказывалась от той небольшой зарплаты, что положена певчим. Говорила, такова её жертва и приношение Богу. Долгое время пел в хоре инженер из «Белгородэнерго». Сейчас среди певчих есть юрист.

Исключением была и одна очень увлечённая певчая, которая не имела музыкального образования. Не зная нотной грамоты, она пела в церковном хоре около 20 лет. Ей приходилось часами сидеть над партитурами, просить помощи. Со временем требования к певчим настолько выросли, что она сама почувствовала – не справляется, и ей пришлось оставить это занятие.

Елена Кравец Елена Кравец / Фото: Владимир Юрченко

Хор меняет жизнь

Ещё одно требование к певчим – быть человеком воцерковлённым.

«В той или иной степени, – подчёркивает матушка Елена. – Потому что по церковному уставу, например, некрещёный человек не может участвовать в богослужениях, а значит, и петь в хоре. Но у нас часто бывает так, что люди, далёкие от церкви, приходят к Богу благодаря пению в нашем хоре, остаются с нами на годы и меняют свою жизнь. А бывает, прекрасный профессионал, человек с консерваторией за плечами, но не понимает специфику, не разделяет взгляды и быстро нас покидает».

Одним из непременных условий для участия в церковном хоре, по мнению матушки Елены, остаётся всё же любовь к пению, увлечённость и способность слушать и слышать других, не выделяться и при этом быть дисциплинированным человеком.

Тяжёлый труд

Именно дисциплина и послушание помогают справляться с нагрузками. А нагрузки у певчих серьёзные. Репетиции в церковном хоре проводят два раза в неделю и, как правило, после основной работы, в вечернее время.

«Народ приходит, конечно, усталый. Но я им всегда говорю: оставляйте все проблемы за порогом. А здесь просто отдавайте своё сердце Богу через пение. Тогда и вы наполнитесь благодатью, принесёте её домой и будете иначе воспринимать трудности».

На репетициях и богослужениях приходится проводить по два–три часа на ногах. Это требует определённой выносливости. На ночных праздничных службах нужно петь и звучать в то время, когда организм требует сна. А утренние богослужения начинаются очень рано. Одним словом, вечера и выходные у певчих расписаны, и свободного времени на собственные дела остаётся ­немного. Пение в церковном хоре требует максимальной отдачи. Так что некоторые просто не выдерживают таких нагрузок и покидают хор. Но матушка Елена ни с кем не прощается, знает, что многие из ушедших рано или поздно вернутся обратно. А она их примет.

Пою Богу моему, пока я есть. Чем живёт церковный хор - Изображение Фото: личный архив Марии Рудавиной

Молодой хор

За последние 30 лет состав Архиерейского хора менялся огромное количество раз. Начинался он с квартета, потом постепенно расширялся, менялся, и в лучшие времена число певчих достигало почти 30 человек. Сейчас из‑за пандемии участников снова стало меньше.

«За последние годы наш хор сильно омолодился, – делится матушка Елена. – Сегодня у нас нет певчих старше 40–45 лет. Это связано с ростом профессиональных требований. Мы непрерывно развиваемся, а людям постарше у нас становится трудно, их голоса теряют гибкость, реакция не та».

При этом мужчин и женщин в хоре примерно одинаковое количество. Хотя самыми востребованными, как и раньше, считаются мужские голоса.

«Только вы им не говорите»

Вместе с профессионализмом церковного хора растёт и образованность прихожан. Матушка Елена отмечает, что верующие сегодня хорошо разбираются в церковной музыке, прекрасно слышат фальшивое звучание, порой даже высказывают регенту свои замечания.

«Мы сами их воспитали, – считает Елена Кравец. – А теперь должны держать эту планку. Я стараюсь не превозносить хор. Знаю, стоит похвалить – начнут расслабляться. Зато вместо меня их часто хвалят прихожане».

Но к комплиментам в хоре относятся спокойно. Помнят, что главная задача – служение через пение Богу и ближнему, а не самолюбование и восхищение красотой своего голоса.

Однажды матушка Елена во время записи очередного диска прослушивала в наушниках только что исполненное песнопение, стоя спиной к хору. Придирчиво оценила материал и сказала мастеру звукозаписи, как она думала, тихо, чтобы никто не слышал: «А неплохо звучит! – и после короткой паузы: – Только вы им не говорите». Певчие, конечно, всё услышали. И до сих пор помнят эту редкую и такую ценную похвалу строгого регента.

Тишина! Идёт запись!

За 30 лет Архиерейский хор по благословению митрополита Иоанна и при содействии настоятеля Преображенского собора отца Олега успел записать семь музыкальных дисков. Все они очень разные по составу, звучанию и уровню: от духовных песнопений, колыбельных и колядок до светских песен на украинском и белорусском языках.

«Первый диск мы записали в 1995 году. Двенадцать песнопений, посвящённых Святителю Иоасафу, – рассказывает матушка Елена. – Записывали в соборе по ночам. Это было очень трудно. Малейший посторонний звук – перезапись. До такой степени тонкая была работа, что пришлось даже договариваться с тогдашней Госавтоинспекцией, чтобы на ночь перекрывали примыкающую к собору улицу Коммунистическую, ныне Преображенскую. Потому что звук проезжающих машин мешал».

В процессе записи возникали и другие проблемы: то скрипел пол, то из‑за специфики акустики плыл звук и становились непонятными слова. Но со всеми трудностями справились. Сейчас в планах у Архиерейского хора – запись живого богослужения. С такой просьбой к настоятелю собора уже не раз обращались прихожане. Особенно актуальным это стало в период пандемии, когда посещение собора ограничили.

Профессия: регент

Сейчас Архиерейский хор дошёл до такого профессионального уровня, когда может исполнить практически любое церковное песнопение, соответствующее богослужению. Во многом это заслуга его регента – матушки Елены Кравец, которая руководит Архиерейским хором с момента его основания в 1990 году.

Елена Николаевна окончила музыкальное училище по классу скрипки, затем поступила на регентское отделение тогда ещё Ленинградской духовной академии. Вернувшись в Белгород, окончила социально-теологический факультет БелГУ.

«Мне всегда нравилось петь. Я думаю, мой путь был предопределён с детства, ведь я сама из семьи священника. Мне было четыре года, когда я спросила родителей, существует ли институт для матушек. Помню, что мне хотелось быть образованной и при этом музыкальной матушкой. Так и произошло. Я очень счастливый в своей профессии человек, я живу этим и не представляю своей жизни без церковного хора».

Матушка сравнивает нынешний хор с одной большой семьёй, у которой есть и свои традиции. Например, устраивать чаепития на дни рождения певчих, проводить трапезы после ночных праздничных служб, когда хор собирается на собственный праздник: многие готовят концертные номера, радуют друг друга стихами, исполнением романсов, делятся личными историями.


Николай Германский, благочинный Ракитянского округа, настоятель Свято-Никольского храма, ­протоиерей:

Пою Богу моему, пока я есть. Чем живёт церковный хор - Изображение

«Церковное пение, на мой взгляд, должно быть неэмоциональным, нечувственным, очищенным от примесей человеческого несовершенства. Есть, например, Знаменный распев. Это песнопение человеку не мешает молиться, как раз наоборот, сохраняет тот канон, в котором человек способен раскрыться и настроиться на камертон божественного звучания. Канонические песнопения близки к совершенству. Поэтому мы чтим образцы. В этом здоровый, нормальный консерватизм церкви. Канон совершенствует человека, даёт ему основы настоящей культуры, а потом человек уже развивается».

При этом духовное песнопение очень близко к чисто народному русскому фольклору. В нём отражаются высокие духовные нотки. То есть когда слышишь исконно русскую народную песню, часто хочется плакать. И не потому, что она очень грустная, скорее очень искренняя, идущая от сердца.

Если человек искренне приходит в церковь, он преодолевает инерцию, земное тяготение. И начинает испытывать радость от богослужения. Это то, что позволяет нам вырваться за пределы времени и соприкоснуться с вечностью. Духовное пение ведёт не к наслаждению, а к блаженству, каким его понимает церковь.

Мне было важно петь

Мария Рудавина Мария Рудавина / Фото: личный архив

Мария Рудавина пела в церковном хоре с десяти лет. В поселковый храм за утешением и поддержкой привёл папа, когда ему поставили смертельный диагноз. Поначалу только слушала певчих, потом запела на богослужениях наравне со взрослыми. Очень помогли музыкальная школа и занятия вокалом. Правда, одноклассники, когда узнали о том, что Маша стала певчей в храме, начали оскорблять и задевать. А потому после поступления в Архиерейский хор Преображенского собора Мария никому не рассказывала об этой стороне своей жизни.

«В хор собора я попросилась по необходимости, – делится Маша. – Училась на платном отделении филологического факультета БелГУ. Работы не было, а надо было на что‑то жить. Тогда я набралась смелости и пошла прямо к настоятелю Преображенского собора – отцу Олегу, рассказала о своей ситуации, а уж он порекомендовал меня матушке Елене – регенту хора».

Маше назначили прослушивание. Она очень волновалась, зная, как строго матушка Елена отбирает певчих. Но всё прошло хорошо, и 16-летняя Мария стала самой молодой на тот момент певчей Архиерейского хора. В общей сложности она посвятила церковному пению почти 13 лет своей жизни, пройдя путь от новичка до солиста. Участвовала в патриаршем богослужении в Успенском соборе Кремля.

«Нам платили небольшую зарплату. Но, конечно, не только за этим я пришла в хор, – продолжает Маша. – Мне было важно петь, развивать свои способности. Поначалу было очень тяжело. Я не успевала за темпом, сбивалась, ошибалась. Вообще же новичком перестаёшь себя ощущать примерно после двух лет полноценной работы в хоре».

Вот уже несколько лет, как Мария вынужденно покинула хор. С двумя маленькими детьми стало некогда ходить на репетиции, участвовать в богослужениях, тем более праздничных. Но Мария надеется, что со временем сможет вернуться в свою вторую семью, потому что знает: матушка Елена никогда ни с кем не прощается навсегда.

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×